— Блин, ну и воняет же, зар-раза. Вроде и переложили в другой ящик, а все одно прет, как из канализации, — брезгливо потирая ладони, недовольно пробурчал Артем.

— Не бухти, Руль. Как говорил один римский император, деньги не пахнут. И хватит тереть руки, мы же переложили все в другой ящик, — ухмыльнулся Бородин.

— Переложили они, — продолжал бурчать водитель.

Признаться, Игорь был приятно удивлен, когда при вскрытии ящиков выяснилось, что пострадало не больше четверти книг. Иное дело, что они лежали только в двух ящиках. Остальные два оказались забиты какими-то папками, альбомами, стопками исписанной бумаги различного формата и качества. Очень напоминало личный архив.

Игорь хотел все это бросить и в один из относительно чистых ящиков переложить книги из нижнего, облюбованного псом. Но Настя не согласилась с подобным подходом.

Оказывается, и эти бумаги могли принести определенную прибыль, пусть и не такую значимую, как книги. Но коль скоро команда уже тут и место в кузове позволяет, то глупо бы было бросать все это. Ну что ж, трудно возразить. Поэтому подобрали парочку ящиков поменьше, благо таковые нашлись в древнем подвале, в них и перегрузили подпорченное содержимое.

— Руль, хватит гундеть, — одернул его Игорь. — Ты «Ниву» осмотрел?

— В общих чертах. — Парень сделал неопределенный жест.

— И?

— Все, что могло сгореть, сгорело. Но основные части машины и прицепа не пострадали. Словом, восстановлению подлежат.

— Сталь не повело?

— Нет. Тут гореть-то особо нечему. А стальные конструкции не в пример толще, чем на Земле. Вот такое преимущество допотопного производства. Ну и команчи ничего тут специально не курочили. Словом, восстановить бибику вполне реально.

— Ну и какого тогда стоишь? Цепляй. Настена, ты на меня так не смотри. Ты к этой машине никакого отношения не имеешь.

— Вообще-то я единственная наследница?

— Вообще-то разговора насчет нее не было. Ты нас нанимала только для того, чтобы вывезти библиотеку. Все, что помимо, отходит моей команде.

— Хм. Справедливо, — вынуждена была согласиться девушка.

— Вот и ладно.

— Со щенками что будешь делать? — перевела разговор в другое русло Настя.

— А что с ними делать? Оставлю. Выживут — ладно. Нет — так нет.

— Сомневаюсь, что остатки стаи вернутся, чтобы позаботиться о потомстве. Жалко щенков, — вздохнула она.

— А ничего, что они могли нами пообедать?

— Ну так не пообедали же, — отмахнулась девушка. — Я парочку себе прихвачу. Из диких собак получаются преданные друзья. Не знаю, в чем причина, но они не чета родившимся в неволе. У нас в команде были два кобелька. Здорово помогали и дрались до последнего, пока не погибли вместе со всеми.

— Ну не знаю. Из меня кинолог… — Бородин изобразил красноречивый жест.

— Ну так возьми детям. Сторожа во дворе лишними не будут. Если ты не в курсе, то в Невьянске дикого щенка можно сторговать за пять рублей. И это при том, что домашних раздают даром.

— Намекаешь на то, что оно того стоит?

— Да я не намекаю, а прямо говорю.

— Волк, поймай парочку кобельков, детворе отвезем.

— А чего только пару? — удивился парень.

— Хватит с них. Опять же, вдруг Алина Витальевна попрет нас со двора.

— Понял. Сейчас сделаю.

Парень, прихрамывая, направился в сторону развалин. Досталось ему несерьезно. Повезло. Уж больно сильно ерзал под собачками, те его никак толком ухватить не могли. Да кобеля, что рвался к его горлу, успел схватить за густую шерсть и держать в отдалении. А там и Игорь с Настей подоспели на помощь.

— Ну чего стоишь, иди уж лови. Убираться отсюда пора, — это уже Насте.

Через десять минут «Антилопа» взяла на буксир «Ниву» с прицепом. Руль под это дело был специально озадачен изготовлением жесткой сцепки. Так. На всякий случай. Все же «Нива» — не массивный грузовик, а потому и утянуть вполне реально. Если будет вариант восстановить, ясное дело. Этот автомобиль имеет ряд преимуществ перед «Антилопой». Тут и запас хода, и проходимость. Да и груза в прицепе увезет столько же. С пассажировместимостью, конечно, не очень. Ну да это не беда. Главное, что аппарат сто́ящий.

Настя и Волк наконец изловили четырех щенков. Те не особо опасались людей, но и в руки даваться не спешили. Им сейчас примерно по месяцу. Без мамки обойдутся. Но к человеку нужно приучать. В смысле играть с ними. Хотя с этим, пожалуй, проблем не будет. Каждый посчитал своим долгом потрепать пушистые комочки. Пришлось опять лезть в подвал, за очередным ящиком. Нужно же где-то содержать этот зверинец.

Наконец своеобразный поезд тронулся с места. «Антилопа» пошла с натугой, не без того, но вполне уверенно. Правда, на подъеме скорость и вовсе снизилась до пешеходной. Однако помощь все же не потребовалась, машина осилила препятствие, а перевалив урез, резво покатилась к пустоши.

К окраине мертвого города приблизились, когда солнце уже скрылось за холмами и на землю начали опускаться сумерки. Пора было подумать о ночлеге, но решили все же забраться поглубже, чтобы уже с гарантией избавить себя от возможного общения с команчами.

Земляне, конечно, с ними торговали, но те все равно торговле отчего-то предпочитали грабеж. И уж тем более те, что обитали в отдалении от Невьянска. Вот сомнительно, чтобы местные бывали в княжестве. Потому, видать, и на команду Смычка напали без раздумий. Кстати, те устроили стоянку возле руин, а значит, у местных страх перед пустошами успел притупиться.

— Руль, а ну-ка подкатывай к тому забору.

— Думаешь занять все подворье?

— Как вариант. Если периметр замкнутый — то, что мамка прописала.

Высокий каменный забор. Внутри хватает деревьев, из которых можно нарубить ветвей и устроить на воротах плетень. Собак удержит однозначно. К тому же сам кирпичный дом — в два этажа, коробка здания без видимых повреждений. Случись отбиваться, вполне сойдет за укрытие.

— Волк, ты как?

— Нормально, — тут же отозвался парень, но уточнил, что это если не придется бегать.

— Надеюсь, обойдется. Настя, Волк, к машине. Вооружаемся под собачек. Но, как понимаете, первая скрипка моя.

— Веди уж, скрипач, — хмыкнула Настя.

— Шаман, — назидательно буркнул Игорь.

— Да ладно тебе. У меня слабость к этому музыкальному инструменту. Как и к таким мужикам.

— Настя, ты разбиваешь мне сердце, — послышалось шутливое замечание Штыка.

— А ничего, что Шаман мне его уже давно разбил, да никак не желает обратить внимание? — парировала девушка.

— Шаману нельзя. Если узнают, его на пятаки порубают, — не выдержав, хохотнул Григорий.

— Ты за «гатлингом» смотри, — отмахнулась девушка. — Уж кому-кому, а тебе точно не обломится.

— Зарекалась коза…

— А ну, замолчали! Стемнеет скоро, а вам все собачиться. Идем быстро, я контролирую по ходу, Волк слева, Настя, смотришь состояние ограды.

Двор Игорю понравился сразу. Пока катили по главной улице, что днем, что сейчас наблюдали собачий помет. Не свежий, но все же. А вот здесь ничего. Ни запаха, ни дерьма. И это обнадеживало. Как, впрочем, и быстро проведенный осмотр. Усадьба оказалась необитаемой, ограда пережила полтора века забвения, не обзаведясь ни единой прорехой. Оставалось заделать калитку, ведущую в сад, и въездные ворота. От былых, ясное дело, ничего не осталось.

Работы заканчивали уже в полной темноте, при свете фонарей. Но зато теперь впервые за несколько дней можно было отдохнуть, наслаждаясь относительной безопасностью. Если только тут не обитает какой-нибудь больной леопард, которому без человечинки никак. При воспоминании об этом Игоря даже передернуло. Брр. Не к ночи будь помянуто.

Пока мужчины занимались периметром, Настя успела приготовить ужин. Рейд — вовсе не повод для того, чтобы обходиться без горячей пищи. Штык предложил было воспользоваться свежатиной. Зря, что ли, больше двух десятков собак побили. Но Волк, Настя и Ворот отнеслись к таким кулинарным изыскам сугубо отрицательно. У них в достатке как солонины, так и мясных консервов, чтобы прибегать к экспериментам.

— Руль, а ведь, по сути, в паровике ломаться-то и нечему, — прожевав очередную порцию каши, заметил Игорь.

— Я бы не был столь категоричен. Но если ты намекаешь на отсутствие электропроводки, всевозможных карбюраторов и тому подобного, то да, паровик — достаточно грубая машина. И уж тем более в невьянском исполнении.

— Значит, и «Ниву» запустить получится?

— Смотреть надо, — отложив ложку и почесав в затылке, с сомнением проговорил водитель.

— Признаться, мне не понравилось, как мы тащились сюда. Случись команчи, так придется бросать нашу добычу. А не хотелось бы, — решил надавить чуть с другой стороны Бородин.

— Попытаться разобраться, конечно, можно. Но на это придется убить как минимум день, — уже что-то прикидывая в уме, сказал Артем.

— Нормально. Здесь мы в относительной безопасности. И потерять день в надежде на то, что обретем мобильность, не критично. К тому же полдня мы отыграем за счет увеличившейся скорости.

— Скорее день, — уточнил Руль. — Я понял, Шаман. С рассветом займусь. Вдруг и впрямь не все так страшно, как кажется.

Телевидения нет, байки травить устали, а потому и спать легли рано. Впрочем, особо не разоспишься. Ночь поделена на три вахты, дежурят по двое. Так что лучше использовать ночное время с толком.

Игорь и Настя всегда дежурили в последнюю треть. Игорь — потому что взваливал на себя собачью вахту. Настя — так как часть времени, отведенного на дежурство, кашеварила. Девушка не стала отстаивать свои равные права с мужчинами и сама взвалила на себя эту обязанность. Правда, с неизменной привилегией привлекать в качестве «принеси-подай» любого из членов команды. Без фанатизма, разумеется.

К примеру, сейчас Игорь, подкинув в походную печурку древесного угля, орудует мехами, раздувая жар. Ну и заодно бдит, как, впрочем, и она. Кто-то скажет, что эдак можно проспать любую опасность. Но Игорь хорошо себя знал. Была у него особенность подмечать все необычное, занимаясь, казалось бы, чем-то отвлеченным.

— Настя, какого ляда? — вдруг выпрямившись и стараясь не обидеть девушку излишней резкостью, произнес он.

— Брось, Игорек. Если бы я тебе была неприятна, твой дружок не реагировал бы так бурно, — прижимаясь к его спине и оглаживая грудь и живот, томно произнесла она.

— Да я был бы последним гомиком, если бы остался к тебе равнодушным! Причина в ином, и ты знаешь, — явственно ощущая, как к спине прижимается аппетитная и упругая грудь, ответил он.

— Господи, да не убудет с Алинки.

— При чем тут убудет или нет? Просто она просила не делать ничего у нее за спиной, а сказать прямо. Я обещал. И расставаться с ней не хочу.

— Поня-атно. Сволочь ты, Бородин, — отстраняясь от него и возвращаясь к готовке, констатировала Настя. — Но, паразит такой, именно этим мне и нравишься.

— Опять в том смысле, что лучше уж никак, чем вместе с кем попало?

— Именно. Если бы конкретно запала… Алина мне не сестра, так что подвинула бы с гарантией. И ты не устоял бы, — обличительно ткнув в его сторону кончиком ножа, категорично заявила девушка.

— А я и не стану с тобой спорить. Потому как, скорее всего, ты абсолютно права. Кстати, обратила бы ты свое внимание на Ворота.

— Пулеметчика лишиться не боишься? Я ведь собираюсь сбить свою команду и продолжить кататься по пустошам.

— Не боюсь. У нас с ним уговор, год он со мной, без уверток и отговорок. Потом волен как птица.

— И ты надавишь на уговор, если он вдруг решит примкнуть ко мне? Только честно.

— Если просто перейти, то упрусь. Не для того я его гонял и учил, чтобы вот так, за здорово живешь, лишиться хорошего бойца.

— А если закрутится со мной, то стоять на пути, значит, не будешь?

— Не буду. Насть, ну правда, парень-то хороший…

— Да не дура я, Игорек. Вижу, что он запал на меня. Но я-то на него нет. Во всяком случае, пока.

— То есть надежда у него все же есть.

— Отторжения или неприязни он у меня не вызывает. А в остальном глухо как в танке. Вот Смычок… Не в обиду будь тебе сказано, Игорек, но хотя он во многом тебе и уступал, я на него сразу запала. Может, потому, что он чем-то был похож на моего мужа, в которого я влюбилась еще девчонкой. С виду ботан ботаном. Весь такой мягкий, пушистый, покладистый и наивный, а внутри стальной стержень. И для детей отцовское слово — закон. Со мной еще капризничали, его слушались беспрекословно.

— Настя, а сколько у тебя детей?

— Трое, — вздохнула она. — Но я не переживаю на их счет. Я попала так попала, и тут ничего не поделаешь. Но дети с отцом не пропадут. Валера все сделает как надо. Только бы не оставался один. Нашел бы себе какую покладистую и чтобы детей приняла. Вон такую, как Алинка. Я его называла своим четвертым ребенком. Старшеньким. Требует постоянной заботы. Да ну тебя, всю душу растравил. Еще и лук этот едучий, — смахивая слезу и шмыгая носом, как-то уж слишком резко произнесла девушка.

А потом вновь сосредоточилась на готовке. Больше напарники не обменялись ни словом. Настя, похоже, погрузилась в воспоминания. Игорь испытывал чувство вины. Да и сам вспомнил жену и сыновей, отчего грудь словно тисками сдавило. Накатывало порой. В особенности после вот таких бесед о прошлом.

Попаданцы старались избегать этой темы. Однако иногда разговор как-то сам собой туда скатывался. И пусть больно, но остановиться все же сложно. А еще становились известны интересные факты. Например, то, что Настя — мать троих детей. А по ней ведь и не скажешь. Выглядит просто шикарно. Молодец.

Гладко было на бумаге, да забыли про овраги… Вот уж воистину ожидания нередко оборачиваются разочарованиями. Казалось бы, все получилось и выгода налицо. На деле же обязательно найдутся какие-нибудь подводные камни и все оказывается не столь просто.

Так и у Игоря. Вроде бы все ладится и складывается в симпатичную такую картинку. В общем и целом он обласкан удачей. А не чем иным, кроме как везением, все случившееся с ним за последние месяцы не назвать. Но вот не обходится та бочка меду без ложки дегтя, хоть тресни.

Раздолбали банду, взяли изрядные трофеи. И перспективы очень даже радужные. А не тут-то было. Спицын, главный и единственный оружейник Невьянска, наотрез отказался выкупать оружие более чем за полцены или брать его под реализацию хотя бы за две трети. Хочешь больше? Не вопрос. Продавай. Благо это законами княжества не возбраняется.

Да только жаждущие приобрести стволы в очередь к Игорю не выстраивались. Вроде и подешевле, чем в оружейной лавке. Но кто знает, в каком состоянии оружие. Чистой воды кот в мешке. Спицын же — оружейный мастер. А потому и товаром торгует качественным. Да еще и гарантию дает. Если не по твоей вине случилась какая поломка, приведет все в норму совершенно бесплатно.

Надежды на получение премии за выявление пособника бандитов также канули в Лету. Трупы-то они доставили. Безопасники чин чином их сфотографировали. И даже провели дознание. Без дураков отработали. Это Игорь узнал доподлинно от своих подопечных на занятиях по рукопашному бою.

Но результат отрицательный. Да и неудивительно, при такой-то лояльности властей. Преступники совершенно открыто бродили по Невьянску. Не гадят в городе — так и дела до них никакого. Они даже счета в банке имели и напропалую пользовались чековыми книжками.

Вот и сейчас. Казалось бы, в рейде Бородину с товарищами в руки упала дорогая «Нива». Но и тут не слава богу. В результате серьезной поломки пришлось половину пути тянуть на буксире. Причем едва не бросили в степи. Теперь нужно тратиться на восстановление, да еще и прикидки Руля оказались неверными, а потому и затраты существенно выше. Ну и глупо бы было не учесть все те дополнения, что ранее приходили на ум Игорю.

Приволокли библиотеку. Однако и тут с горчинкой. Во-первых, часть книг все же изрядно подпортилась. Местная типографская краска не столь водостойкая, как земная, и частью поплыла. Как следствие утрачен и текст. К тому же наличествовали образцы, уже имеющиеся в княжестве. А вообще, работникам института необходимо время, чтобы разобрать доставленные бумаги и книги.

Однозначно прибыль будет немалой. Но о ее денежном эквиваленте говорить пока еще рано. И ни о каком авансе речи быть не может. Такое тут попросту не принято. Вот изучат все, рассортируют, оценят и тогда разом выпишут всю сумму. По самым скромным подсчетам — месяц.

Не сказать, что Бородин и члены его команды бедствовали. Нет, со средствами у них, к счастью, все в порядке. Дай бог каждому. С тем кризисом, что был пару месяцев назад, не сравнить. Но все же факт оставался фактом. Активы вроде как есть, но в то же время ни о каких сверхприбылях не могло быть и речи.

Конечно, оставалась еще и пустошь Чалата со скрытыми в ее недрах богатствами. Но ты поди доберись до них. К тому же то, что их новый знакомый не подцепил никакую заразу, вовсе не давало гарантии, что ее там нет.

У них в команде есть опытный сталкер в лице Насти. Алексей в бытность свою землянином служил в химических войсках. Пусть и в санчасти, но тем не менее соответствующую подготовку все же прошел. Уж больно ушлые ребятки эти террористы, да еще и постоянно ходили разговоры об отправке на Ближний Восток. Так что к боевой и специальной подготовке в их части подходили вдумчиво.

Но соваться в Чалату без должной подготовки, а главное, без экипировки, — затея не из лучших. Костюмы же химзащиты, противогазы и экспресс-лаборатория — весьма дорогое удовольствие. Их средств для нормального снаряжения пока явно недостаточно. Вот и пришлось отложить Чалату на неопределенное будущее…

Игорь в который раз начал поочередно напрягать мышцы, чтобы хоть как-то разогнать кровь по жилам. Ну не его это — сидеть в засадах. Ему бы вперед, бегом, скачками и чтобы адреналин по крови. Тут же… Сидишь как мышь под веником и все ждешь чего-то.

Хм. Вообще-то не чего-то, а кого-то. И лучше бы этому паразиту наконец появиться. Достало уже маяться в засаде. И что самое паршивое — непонятно, появится он или нет. А если появится, то когда? Может, через месяц, а то и через два. И вовсе не факт, что у них к этому времени не лопнет терпелка.

Стоп! Только не сдаваться. Все говорит о том, что неизвестный или неизвестные обязательно мелькнут. Брачное агентство оказалось в зоне пристального внимания невидимых кукловодов. Сначала закладки аппаратуры в доме. Кстати, пару недель назад у Алины вновь были обнаружены камеры. И на этот раз целый десяток. Потом автомобиль. Так что «Антилопу» обязательно захотят зарядить. Просто нужно набраться терпения и подождать.

Снова тело затекло. Лохматка. Куст сирени. И полная неподвижность. Вот слагаемые успеха. Спрятаться тут больше негде. Просить же Артема устроить днем какое-нибудь укрытие, чтобы у наблюдателей кукловодов не возникло подозрений, Игорь не стал.

Просто он вовсе не исключал такой вероятности, что Артем и сам может работать на кукловодов. Да это вообще первое, что пришло ему в голову. А потому вот уже неделю в засаде, выставляемой каждую ночь, попарно дежурил он сам с Доком и Волк с Воротом. Артема же о своих действиях, ясное дело, не предупреждали. Оно, конечно, как-то не очень так-то поступать с членом своей же команды. Но, с другой стороны, Руль поймет. А не поймет… Н-да. Не хотелось бы терять члена команды. Успели уже притереться.

Как и предполагал Игорь, Овчинин княжескую администрацию особо не заинтересовал. Особо острой нужды в медиках не было. Разве что в армию или на случай мобилизации. Но, с другой стороны, для этого парень должен принять гражданство. А тот не горел таким желанием и решил присоединиться к Бородину.

В планы Игоря не входило обзаводиться столь уж большой бригадой. У них брачное агентство, а не отряд наемников. И для этого имеющейся команды более чем достаточно. Но по здравом размышлении он все же решил не отталкивать рекрута. Да, сейчас у Шамана со средствами не так чтобы хорошо. Но ведь есть задел. Причем весьма солидный. К тому же деньги — это не главное.

Куда важнее кадры. Доктор… Ну хорошо, пусть фельдшер. Но с опытом работы на «скорой помощи», да еще со специальной противохимической и биологической подготовкой, даже на уровне сержанта, — лишним никак не будет. Поэтому премию, полученную за доставку Овчинина в Невьянск, Игорь передал ему же в качестве подъемных. Нужно ведь парню как-то устраиваться.

Да и Настю со Штыком собирался подтянуть к себе. Попова — язва еще та, и характер у нее серьезный. Но по сути она не лидер и сама это прекрасно осознает.

Иметь вместо одного предприятия два — а что тут такого особенного? Пока-то еще интересно кататься между анклавами и вольными хуторами. Но ведь эти поездки уже превращаются в рутину. Дальше только скука. Нет, если бы Бородин на Земле жил как обычный обыватель, то никаких вопросов. Но он-то вел деятельный образ жизни.

Занимался в детском патриотическом военно-спортивном клубе. Был активным членом казачьего общества и команды военного многоборья при нем. Словом, не сидел на попе ровно. И вдруг, оказавшись в мире, живущем по закону фронтира, выбрать себе спокойный уголок и не отсвечивать? Вот уж с чем он не мог согласиться…

Оп-па! О чем и речь! Вот он, красавчик! Конечно, возможен вариант, что и не он вовсе, а просто какой воришка. Угу. Невьянск — вовсе не такое уж благостное место. Разгула преступности и беспредела, разумеется, нет и в помине. Но все же кражи и грабежи случаются. Месяц назад и вовсе мужчину зарезали. Убийцу пока так и не нашли. Так что далеко не факт, что этот ночной гость — тот, кто им нужен.

Собачка, сторожившая двор, Игоря и остальных членов команды знала хорошо, а потому не возражала против их вторжения. Тем более получив взятку в виде куска мяса. Вырезка без единой косточки! Это чтобы уничтожила угощение без остатка и не всполошила хозяев. А тут вдруг тихо так заскулила и спряталась в самый дальний угол будки.

Игорь дернулся было взглянуть, который час, но сразу же себя одернул. Дурное желание. Тут и дышать-то нужно через раз, а не на часы поглядывать. Выдать себя никак нельзя. Главное, чтобы это не оказался вор. Вот уж чего не хотелось, так это афишировать свои действия. Тут уж никуда не денешься. Не станут же они смотреть, как какой-то гад обворовывает их товарища.

Конечно, Док слабоват в качестве напарника. Его еще учить и учить. Но именно по этой причине Игорь и разделил пары таким образом. Он — с самым неподготовленным. Волк — с уступающим ему Воротом. Ничего более умного придумать не смог.

Неизвестный тенью скользнул к окну спальни Соболевых. Мелькнул свет фонарика. Электрического, между прочим. Ацетиленовые такого свечения не дают. Послышался легкий скрип дерева. Скрежетнул металл.

Что за идиотизм? Понятно, что согласно указу князя у Соболевых, как и у остальных, имеется только легкая ограда. Но все окна первых этажей неизменно закрыты глухими ставнями. Если есть желание проникнуть в дом, то ломиться именно через окна спальни — затея не из лучших. Определиться же с планировкой не так чтобы и сложно, потому как в Невьянске все дома типовые.

Ладно. Потом разберется. Игорь тенью скользнул к неизвестному. С другой стороны надвинулся Док. И у него получилось не так тихо. Злоумышленник — а кто же еще-то — оставил в покое окно и, ослепив Дока ярким лучом, выдернул револьвер. Овчинин даже замер, вскинув руку к глазам. Бородин различил сухой щелчок взводимого курка. Но к этому моменту он уже набрал скорость и был рядом.

Приклад БК врезался в основание шеи неизвестного. Не издав ни звука, злоумышленник сразу же сложился изломанной куклой у ног Игоря. Только капсюльный кольт брякнул оземь. Местная конструкция, само собой. Земное оружие тут редкость и стоит дорого. Как, впрочем, и боеприпасы к нему.

— Док, учись двигаться бесшумно, — выдохнул Игорь.

— Ну, извини. Москва не сразу строилась. И потом, я его отвлек, а ты приласкал.

— Интересно, если бы он успел прострелить твою шкуру, ты так же считал бы себя правым?

— Смысл говорить о том, чего не случилось? — прикладывая пальцы к живчику на шее оглоушенного, пожал плечами парень. — Жив, — констатировал он.

— Говорить об этом надо, — с упором возразил Игорь. — И за этот косяк я из тебя еще душу выну. Потому как не фиг расслабляться. Вы мне раненые и уж тем более мертвые не нужны.

Теперь уже он сам склонился над находящимся без сознания неизвестным. Доставать свой фонарик не стал, воспользовался трофейным. Хм. Точно такой же, как и у него. Динамо с диодом в удобном прорезиненном корпусе. И уронить не страшно, и одной минуты вращения рукояти хватает на двадцать беспрерывной работы.

На неизвестном ничего особенного не обнаружилось. Пара ножей, на поясе и за голенищем. Уже выроненный револьвер. Папиросы, спички, золотой червонец, три рубля серебром и мелочь. И это все. Обычный среднестатистический невьянец. Разве только в открытой холщовой сумке, висевшей через плечо, нашлась сыромятная волчья шкура. Вот отчего песик испугался. Ничего удивительного. Не волкодав, а обычная дворняжка, звоночек. В городе в большинстве домов такие.

А вот сумка, пристроившаяся у стены, куда интереснее. Из нее тянется резиновая трубка, на конце которой обнаружилась стальная полая игла. Что-то вроде той, что используют на насосах для мячей. Однако куда длиннее и вставлена в сквозное отверстие в стене, предназначенное для шкворня от поперечины ставней. В сумке трубка присоединена к какому-то стальному баллону с вентилем.

Зимой эту дырку дополнительно утепляют, чтобы холодом не тянуло. Но сейчас никаких препятствий для иглы нет. Получается, этот говнюк собирался пустить в дом какой-то газ. Хм. И скорее всего, сонный. Теперь понятно, как так случилось, что Руль ни о чем не догадывался. Они с женой ложились спать, а потом им еще и добавляли, чтобы не смогли помешать даже случайно.

Ну точно! Подобным образом эти сволочи делали закладки и в доме Алины. Ну невозможно проделывать это так, чтобы никого не потревожить. Тем более если там проживает чуть ли не три десятка человек.

Та-ак. Что тут еще? Мини-камеры. Провода тоньше волоса. Черная краска под стать той, которой была выкрашена рама «Антилопы». Но скорее всего, куда быстрее сохнущая. Ретранслятор. Динамо в одном корпусе со «стирлингом». Оборудование один в один с тем, что они сняли раньше и обнаружили в сгоревшей «Ниве». Клей для крепления аппаратуры. Отличный, между прочим. Пришлось изрядно постараться, чтобы прежнее оборудование не оторвать с мясом.

— В яблочко, а, Шаман! — задорно произнес Док, вязавший уже приходящего в себя мужика.

— Еще как в яблочко, — не без удовольствия подтвердил Игорь.

В этот момент раздался легкий скрип двери. Шаман тут же поспешил укрыться за автомобилем, едва успев подать знак напарнику. Док сообразил мгновенно и, оставив злоумышленника, ушел за угол дома. Не хватало еще схлопотать пулю от ничего не ведающего товарища.

— Руль, не пальни сдуру, — уже не скрываясь, но и не спеша выходить на открытое пространство, громко произнес Игорь.

— Шаман? — удивленно произнес водитель.

Рука с револьвером опустилась, хотя спускать курок с боевого взвода Артем не спешил. А заодно продолжал светить ацетиленовым фонарем в сторону «Антилопы», из-за которой слышался голос командира.

— Я, — выходя из-за машины, подтвердил Бородин.

— А чего это ты?.. Док?!

— Привет, Артем, — смущенно улыбнулся появившийся из-за угла Алексей.

В этот момент пленник, окончательно придя в себя, подскочил и рванул в сторону небольшого приусадебного участка. Как видно, рассчитывал скрыться среди деревьев. Опять же, на улице горели какие-никакие фонари, ему же сейчас не помешает темнота. Ну и то, что на задах был пустырь, тоже немаловажно. Оказавшегося на его пути Алексея он снес, как таран. Несколько большая масса и отчаянная решимость — неплохое подспорье.

Реакция Игоря была молниеносной. Приклад впечатался в плечо. Хлоп!

— А-а-а!

Клац-клац. Хлоп!

— Уйо-о!

Клац-клац. Хлоп!

— Ы-ы-ый!

— Познакомься, — опуская БК и досылая в ствол следующий патрон, произнес Игорь, окутанный облачком порохового дыма. — Как зовут этого придурка, мы пока не знаем. Но он усиленно старался накачать вам в дом какой-то газ. А в его сумке нашелся комплект, подобный тому, который ты демонтировал на «Антилопе». Ну что там, Док?

— Порядок, — вновь начиная колдовать над неизвестным с концом веревки, отозвался Овчинин.

— Резинки? — угрюмо поинтересовался Руль.

— Они, родимые, — подтвердил Игорь.

Спицын сразу же отреагировал на изменения в законодательстве о самообороне. Не откладывая в долгий ящик, он быстренько разработал револьверные травматические патроны. А еще начал продажу зарядов для капсюльных револьверов. Эти продавались со специальными насадками для заправки эластичных пуль в каморы.

Казалось бы, обычный револьверный патрон. И даже с меньшей навеской пороха. Но стоил целых двадцать копеек. Иван Аркадьевич объяснял это дороговизной сырой резины, из которой он затем варил пули. Хм. Может, и не лукавит. Во всяком случае, тот же прорезиненный дождевик стоил в десять раз дороже обычного парусинового. Ну дорогая тут резина. Если не на вес золота, то на вес серебра точно.

— Шаман, а почему я ничего об этом не знаю? Он знает, — жест в сторону растерявшегося Алексея, — а я нет.

— Потому что ты должен был вести себя как обычно, — пожав плечами, ответил Игорь. — Малейшая наигранность или неестественность — и ничего не вышло бы.

— То есть ты использовал меня и мою семью как подсадных уток.

— Артем, вот сейчас ты выдохнешь и успокоишься, — твердым тоном произнес Бородин. — Я вас использовал как наживку не для поимки убийц, и вы ничем не рисковали. По крайней мере, я понятия не имел о газе, что в принципе может быть опасным. Но, как видишь, мы не дали ему ничего сделать.

— Шаман…

— Артем, ты сейчас пойдешь домой. Успокоишь жену. Насчитаешь отару из тысячи и одной овцы и уснешь. А завтра с утра, под чашечку чая, обдумаешь все случившееся и станешь предъявлять мне претензии. Если найдешь за что. Все. Док, выводи этого огородами.

Игорь подошел к окну, чтобы собрать пожитки пленника. Потом отправился на задний двор, за которым начинался пустырь. Его так и подмывало оглянуться, чтобы понять, как именно поступил Артем. Вот не хотелось разлада в команде. Но еще меньше желания обзаводиться человеком кукловодов.

Даже если оставить в стороне ненависть, испытываемую к ним, в любом случае агент — это мина замедленного действия. Ведь здесь шоу. Значит, есть и зрители. Те, кто готов платить за него большие деньги. А как известно, кто платит, тот и заказывает музыку. Захочется завтра какому-нибудь жирному борову посмотреть, как команда Бородина окажется в полной заднице, и внедренный в группу агент организует это. Ничего личного. Просто работа.

Всегда можно заставить человека поступать так или иначе. У каждого есть ниточки, за которые можно дергать, и рычаги, на которые можно давить. Тем же Артемом возможно управлять через его жену и пока еще не рожденного ребенка. Семья — едва ли не самый мощный побудительный мотив на свете.

Выбравшись из огорода Соболевых, пересекли пустырь и вскоре оказались в промзоне. Дальше прошлись по дороге, благо ночь и вокруг ни души. Добрались до линии укреплений, перебрались через нее и заграждения.

Как ни громозди всевозможные преграды, ограды и ловушки, местные всегда имеют пару-тройку лазеек. Ну не ходить же в самом-то деле все время в обход. И в особенности вездесущей детворе. Эти умудряются набивать целые тропы. Вот одной из таких Шаман с Доком и воспользовались.

Мужичок то и дело порывался заартачиться. Но с ним особо не церемонились. Тычок в бок или по затылку — и мозги начинали работать в правильном направлении. А вообще, человек всегда надеется на лучшее, даже когда совсем хреново, даже когда его ведут на расстрел. Надежда умирает последней. Это вовсе не фигура речи. Это правда жизни.

— Мужики, ну вы чего? Мужики, ну не надо… Я все-все расскажу, — едва только вырвали кляп, тут же начал канючить неизвестный.

Они отошли от города достаточно далеко, чтобы их не услышали ни на одном из постов. И дорогу оставили в стороне. Да еще и подобрали овраг, заросший деревьями. Словом, ори, не ори — бесполезно. Никто не услышит. И пленник это сразу же понял. А уж когда в свете фонаря блеснуло стальное жало ножа, так и подавно.

Игорь подошел к мужику и молча сунул ему кулак в душу. Приложился как следует. Не жалея. Так, чтобы у того никаких иллюзий. Бедолагу вывернуло наизнанку. Бородин даже забеспокоился, как бы с ним чего не вышло. Потому как и дышать не может, и рвет его. Судорожно вдохнув, он прихватил в трахею блевотину, и добавился еще и выворачивающий кашель.

Но ничего. Отдышался. Пришлось отвести его немного в сторону и плеснуть водой в лицо, чтобы не ощущать кислую вонь рвоты. Зато в глазах мужика явственно читался животный страх. Похоже, клиент дошел до нужной пластичности. Самое последнее, чего хотелось Игорю, так это прибегать к экспресс-допросу в полевых условиях.

Он уронил пленника на пятую точку. Присел перед ним на корточки, положив БК себе на колени. Направил свет фонаря в лицо и заговорил:

— Ну что, мужик, давай пообщаемся. Кто таков?

— Василий. Туманов Василий Федорович, — поспешно ответил тот. — Я пять лет уже как сюда попал. Жена, трое детей. Мужики, ради деток пожалейте, а?

— Не канючь. Продолжай. А там видно будет.

— Ага. Ага. Конечно. Я механиком на казенном автомобильном заводе работаю. Живу на Церковной. У озера. Шестой дом.

Игорь присмотрелся повнимательней. Хм. Вроде бы видел его раньше. Ладно, личность еще уточнят.

— Давно работаешь с кукловодами?

— Не. Месяца три, не больше. Я как-то дома в мастерскую зашел, вижу, на верстаке лежит сумка. Не моя сумка. Я же там все как свои пять пальцев знаю. В сумке той письмо, где написано, что либо я буду делать все, что мне скажут, либо моей семье конец. А дети-то тут при чем? Тем более никого убивать не надо. Только и того, что аппаратуру установить. Инструкции, как и что, там же были.

— Что за газ в баллоне?

— Усыпляющий. Вреда никакого. Я уж не раз это проделывал, даже голова не болит.

— На себе пробовал, что ли?

— Пробовал. Я ведь не душегуб, людей как тараканов дихлофосом травить.

— Значит, из одного только страха работать стал?

— Зря вы так, мужики. Они ведь все могут. Все мы тут их волей оказались. И камеры эти где только не находят. И убийцы подручные у них очень даже могут быть. Но правда ваша, кроме всего прочего, в сумке еще и сто рублей золотом было.

— И как они тебе задачи ставят?

Туманов не ответил.

— Ты не молчи, мужик. Не молчи. Думаешь, мы такие добрые, что не тронем никого? И тебя грохнем, и семью твою не пожалеем. А как подловим следующего, так тебя в качестве примера помянем. Станешь сотрудничать — все чин по чину сделаем. Не узнают они, что ты с нами снюхался. А случись, так и вывезем тебя. Не всесильные эти кукловоды. Не все им подвластно. А у нас, как ты понимаешь, есть знакомые среди аборигенов.

Игорь говорил это ровным, бесцветным тоном, что придавало его словам куда больший вес, чем свирепое выражение лица. Вот так слушаешь и сразу веришь. Смог бы он осуществить свою угрозу? Пожалуй, что и нет. Не было у него ненависти, а уж о жене и детях этого бедолаги и говорить нечего.

Он не сомневался, что мужик из страха за свою семью сотрудничал с кукловодами. А если так… На что сам Игорь решился бы ради своих? Да на многое. И уж на то, чтобы подбросить кое-какую аппаратуру, тем паче.

— А если я в контору пойду?

— Не пойдешь, — покачал головой Игорь. — С нами шансов больше, что мы через тебя не переступим. Контора же, случись, так даже не поморщится. И не потому, что им на тебя наплевать. Просто для них это работа, а ты и твоя семья — запланированные потери. Так что давай, мужик, прекращай маяться ерундой.

— Я каждый четверг отправляюсь к тайнику. Там нахожу сумку со всем необходимым и инструкцией, где и что нужно сделать. Мне поручали только машины заряжать, — наконец сдался Туманов.

— Цели всегда конкретные? — продолжил задавать вопросы Игорь.

— Да, — кивнув, с готовностью ответил Василий.

— А как ты им возвращаешь, ну, хоть тот же пустой баллон?

— Так там же, в тайнике, оставляю. А когда прихожу, то на месте уже новое лежит. Ну или старое, когда не заберут.

— Так они что, не каждую неделю задачи тебе ставят?

— Нет. Но хожу я каждый четверг. Как было написано еще в первой инструкции. И каждый месяц получаю по сто рублей…

Проговорили часа два, выясняя всевозможные подробности. Несколько раз прошлись по одним и тем же вопросам, пытаясь поймать пленника на противоречиях. Пару раз Игорь прикладывался кулаками, изображая бешенство и сбивая мужика с конструктивной волны. Он, конечно, в допросах валенок, но полагал, что подобный подход позволяет поставить допрашиваемого в тупик и заставить ошибиться.

По завершении беседы препроводили Туманова обратно в город. Вновь посетили подворье Руля. Чтобы не насторожить кукловодов, Игорь решил-таки установить аппаратуру на «Антилопу». Пусть будет. Ничего страшного. Главное, чтобы Василий продолжал пользоваться доверием кукловодов.

Затем, уже утром, окончательно установили личность пленника. Не соврал. И механиком работает, и пять лет как попал в этот мир, и детки с женой в наличии. Ну что ж, причин для спешки никаких. А потому пусть Василий пока побудет в роли спящего агента и работает как прежде.

Н-да. Из них оперативники те еще. Но больно уж не нравился Игорю подход местной конторы. Как-то уж совсем у них все неоднозначно. Не следует сбрасывать со счетов тот факт, что многие земляне не горят желанием вернуться. И уж наверняка среди них те, кто занимает в княжестве более или менее видное положение. Власть — это то, перед чем устоять практически невозможно.

А по мнению Игоря, тот же начальник службы безопасности вполне может быть в числе тех, кому не хочется на Землю. Подумаешь, тут нет телевидения, баночного пива и сотовых телефонов. Плевать. Кем он был там? Простым опером. Кто он здесь? Практически второе по влиянию лицо в княжестве. И не важно, что вроде как капитан. Стоит только захотеть, так генеральские погоны навесит. Тут важна сама суть.

И кем он станет, вернувшись на Землю? Ладно еще, если сможет восстановиться в полиции, в чем Игорь серьезно сомневался. Ну вот нет у Котова причин тосковать по родине. Во всяком случае, Бородин их не видел. А коль скоро так, то лучше он наломает дров и наплодит ошибок, но доверяться безопаснику в этом вопросе не станет.

— Леша, я все спросить хотел, — начал Игорь, когда они, уставшие после ночных приключений, возвращались домой по улицам просыпающегося Невьянска.

— Да, — с готовностью отозвался Овчинин.

— Я вот смотрю, ты постоянно щуришься. Как будто у тебя проблемы с глазами. И очки у тебя видел. Земные еще. Но только ты их не носишь. Перешел на линзы?

— Загадка этого мира, — пожал плечами парень.

— В смысле? — не понял Игорь.

— На Земле у меня были проблемы со зрением. Но стоило оказаться здесь, как они исчезли. Первое время глаза еще поболели, так, словно зайчиков от сварки нахватался, но потом все прошло. А щурюсь я скорее по привычке. Никак не осознаю до конца, что со зрением полный порядок.

— Хм. А ведь и у меня так было, хотя я ничуть не страдал плохим зрением.

— Ну, возможно, причина в чуть ином спектре света.

— То есть так должно было быть у всех? Но в Невьянске хватает народу в очках. У кого-то зрение садится уже здесь.

— Это может быть и индивидуальная особенность организма. Знаю, что сейчас в очках никакой надобности. А что там и почему, понятия не имею.

— Ладно. Тебе прямо, мне налево, — останавливаясь на перекрестке, произнес Игорь. — И не забудь, через три часа собираемся и двигаем на рыбалку.

— Не забуду. Остальных не извещать?

— Незачем лишних посвящать. Знаем впятером, и этого пока более чем достаточно.

— Ясно, — кивнул Док и направился по улице уже в одиночестве.

Он, как и Настя со Штыком, проживал в общежитии, где квартировали сталкеры и мародеры. Григорий предлагал обосноваться с ним, в общежитии работяг, где было не в пример потише. Мол, под это дело можно будет даже отжать отдельную комнату на двоих. Но Овчинин отказался. Заявив, что пока предпочитает пожить в этом развеселом месте, неплохо способствующему сбору информации о новом мире. Чего только не наслушаешься от бывалого народа…

Рыбалку эту Игорь затеял, чтобы в некотором роде оправдаться перед Рулем. Он из его команды. Они вверяют друг другу жизни. И разного рода недомолвки попросту лишние. Собраться всем для беседы за рюмкой чая совсем не будет лишним. Только устроились подальше от «Антилопы». Ну его, этого засланного казачка.

Убедить Артема в том, что никто и не думал в нем сомневаться, удалось без особого труда. Хотя бы потому, что Игорь никому не говорил о своих сомнениях относительно его. Мало того, когда Алексей высказал подобное предположение, строго его дернул. Но Соболев не должен был ничего знать, чтобы сыграть свою роль максимально правдоподобно. Поверил. Вот и славно.

Часам к трем поспела уха. Как оказалось, Док умел отлично готовить. Правда, по его словам, только в полевых условиях. Но все догадались, что он лукавит. Мужики отчего-то стесняются признаваться, что уверенно чувствуют себя у плиты. Готовка ведь никак не вяжется с мужественностью.

— Ох, Леха, стоило тебя спасать хотя бы за вот такую вкуснотищу, — жадно отправляя в рот ложку за ложкой, восхищенно произнес Антон.

— А ты и не спасал, — возразил Овчинин.

— Ты не прав. Мы — одна команда. А значит, если спас тебя даже один из нас, то заслуга эта общая, — авторитетно возразил Волков.

— Игорь Юрьевич, как-то сухо идет, не находишь? — нарочито прокашлявшись, подметил Григорий.

— Ну так в чем проблема? В моем рюкзаке бутылка казенки, — пожал плечами Игорь.

— И у меня есть, — тут же подхватился Овчинин.

Игорь обвел взглядом товарищей и понял, что заряжены все без исключения. Н-да. Как там говорится? Если командир не в состоянии предотвратить пьянку, то он должен ее возглавить? Хм. А еще направить в нужное русло и придать упорядоченный характер.

— Значит, так. Антоша, с нас сегодня простава. Потому сходи принеси мою и твою. И на этом все. Завтра выезд. Хуже нет, чем отправляться в дорогу с похмельем. Просрем все на свете. И себя в частности.

— Как скажешь, Игорь Юрьевич, — легко согласился Волков, а потом стрельнул лукавым взглядом в сторону Гришки. — Только как бы кое-кто не добавил в известном веселом заведении.

— Ты это о чем? — вздернул бровь Бородин.

— Да это он про красные фонари, — вынужден был признать Васютин.

— Не понял. Ты же утверждал, что после страстных хуторянских вдовушек Венины красавицы не пляшут.

— Говорил. Но когда мы в последний раз бывали на таком хуторе?

— А душа просит, — подначил парня Артем.

— Кое-кому легко говорить, — отмахнулся от водителя Гришка.

— Не скажи. Вот Антон, например, не ходит по фонарям, — заметил Соболев.

— Ну, парни, вы не правы. У каждого своя терпелка, — возразил Игорь. — Но ты смотри, Гриша, Настя узнает — не видать тебе ее благосклонности как своих ушей.

— Да мне и так не видать, — отмахнулся парень.

— Ну, это дело твое. А насчет… — Бородин многозначительно щелкнул пальцами по горлу.

— Командир, я ведь туда не за выпивкой хожу. Справил нужду и подался восвояси.

— Добро, — принимая одну бутылку от подошедшего Дока, произнес Игорь. — Кстати, как там дела у Вени? Не загибается? И вообще, как с тобой после того?

— Нормально со мной. Мы же думали, что он нас заказал. Так что он вроде как зла не держит. Разминулись краями. Он ко мне с разговорами не лезет, ну и я хожу не к нему. А что до девочек… Знаешь, Шаман, а ведь у него новенькие появились.

— О как.

— Ага. Подробности я не знаю, но точно невольницы.

— Вот же с-сука, — сплюнул Антон. — Горбатого могила исправит.

— Ладно. Это не наше дело. Случится, девкам в беде поможем. А бороться с системой, даже гнилой, то еще удовольствие. Будем здоровы, парни, — решил закруглить скользкую тему Игорь.

После ухи и пары капель у них словно второе дыхание открылось. В смысле клев начался просто бешеный. А когда рыба идет на наживку, рыбалкой увлечется даже самый равнодушный к этому занятию.

Бородин собирался просто вывезти парней в поле, чтобы выровнять ситуацию с Рулем. А вышло так, что едва ли не на промысел отправились. Каждый из них поймал не меньше десяти килограммов. Док и Ворот свой улов передали Бородину. Ну куда им эта рыба? А в доме Алины народу хватало. Разносолы никак не помешают…

Хотя на этот раз их путь лежал в Тартару, один из четырех городов аборигенов, миновать Буркату никак не получалось. Тут имелся единственный мост через Айсану, довольно широкую реку с бурным течением.

В город прибыли часам к двум пополудни. Никаких препятствий для продолжения поездки не было. В крайнем случае переночевать можно и дальше. На хуторе Рухайло. Если раньше, чтобы попасть в Тартару, приходилось забирать южнее и двигаться через Улану, то теперь появился путь на пятьдесят километров короче.

Расстояние вовсе не шуточное, даже при наличии техники на паровой тяге. Это у землян автомобили бегают со средней скоростью двадцать километров в час. Быстрее попросту не получается из-за плохих дорог и постоянной опасности нападений. Техника же аборигенов хорошо если выдает среднюю скорость восемь-девять километров. А то и меньше. Так что полсотни верст — это, считай, их дневной переход.

Вот и устроил один из крепких вольных родов выселки на реке Холодной, построив там большой паром. Благодаря чему сообщение между Буркатой, Тартарой и находящейся рядом Малетой в значительной мере упростилось. В случае необходимости именно на этом хуторе и намеревался заночевать Игорь. Благо отношения с родом Рухайло у них были вполне теплыми.

В низовьях течение Айсаны, протекающей через Буркату, становится достаточно спокойным, и там устроена переправа. Мало того, в нужном месте даже есть хутор, как и небольшой паром на одну гужевую повозку. Но это, так сказать, для собственных нужд. Выигрыш в пути составляет меньше полутора десятков километров. Так себе расстояние, и купцам нет смысла пользоваться этим маршрутом. Как и Игорю с товарищами. Дорога там едва наезжена, а потому вместо того, чтобы сэкономить время, они его только потеряют.

Пообедали, оправились, обслужили «Антилопу» и снова в путь. Благо на землях Буркаты никакого дождя не было и в помине. Облачно, да. Но зато сухо. Хм. Ну и пыль, чтоб ей пусто было. Достала! Вот так и не поймешь, что лучше. Кстати, горожане смотрели на землян как на какую диковинку. А и то, на дворе бабье лето, а они где-то изгваздались в грязи, да так, что комья даже на кожаной крыше!

На преодоление пути в полсотни километров понадобилось часа полтора. Причем на одной заправке. Повезло, что дорога в основном под уклон, а потому шли экономно. Зато обратно однозначно придется останавливаться для обслуживания.

Вот насколько поначалу Игорь загорелся идеей купить паровой автомобиль, настолько же сейчас был готов разнести его с помощью кувалды к такой-то матери. Человек, вкусивший все преимущества двигателя внутреннего сгорания, не мог так просто смириться с несовершенством паровиков. Игорь, конечно, допускал возможность создания вполне конкурентоспособной паровой машины. Но вынужден был делать выводы из существующих реалий…

— Здравствуй, Алиночка. Как доехали? — с нескрываемым уважением и искренним радушием встретил сваху глава рода.

Хм. Изображает из себя старика, убеленного сединами. Вон даже бороду отпустил чуть ли не до пупа. Да только бесполезно все. Прекрасно видно, что мужчине едва минуло пятьдесят, пусть и седой как лунь. При всем несовершенстве местной медицины и высокой смертности среди аборигенов это все же не тот возраст, чтобы тянуть на звание старейшины. Но, с другой стороны, да, глава семьи, подавшейся на выселки, со всеми вытекающими.

— Здравствуй, Ахор. Как дела в твоем роду? — польстила Михайлова мужчине.

Вообще-то глава семьи и глава рода — это разные понятия. И Алина прекрасно понимала разницу. Но… Отпочковался же. Всего на хуторе проживает двадцать восемь человек. Шесть взрослых мужиков, столько же женщин. Семь детей до девяти лет. И девять — от десяти до семнадцати. Была еще одна, старшая дочка Ахора, но Алина благополучно выдала ее замуж. Как раз на прошлой неделе сыграли свадебку.

— Здравия тебе, Алина. Как там Михалка? — поинтересовалась дородная женщина, вышедшая на крыльцо жилого дома.

Это жена Ахора. Ему, вишь, как-то неловко проявлять излишнее любопытство по поводу отрезанного ломтя. А то как же! Баба — она в другой род уходит, и пользы от нее в родительском доме — только помощь по хозяйству до замужества. А как пошла со двора, так и поминай как звали. Но матери проявлять о дочке заботу незазорно.

Игорь откровенно потешался над Рухайло-старшим. Тот всем своим видом выражал равнодушие и в то же время жадно ловил каждое слово Алины. Эх отцы, отцы, везде, во все времена и во всех мирах вы одинаковы.

— Руль, ты куда? — удивился Игорь.

Тому еще предстояло обслужить машину. Заправить газогенератор. Вполне обычное дело, когда Артем с вечера заправлял генератор, а с утра выдвигался в путь с запасом уже остывшего газа. Зато при обслуживании никакой опасности возгорания не до конца перегоревших в уголь березовых поленьев.

Вроде бы ничего страшного. Можно и потом все это сделать. Тем более что путники решили тут переночевать, благо на хуторе им были рады. Но все же непонятно. Привести себя в порядок, помыться, а потом опять изгваздаться, подобно трубочисту. Угу. Об удобстве паровиков говорилось уже не единожды.

— Подумать нужно, о вечном, — сделав неопределенный жест, ответил водитель.

— Ага. Ты только смотри не разнеси заведение, а то нас за ворота выкинут.

— Не переживай, — отмахнулся Соболев.

Ну и поспешил в уже известном ему направлении. Они тут не впервой. Так что не заблудится. Ага. А вон и молодка вышла из другого дома, бросила взгляд на Артема и понимающе улыбнулась. Нет, ни о каких поползновениях не может быть и речи. Это жена старшего сына хозяина, так что и нарваться можно. Тут, слава богу, вдов не водится. Полноценные семьи.

— С Михалкой все хорошо, — между тем отвечала на вопрос матери Алина. — Да она сама вам все расскажет.

— Это как же сама? — все же не сдержал удивления Ахор.

— Вы в городе ведь видели граммофон?

— Чего это в городе? У бати в доме имеется, — огладив усы и бороду, не без гордости возразил мужчина. — Да и мы примеряемся. Просто надобности особой пока вроде нет.

Угу. Как бы не так. Денег нет на подобные излишества. Но хутор молодой, встал в удобном месте, глядишь, еще разбогатеет и разрастется. Все может быть.

— Так вот, мы на такую пластинку записали послание Михалки, — пояснила Алина. — У нас есть патефон, на котором ее можно будет послушать. Вот и получается, что она как бы сама вам и расскажет, как у нее все сложилось.

Купаясь в лучах неподдельного изумления и радости родителей, Алина бросила лукавый взгляд на Игоря. Мол, вон ты какой молодец. Какое хорошее дело удумал. А что, очень даже и удумал, и таки да, молодец.

Вот только благостное настроение с него тут же сорвало тревожным набатом. Парнишка лет четырнадцати на наблюдательной вышке вовсю колотил железным прутом по подвешенному куску стали. Ничего так, звонко получалось. А главное, сразу понятно — не на обед сзывают.

— Виндах, что случилось? — задрав голову, тут же выкрикнул глава семейства.

— Бабы возвращаются! — ответил наблюдатель.

— И чего ты расшумелся? — продолжал выказывать недовольство глава семьи.

— Так их только четыре!

— Ох ты ж напасть какая! — всполошился мужик и рванул в дом.

Игорь же поспешил подняться на вышку. Километрах в двух действительно были видны четыре человеческие фигуры. В бинокль рассмотрел, что это две женщины и девчушки лет по двенадцать-тринадцать. Вот так тут все кучеряво. Интересно, а сколько их всего в лес-то ходило? И что там вообще стряслось?

Со стороны поля в их направлении рванул трактор с двумя вооруженными мужиками. Тут без оружия вообще не ходят. Еще один, с парнишкой лет пятнадцати, бежит от парома. Как видно, занимались мелким ремонтом и теперь спешат на подворье, чтобы дальше действовать сообразно обстановке.

Из-за дома на центральный двор вышел второй подросток с двумя лошадьми. И когда только успел. Правда, без седел. Но по горячему и наметом можно. Просто некогда возиться. Вот и Игорь не стал тянуть. Порой секунда решает многое.

Он буквально слетел с вышки и запрыгнул в автомобиль, благо в генераторе все еще оставался газ. Вовремя прихватило у Руля живот, чего уж там. Но вообще это не дело. Нужна страховка. Однозначно. Вот так подумал о резервном баллоне для газа, и на тебе, тут же потребность возникла. Пока не так горячо, но игнорировать тревожный звоночек не дело.

— Волк, Ворот, в машину!

Открыл вентиль подачи газа на горелки. Пальцы поймали ручку магнето. Все же хорошо, что озаботились этим девайсом. Несколько интенсивных вращений. Вдавить кнопку. Сзади раздался хлопок, и в котле тут же загудело пламя.

— Алина, вон из машины! — Позывной «Рысь» к ней так и не приклеился.

— Там, кроме баб, никого нет, — возразила девушка, прекрасно понимая, чем руководствуется Игорь.

— Хм. Резонно.

А еще немаловажно то, что женщинам и девочкам понадобится поддержка. У Алины же это получится всяко лучше, чем у аборигенов. К гадалке не ходить, вместо конструктивного подхода станут сыпать обвинениями.

Взгляд на манометр. Давление неуклонно растет, и стрелка едва перекочевала в зеленый сектор. В этот момент из-за угла выскочил ничего не понимающий Руль. Игорь молча сдвинулся в сторону, уступая ему место. И тот понял все как надо. Запрыгнул в автомобиль, сразу обозрев приборную панель. Удовлетворенно кивнул и посмотрел на Игоря.

Из дома выскочил вооруженный Ахор. А ничего так снабдили семью, отправляя на выселки. У всех огнестрел. Или все дело в активизировавшихся в последнее время островитянах? Торговля растет, и их заводам нужен рынок сбыта.

— Ахор, садись, — предложил Игорь.

Хуторянин не стал кочевряжиться и запрыгнул в салон, отчего «Антилопа» покачнулась на рессорах. А потом рванула с места и, быстро набирая скорость, выкатилась за ворота. Пробежала метров сто по дороге и резко вильнула вправо, соскакивая с наезженного проселка и устремляясь по целине.

Раньше никак нельзя. По местному обыкновению подходы к хутору изобилуют всевозможными ловушками. А чтобы кто по глупости туда не залез или скотина не проявила излишнее любопытство, покалечившись, имеется легкая загородка. Для животных и умных достаточно, а дуракам закон не писан.

Хорошо хоть тут был ближний выпас и живые газонокосилки выщипали высокую траву. Так что угодить в какую-нибудь серьезную рытвину им не грозило. Однако и землю перепахали копытами так, что любо-дорого. «Антилопа» бежала по траве, весело подпрыгивая на ухабах. Угу. Ни о каких амортизаторах и речи быть не может. За отдельную плату эту опцию получить очень даже можно, но пока в этом острой необходимости нет.

К женщинам они подъехали первыми. Следом подкатил трактор с мужиком и подростком. А там и трое всадников наметом. Мужик, что бежал от парома, и двое парнишек. Все вооружены берданками. А вот револьверов не видно. Н-да. Не ковбои.

Предположения Игоря оказались неверными, и в помощи Алины надобность не возникла. Она конечно же участвовала в разговоре, но никто и не подумал обвинять невесток в том, что не уберегли девочек и свою товарку.

Осень — это пора заготовок, вот и отправились три молодки и четыре девочки в лес за грибами. К каждой ведь охрану не приставишь. Да и не бегают тут горцы и бандиты табунами. Случается, не без того. Так что же теперь, может, и не жить вовсе?

Но в этот раз им не повезло. Нарвались на троих горцев. Ни о каком сопротивлении, ясное дело, не могло быть и речи. Что могут бабы против вооруженных воинов? Те отобрали трех пленниц, остальных же отправили домой. Не душегубы. И не за добычей. Не иначе как им понадобились именно женщины.

Если у равнинных за невестами давали приданое, то у горцев все иначе. Скудный образ жизни неизменно накладывает свой отпечаток. А потому за невесту нужно выкатить богатый откуп. Отец так просто дочь не отдаст, пусть хоть трижды старой девой останется. Это же каким простофилей можно прослыть в глазах соседей!

Вот если украли, тогда дело иное. Но, опять же, вражда. А горцы враждовать умели. За прадедов правнуки ответ держали. Но все же, несмотря ни на какие сложности и последствия, невест в тех краях предпочитали воровать. Благо и без того у них между родами в лучшем случае вооруженный нейтралитет. Нередко и вот так — отправлялись за сужеными на равнину. Ну или за рабынями. По-разному бывало.

— И что собираешься делать? — спросил Игорь у Ахора.

— А что тут поделаешь. В погоню отправляться поздно. Горцев уж и след простыл, — вздохнул мужик.

— Это как это поздно, батя? — вздыбился тот самый мужик, что бежал от парома.

Как понял Игорь, его-то молодую жену и забрали похитители. И одна из плачущих девочек, лет двенадцати, как раз к нему и прижимается. Н-да. Глава рода думает обо всех, а вот он — о своей семье. И Ахор ему сейчас не указ.

Лет тридцать. Крепок. И с характером все в порядке. Насколько помнил Игорь, звали его Вихар, и, было дело, он овдовел. Точно. Еще и второй раз женился, взяв себе молодую жену. Когда они в прошлый раз забирали в Невьянск Михалку, женка его как раз тетешкалась с полугодовалым ребенком. Сходила за грибами, йолки.

— Ну чего ты закипаешь? — попытался вразумить отец сына. — Нешто думаешь, я не хочу родную кровиночку вернуть? Пусть ты и считаешь, что твоя женка мне чужая, но там ведь и внучки мои. Мало нас. Не могу я хутор оставить без защиты. И ты о том ведаешь. Лагор, Добр и Тиман только вчера в город на ярмарку уехали.

— А одного его отпустить можешь? — вдруг подал голос Игорь.

— Да куда ему одному-то против троих, — отмахнулся Ахор.

— Так мы с Волком ему подсобим. Только пусть покажут место, где все случилось. И еще. Вихар, мы наездники никакие, чтобы с горцами в догонялки играть. Придется бежать. Выдержишь?

— Как это — бежать? За конными? — удивился Ахор.

— Лошадь — она только поначалу выигрывает у человека. Потом начинает уступать. Потому как не так вынослива. И тем более когда приходится нести двух седоков. Отсюда до ближайших гор верст сорок?

— Верно, — подтвердил глава рода.

— Значит, самое позднее к завтрашнему вечеру уже нагоним, — уверенно заключил Игорь.

— Вихар с вами не пойдет, — почесав в бороде, возразил Ахор.

— Батя…

— Цыц! Больно говорлив, как я погляжу. Ты уже после первой версты свалишься. Тилим.

— Да, батя, — отозвался парень лет двадцати с небольшим.

— Ты у нас к своей Ганочке за сколько верст бегал, миловался, на кулачках сходился и к рассвету оборачивался?

— Да кто ж его знает, — зарделся Тилим. — Верст пятнадцать в один конец вроде.

— Вот и собирайся, конь стоялый. То дело как раз по тебе. Он у нас по охоте болеет, так что и округу знает, и, случись драться, обузой не будет, — это уже к Бородину.

Игорь помнил этого паренька. Его жена сейчас как раз была в положении. Вроде как третьим. Правда, старшего Господь прибрал. Дочурка же хвостиком за мамкой ходит, для верности вцепившись в юбку. Но вот сомнений у Тилима никаких. За невестку и племянниц вступиться — это святое! Хотя легкое сожаление относительно того, что придется побегать, присутствует. Не иначе как давно не практиковался.

— Игорь, оно тебе надо? — тихо, в самое ухо, произнесла Михайлова.

— Ну, во-первых, выгода — она не только в серебре. И ты это прекрасно знаешь. Дружба подороже будет. А у талосцев на добро память крепкая.

— А во-вторых? — буравя его недовольным и в то же время встревоженным взглядом, поинтересовалась девушка.

— Если я могу помочь людям, относящимся к нам по-доброму, то почему должен пройти мимо? Знаешь, Алина, у меня хватает в жизни моментов, за которые мне по сей день стыдно. Но в том есть хотя бы слабое оправдание. Учить хама добрым словом не получится. Дашь в морду — сам можешь оказаться в роли ответчика. На Земле с этим было просто. А чем я буду оправдываться здесь?

— Только я тебя прошу — поаккуратнее, — вздохнув, приняла его решение Алина.

— Непременно. А вы, пока суд да дело, обоснуйтесь на хуторе, — это уже и к подошедшим Рулю с Воротом. — Мало ли, вдруг это набег, а те трое — разведчики, решившие воспользоваться случаем.

— Ну, Руль-то ладно. А меня почему оставляешь? Зря я, что ли, эти твои клятые марш-броски наматывал? — возмутился Ворот.

— Во-первых, ты нужен тут, при «гатлинге». Если вдруг и впрямь набег какой, то лучше тебя с твоей шарманкой никто не справится. Во-вторых… Ворот, ну вот оно тебе надо, сопли на кулак наматывать?

Н-да. Весь вид парня говорил одно. Надо! Бог весть, что там за тараканы вертелись у него в голове, но рвался он в дело, и все тут. Игорь даже подумал было, что он хочет что-то там доказать Насте. Ведь и так и эдак гоголем перед ней расхаживает, старается привлечь внимание. Да только пока все впустую. И вроде как уже махнул на нее рукой, потому как та всякий раз его динамила.

— Извини, дружище, но каждый должен заниматься своим делом. Думаешь, мне очень хочется брать с собой Волка, которого ждет Хана? Но мы с ним уже давно работаем в паре и понимаем друг друга с полуслова.

— А как же этот Тилим? — кивнул парень в сторону аборигена.

— А что Тилим? Постоит в сторонке, пока мы будем разбираться с этими ухарями. Ладно, давайте в машину, время теряем.

По возвращении на хутор тут же приступили к сборам. Так как предстояло очень много бегать, Игорь решил не перегружаться. Взял по самому минимуму. Три банки тушенки, хлеб, оловянная фляжка с водой. Патроны, одну светошумовую и три осколочных гранаты. Из оружия только БК и «вессон». Ну и лохматку на всякий пожарный. Все. Этого должно хватить за глаза.

Волк экипировался точно так же. Разве только за основной у него пошел, как всегда, АН, автомат Невьянский. Без стрельбы не обойдется однозначно. А не повезет, так еще и бой случится. Глупо тратить невосполнимые автоматные патроны, но пройти мимо случившейся беды они не могли, а такое вооружение самое оптимальное. Брать-то горцев собирались не на марше. Дневной привал или ночная стоянка, это уж как карта ляжет. Но никак иначе.

Тилим тоже не стал перегружаться. Мало того, свою пехотную берданку сменил на отцовский кавалерийский карабин. Но продуктов взял побольше. Впрочем, как выяснилось, содержимое котомки предназначалось не только ему. Их команда пополнилась гладкошерстной собачкой средних размеров. Игорь с уверенностью мог отнести ее к дворняжкам. И в общем-то был совершенно прав. Вот только собачка эта обладала отменным нюхом и умела держать след.

На «Антилопе» добежали практически до места пленения девушек. Из объяснений взволнованных женщин Тилим отлично понял, куда именно им нужно выйти. А потому уверенно вел своих спутников к намеченной цели. Ну и по кратчайшему пути. Им ведь не нужно собирать грибы.

Собачка сразу же взяла след и побежала куда-то, в ей одной известном направлении. Ну и они припустили следом. Правда, поначалу эта четвероногая шавка взяла совсем уж неприличный темп. Но вскоре Тилим разъяснил непоседе, что значит работа в команде, и лаять тут совсем необязательно. Ну как объяснил. Пару раз приложился ремешком — дошло. Двортерьеры вообще понятливые и умные, куда там овчаркам.

К тому моменту, когда на землю опустилась ночь, успели пробежать километра четыре. Причем по лесу — только один. Вроде как это не могло не радовать. Кому понравится продираться сквозь густой подлесок? Но Игорь от души выматерился, как только они оказались на открытом степном просторе. Ведь это означало, что похитители могли развить серьезную скорость.

Человек куда выносливее лошади. Это бесспорно. Но у Шамана и Волка сегодня за спиной уже были броски по зеленкам. И эта усталость, несколько позабытая во время принятия решения, сейчас начинала давать о себе знать.

Бежали. Шли. И снова бежали. Пес уверенно тянул вперед. В лунном свете время от времени попадались свежие следы подкованных лошадей. Бородин, конечно, тот еще следопыт. Но свежий вывороченный ком земли с травой и навоз от старых отличит. Да и в следах кое-что соображал.

— Шагом, — выдохнул Игорь и сам же перешел с бега на шаг.

Вот уже три часа продолжается эта пытка. Позади около двадцати километров. И как они еще не заполучили никаких вывихов или ушибов, одному только богу известно. Собачка же продолжает упорно тянуть вперед. Словно и не устала ни разу.

Впрочем, устала, чего уж там. Но она ведь друг человека, а потому и служит ему не за страх, а за совесть. Собака и лошадь — вот два представителя братьев меньших, которые готовы для человека расшибиться в лепешку. Даже если на кону стоит жизнь. Только человек не всегда это ценит.

Может, именно поэтому одичавшие собаки так люто ненавидят людей. Они ведь отдавали им себя полностью, без остатка, а те их предали, бросив на произвол судьбы. И плевать, что вышло это непреднамеренно, важен сам факт.

— Слушай, я пришибу эту шавку, — хрипло произнес Волк.

Они как раз остановились перед очередным и на этот раз довольно крутым склоном, куда их упорно тянула собачка. Уставший донельзя парень переломился в поясе и, упершись руками в колени, сплюнул тягучую слюну. Плохо дело. Впрочем, Игорь чувствовал себя ничуть не лучше.

— Это в тебе говорит твоя волчья натура, не приемлющая собачек, продавшихся человеку, — все же возразил Бородин.

При этом он с не меньшей тоской взирал на склон. Опять. Да сколько можно! Достали эти предгорья с их бесконечными балками и буераками.

— И что? Может, привал? — предложил Антон.

Тилим смотрел на мужчин с явным недоумением. Пока собирались и ехали в автомобиле, они несколько раз обращали его внимание на то, чтобы он не ныл и не отставал. Он уж подумал, что имеет дело с какими-то особенными людьми. А на деле… Понятно, что мало кто может с ним тягаться в пеших переходах и уж тем более в беге. Но ведь никто и не оспаривает его умения. Кроме этих.

— Поднимаемся наверх, осмотримся, и не просто привал, а четырехчасовой отдых. Потом дальше.

— Ох, грехи мои тяжкие, — простонал Волк.

— А ты взгляни на это с позитивной стороны. Ты же хотел служить в егерях? Вот теперь хлебаешь из этого котелка полной мерой.

— Что-то мне кажется, что тут с добавкой, — покачал головой парень.

— Вперед, боец, — легонько толкнув его в плечо, закончил препирательства Игорь.

Ну и, как положено настоящему лидеру, первым ступил на склон, подавая личный пример. Хм. Ну, насчет настоящего лидера он, пожалуй, загнул. Потому как если судить по физической форме, то таковым сейчас является не Шаман, а Тилим. Он с куда большей легкостью двинулся следом за начальством.

Игорь установил именно такой порядок преодоления возвышенностей. Первым идет он, осматривается и подает сигнал остальным. Вторым — Тилим с собачкой. Замыкающим — Волк. Потом порядок меняется, и во главе становится их песик. Только благодаря ему они и поддерживают такую высокую скорость…

Вспышка. Грохот выстрела! Вжиканье разминувшегося с ним свинца. Все это случилось одновременно. И спроси его, как, когда и что именно он почувствовал, Игорь не нашелся бы с ответом. Просто за мгновение до выстрела по какому-то наитию он резко упал на траву.

Следом за первым выстрелом прозвучали еще два. Послышался чей-то громкий стон. За спиной ударила длинная автоматная очередь, а над головой засвистели пули. Значит, прилетело Тилиму. Отчего-то у Игоря промелькнула мысль, как он будет смотреть в глаза его родителям. Ведь взял с собой и не уберег.

Руки же тем временем словно живут своей жизнью. А может, другая часть сознания и не думала отвлекаться от происходящего, контролируя обстановку. Бородин вообще не смог бы объяснить, как и что он делал. Единственное, в чем абсолютно уверен, — головы он не потерял.

Повернулся на левый бок. Рванул кожаный хлястик на подсумке. Выхватил цилиндр гранаты, похожий на консервную банку. Отжал усики и дернул чеку. Бросил взгляд в сторону позиции стрелка. Тот уже перезарядился и выстрелил. Пуля вновь вжикнула над головой, но цель ее — не Шаман. Горец стреляет в Волка.

Метров двадцать. Замах. Бросок. Хлопок запала. И граната по крутой траектории полетела к своей цели. Игорь перевернулся на живот, руки под себя. Другого варианта он попросту не видит. Луна заливает своим бледным светом склон так, что можно читать газету. Да тут самый настоящий тир! Горцы же хорошие стрелки. Уйти нечего и думать.

Взрыв! Оттолкнулся от земли и одним броском к вершине. Сверху доносится крик. Если Игорь ничего не путает, то это тот, что стрелял в него. Он как раз и был напротив. Вершина. Игорь бросил свое тело вперед, уходя в перекат, одновременно выигрывая время, чтобы осмотреться. Выстрел! Пуля ударила в глухо звякнувший рюкзак, сбросить который не было никакой возможности.

Двое слева. Первый перезаряжается. Второй все еще целится из берданки. Закончив кувырок, Игорь сделал перекат вправо, костеря на чем свет стоит мешающийся рюкзак. Выстрел! Пуля с тупым стуком взметнула фонтанчик земли и травы там, где он был за мгновение до этого.

Хлоп! Первый, уже перезарядивший свою винтовку, снова целится в верткого противника. И именно его Игорь выбирает в качестве приоритетной цели. Винтовка выпала из рук, а горец, схватившись за грудь, завалился на бок.

Второй не стал перезаряжаться, а, выхватив большой нож, бросился в рукопашную. Расстояние едва ли дюжина шагов. Бородин успевает лишь оттолкнуться руками от земли и перекатиться в сторону. Нападающий вынужден корректировать направление движения и как результат замешкался.

Ненадолго. Но Игорю достало этого времени, чтобы из переката встать на колено. Учитывая его высокий рост, это уже никак не сравнить с положением лежа.

Атака последовала незамедлительно. И снова никаких мыслей, одни рефлексы. Бородин выбросил вперед скрещенные руки, перехватил руку с ножом. Чуть подправил траекторию движения, пропуская нападающего мимо себя. Оставалось только не выпустить кисть. Горец сам вывернул ее. А затем помимо своей воли вложил рукоять клинка в руку противника. Продолжая движение по кругу, сам же и насадился на выставленную сталь.

Все это произошло настолько стремительно, что уследить за действиями Шамана было невозможно не то что при луне, но и при свете дня. Нет, он никогда специально не отрабатывал отражение атаки именно из положения на колене. Уникальность системы Кадочникова состоит в том, что в ней нет приемов. Вообще.

Есть ряд базовых движений, задача которых сводится к одному. Обучаемый должен осознать механику человеческого тела. То, что оно сплошь состоит из рычагов и векторов движения. И вот именно с ними-то и нужно работать. Приемы складываются сами собой, и каждый из них чуть ли не уникальный, повторений практически не случается. Боец просто действует тем или иным образом, исходя из сложившейся обстановки.

Горец со стоном повалился в траву. Игорь же выпрямился уже с револьвером в руках. Ба-бах! Голова горца выметнула кровавые ошметки, образовавшие на земле нечто похожее на нимб. Раненный осколками продолжает кататься, оглашая окрестности стенаниями. Его так корячит от боли, что ожидать от него подвоха сейчас не приходится. Куда большую опасность может представлять тот, что лежит без движения.

Несколько шагов, удерживая неподвижное тело в прицеле. Выстрел. Пуля угодила точно в голову, но никакой реакции. Значит, первым же попаданием наповал. Еще несколько шагов, теперь уже по направлению к раненому. Выстрел. На холме наконец повисла тишина.

Игорь резко обернулся, вскинув пистолет, и тут же поспешил задрать ствол вверх. Волк взбежал по склону, поводя стволом автомата в поисках противников. Левый рукав куртки потемнел, пропитавшись кровью.

— Твою дивизию! Волк, ты как?

— Нормально. Кажется, только мясо задело.

— Блин, ну ты везучий как утопленник. Прикрывай.

— Давай.

Игорь переломил «вессон», выбрасывая патроны, не особо заботясь о том, что еще три были нестреляными. С помощью скорозарядника забил барабан новыми и убрал револьвер в кобуру. Проделывая это, он приблизился к БК. Подобрал карабин, передернул скобу и начал спускаться по обратному скату.

Лагерь горцев был виден совершенно отчетливо. Как и три связанные пленницы, жавшиеся друг к дружке. Игорь не раз слышал расхожее мнение о том, что женщины фронтира круче вареных яиц. Но это далеко не соответствует действительности. И уж тем более в том случае, если человек попал в плен. Думаете, ерунда? Ну-ну. Расскажите это тысячам тех же свирепых воинов-галлов, после пленения римлянами превращавшихся в покорных рабов. Вот уж кому мужества было не занимать. А поди ж ты.

— Спокойно, девоньки. Мы свои, — коверкая слова талосского, успокоил Игорь. — Мы помощники свахи Алины.

— Игорь? — удивленно произнесла старшая.

Ага. Это, получается, жена Вихара, рвавшегося ее спасать. Ну, может, и хорошо, что отец его не отпустил. Бог весть, что там с Тилимом.

— Сколько их было? — спросил Игорь.

— Трое, — тут же ответила молодуха.

— Вот и хорошо. Волк, тут чисто. Глянь, что там у Тилима.

— Принял.

— Да себя не забудь перевязать.

— Не забуду.

Переговариваясь с товарищем, Игорь освободил молодую женщину, которую тут же отправил помочь Антону. Потом девочек. Этих привлек в помощь себе. Нужно было свернуть лагерь и убираться отсюда подобру-поздорову. Нашумели они тут изрядно. Конечно, это не степь на правобережье Большой. Там кочевники появление чужаков воспринимают как посягательство на их угодья и непременно стараются выдворить незваных гостей. Но все же лучше поостеречься.

Когда спустились на противоположный скат, обнаружили раненного в плечо Тилима. Вот и ладно. Жив, уже хорошо. Рана нешуточная, но с этим как-нибудь разберутся. В Буркате имеется неплохой хирург. Похоже, придется им прокатиться туда. Причем для начала на хутор, до которого в два раза ближе, чем до города.

У Волка и впрямь оказалась царапина. Пока оказывали помощь Тилиму, кровь уже окончательно остановилась. Рану обработали, и она ему еще доставит кое-какие неудобства, но в целом нормально все. Н-да. С одной стороны, везунчик. С другой… Пусть и в прошлый раз отделался легким испугом, но ведь и был единственным пострадавшим. Звоночек, однако.

Аборигенов — в седла, а сами ножками. Ничего. Дело-то привычное. И уж тем более когда не нужно торопиться.

— Игорь, эти говорили, что нам еще повезло, — уже будучи в седле, заговорила молодуха. — Мол, хутор не сегодня завтра спалят. Их пятеро было. Двое уехали с вестью к остальным. А эти приметили, что мы по грибы отправились, решили девок себе выкрасть. А то после драки все порченые будут.

— Та-ак. Было интересно, а стало весело. Волк, сечешь поляну?

— То есть опять бегом?

— Есть дельные предложения.

— Шаман, я сдохну, — ничуть не стесняясь старшего товарища, обреченно вздохнул парень.

— Что вы собираетесь делать? — спросил раненый Тилим, ни слова не понявший из русской речи.

— Бежать до вашего хутора, — пожав плечами, ответил Игорь.

— Вы не добежите, — покачал головой парень.

— Я лично другого выхода не вижу, — прекрасно осознавая правоту аборигена, произнес Игорь. — Но, может, я чего-то не знаю?

— В пяти верстах[2], там, — он махнул в северо-восточном направлении, — есть брод через речку.

— Помню. Мы через нее переправлялись.

— Правильно. Речка небольшая, а берега обрывистые. Невысоко, но лошадь не пройдет. Объехать можно, но долго. В одну сторону верст двадцать, в другую — пятнадцать.

Вот так вот. Даже в степи тупо двигаться по прямой не получится. Обязательно или какое-нибудь озеро, или река с подмытыми берегами, или глубокие овраги. Словом, препятствия найдутся и для пешего, и для конного, делая путь трудным и извилистым. А уж о предгорьях и говорить нечего. Здесь маршрут может начать закладывать такие заковыристые петли, что просто диву даешься.

При всей кажущейся необъятности и открытом просторе есть переходы, которые трудно миновать. Как все дороги ведут в Рим, так рано или поздно пути предгорий сходятся вот к таким точкам. Отличное место для поселения. Но только не на Диких землях. Здесь хутор однозначно окажется под ударом в первую очередь. Ведь он будет запирать проход для тех же набегов. Иное дело, если поселения выставят объединенный пост, который всегда может рассчитывать на помощь соседей. Но для начала нужны эти самые соседи.

— Тилим, ну и какого ты раньше молчал? Мы бы доехали сюда на автомобиле, — в сердцах возмутился Игорь.

— Не доехали бы. Вспомни холмы и овраги. Лошадь и человек пройдет, ваша самобеглая коляска нет. И потом, до этого перехода был еще один, и после него горцы могли уйти в другую сторону. Но горцы пойдут отсюда, значит, только через тот брод. Или в обход.

— Не пойдут они в обход. Незачем им круги выписывать, — хмыкнул Игорь.

— Я тоже так думаю, — поддержал его парень.

Все же человек — невероятно выносливое существо. Казалось бы, они были готовы откинуть коньки еще там, у места боя. Но нет. Бегут вровень с лошадьми, ухватившись за подпруги седел. Пусть животные и перемежают рысь с шагом, не переходя на галоп.

Добежав-таки до брода и переправившись на другой берег, Игорь с Антоном попросту упали. Все. Сил больше не осталось. Вообще никаких. В смысле не хотелось двигаться. Но… Если бы понадобилось, то некий запас прочности все же имелся. Тут все дело в тренированности и упорстве. И того и другого у Шамана и Волка было с избытком.

— Ты что делаешь? — искренне удивился Игорь, наблюдая за Тилимом.

Молодка и девочки верхом на лошадях удалялись на северо-восток, туда, где находился их хутор. Парень же, бережно поддерживая раненую руку, присел рядом с растянувшимися на траве землянами.

— Пускай скачут, — махнул он здоровой рукой. — Ночью неопасно, если только лошадь ногу не сломает. Но горская лошадка знает, куда ставить копыто. Просто не надо ее понукать. Зато никакие лихие ночью по степи бродить не станут.

— А если зверь?

— Не. Зверь сейчас к человеку не приблизится. Осень. Сытая пора. Вот зимой — тогда да. Да и дал я Гнеське один из карабинов горцев. Стреляет она плохо, но зверя отпугнет, а лошадки выстрелов не боятся.

— А как мы тебя отсюда потащим, подумал?

— Подумал. Ваши на коляске сюда могут приехать. Я Гнеське сказал, чтобы она ваших мужчин оповестила.

— Ты же говорил…

— Я говорил, что не знал, куда лихие поворотят. Если бы знал, то сразу сюда приехали бы. Да только потом все одно пришлось бы коляску тут бросить. Дальше опять начинаются холмы и овраги.

— И почему ты думаешь, что соглашусь, чтобы наши сюда приехали?

— Так ты уже столько сделал, что это для тебя малость.

— Малость. Ну, допустим, не такая уж и малость, — поворчал Бородин для порядка и переключился на другую тему: — А девчата не заблудятся?

— Нет. Я Болто на поводок посадил и привязал к седлу Гнеськи. Потом приказал бежать домой. Доведет, не сомневайся.

— Да мне-то что. Главное, чтобы ты не сомневался. Мы с Волком и сами дойдем, и тебя донесем.

— Ну, тогда и думать нечего. Спите. Я покараулю. Раньше завтрашнего обеда они точно не появятся. Иначе мы нарвались бы на большой лагерь.

Ну а что тут скажешь? Резонное предложение. Сейчас-то Тилим еще как-то бодрится, и рана пока не воспалилась. Но к утру ситуация однозначно изменится, как и ухудшится его самочувствие. Опять же, как бы Игорь и Антон ни устали, они уже привыкли спать вполглаза. Правда, так, как сегодня, им выматываться еще не доводилось.

Все же хорошо, что они накрыли этих горцев. Кавказских бурок у них не водилось, зато были спальные мешки из коротко подстриженной овчины. Шкуры настолько качественно выделаны, что, имея малый вес, еще и скатываются в аккуратные рулоны, крепящиеся к задней луке седла.

Странно, но у тех горцев, что Игорь накрыл летом, ничего подобного не обнаружилось. Впрочем, причина, скорее всего, как раз во времени года. А вообще, штука чрезвычайно удобная. Пусть и пропахла прежним хозяином и вдумчивой чистки никогда не видела. Плевать. Приведут в порядок. И еще нужно будет прикупить. Удобно же.

Проснулся он, когда солнце было уже высоко. Тилим исправно нес службу, и кроме того, позаботился о завтраке. Разогрел на костерке пару банок тушенки из запасов Игоря и Антона, напластал домашнее сало. Местные пусть и не украинцы, но готовили его ничуть не хуже. Кто пробовал продукт именно украинской выделки, тот поймет, о чем речь. У Игоря тут же началось усиленное слюноотделение.

— Волк, подъем, — выбираясь из мешка, тут же приказал Игорь.

— Да встаю, я. Встаю.

Угу. Как видно, парня также разбудили дразнящие запахи разогретой тушенки. Их желудки отреагировали на это весьма громко. Шутка сказать, но при усиленных нагрузках и огромных затратах калорий у них, кроме вчерашнего раннего ужина, во рту не было и маковой росинки.

По очереди, под прикрытием друг друга и не расставаясь с оружием, сбегали к реке умыться. От их позиции на небольшой возвышенности до русла не больше шестидесяти метров. А вот противоположный берег сначала круто, а потом полого поднимается на добрый километр. Никак не меньше.

Кстати, на берегу хватает следов как разнообразных копыт, так и тележных колес. Виден даже след трактора. Дно речки каменистое, берег — мелкая галька с крупным речным песком. Так что тяжелая техника вполне способна преодолеть брод.

Но следов большого конного отряда не обнаружилось. Даже пара десятков лошадей, прошедших одновременно, наследит изрядно. А тут у них нашелся охотник, да еще и кровно заинтересованный в том, чтобы горцы обнаружились.

После завтрака начали готовить позиции. И Игорь посетовал на то, что у них нет саперных лопаток. Антон посмотрел на начальство настороженным взглядом. Шанцевый инструмент у них имелся. Три большие саперные лопаты, цепная ручная пила и пара топоров. Все это богатство хранилось в «Антилопе». Но малая саперная лопата подразумевала ношение с собой. Вообще-то радость ниже среднего.

— Успокойся. Я это так, к слову, — уловив мысли напарника, ухмыльнулся Игорь.

— А-а. Ну, если только к слову, тогда ладно, — облегченно вздохнул парень.

Успокоившись, Антон вновь вернулся к прерванному занятию. Он сейчас снимал толстый пласт дерна, срезая его ножом, словно сало с туши свиньи. Несколько таких пластов, уложенных друг на друга, и вот какая-никакая позиция готова. Окопчик не нужен, так как они располагались на урезе небольшой возвышенности, за седловиной которой начинался подъем. Даже если смотреть с противоположного берега в отдалении от русла, все одно обратный скат не разглядеть, как и засевшего на нем стрелка. А вот нечто вроде бойницы, чтобы прикрыть голову и плечи, совсем даже не помешает.

К полудню на всех парах прилетела «Антилопа». Руль выжимал из техники все, на что она была способна, стремясь поспеть на помощь. Успел, чего уж там. Игорь внимательно изучил салон и облегченно вздохнул. Слава богу, Алины там не было.

— Спасибо, мужики, что догадались не брать ее с собой, — первым делом поблагодарил парней Игорь.

— Мирить нас теперь сам будешь, — недовольно буркнул Ворот.

— Разругались? — озабоченно поинтересовался Бородин.

— Вдрызг, — безнадежно махнул рукой тот.

— Хреново. Но не смертельно. Разберемся, — уверенно заявил Бородин и обернулся к Соболеву. — Руль, видишь тот куст шиповника на вершине?

— Ну?

— Подкати к нему так, чтобы пулемет едва выглядывал над урезом.

— Так куст мешать будет, — возмутился Ворот.

— Нормально. Главное, что твоя позиция будет до последнего незаметна. Ты же горцев все одно рассмотришь. А что до веток, так ты их в секунду срежешь, и никакой помехи.

— Ну, как вариант, — согласился Григорий.

— Потом поможешь Рулю оборудовать позицию для стрельбы. И глядите у меня, на совесть, без дураков. Чтобы мне потом не шмыгать носом перед твоей Милитой, — остудил он Руля.

У парня аж глазки загорелись. Наконец-то он будет участвовать в настоящем бою. Давно уж рвется. Но он нужен именно там, в чем действительно хорош. Исправная и всегда готовая к движению техника дорогого стоит. Стрелять куда проще, чем обращаться с этим паровым чудом.

— Спасибо тебе, Игорь, — поблагодарил подошедший Вихар, успевший переброситься парой слов с младшим братом.

— Да ладно, чего уж там, — отмахнулся Игорь.

— Не каждый такое для родного брата сделает, — покачав головой, возразил мужик. — Помни, у тебя есть должник.

— Сочтемся еще, Вихар. Жизнь она штука заковыристая. Лучше скажи, а как там на хуторе сами управятся, если вдруг горцы пойдут не отсюда?

— За Алину волнуешься? — догадался абориген.

— И за нее, и за остальных, — не стал лукавить Игорь.

— В таких местах с соседями дружить надо, даже если они тебе не нравятся. Мы уж весть пустили. Глупость горцы сморозили. Подумали, что мы решим, будто это был простой набег за бабами. А у нас, случись беда, ополчение собирается и идет на выручку.

— Так отчего же тогда вчера про ополчение не вспомнили, чтобы догнать бандитов?

— Дело это нескорое. Хорошо как к вечеру соберутся у Рогатого камня. Повезет — хутор устоит до того, как помощь подойдет. Не повезет — вырежут всех. Как получится подать сигнал или пожар устроить, тоже добре. Тогда хотя бы нагонят воров и накажут. А не случится пожара, так те и уйдут с прибытком.

— О как у вас тут кучеряво-то, — почесал в затылке Игорь.

Оказывается, у вольных хуторян отработана целая система оповещения. И места сборов были разными, в зависимости от того, кто запросил подмогу. В данном случае — у Рогатого камня.

Горцы появились часа в два пополудни. Не торопились. По всему выходит, рассчитывали прибыть на хутор к ночи. И не так заморятся, и в темноте организовать внезапную атаку куда проще. Тут главное — тихонько снять часового да открыть ворота. А дальше дело в шляпе. Хм. Вообще-то горцы носили папахи. Ну да не суть важно.

Игорь вооружился своей берданкой. Толку от БК сейчас никакого. Не те расстояния. Антон также достал из «Антилопы» карабин. Нечего разбрасываться автоматными патронами, что на вес золота. И без того ночью расстрелял половину рожка.

Не сказать, что у горцев большое войско. Но даже для крупного хутора сила серьезная. Не меньше трех десятков всадников. Причем, насколько видел в бинокль Игорь, вооружены все огнестрельным оружием. Что-то у аборигенов в последнее время слишком много современного оружия на руках.

Кстати, не дураки. Впереди основного отряда выдвинулся передовой дозор из трех всадников. Те, очевидно, получили приказ оставаться в пределах видимости. А с учетом того, что видимость на противоположном берегу порядка километра, есть возможность достать и остальной эскадрон летучих горцев. А то ведь это народ упрямый. Пока по сопатке как следует не получат, не успокоятся.

— Ворот! — позвал Игорь, пока всадники были достаточно далеко.

— Здесь.

— После первого выстрела бей по основному отряду.

— Понял.

— Вихар, Тилим, стреляете в тех, что вдалеке. Но только когда начнет стрелять картечница. Поняли?

Ага. Вот так вот у местных назывался «гатлинг». Впрочем, на Земле в свое время его именовали так же.

— Да.

— Хорошо, — чуть не разом ответили братья.

— Руль, твой тот, что справа. Волк, посредине. Мой левый. Первым стреляю я.

— Есть.

— Принял.

Ну, с богом. Хотя убийство — дело и не богоугодное, но отчего же нет, если они собираются защищать невинных крестьян от убийц и грабителей? Так что помоги, Боженька.

Дозорные ничего не заметили, даже когда переправились через реку. Игорь решил подпустить их поближе и разобраться на дистанции метров в пятьдесят. Чтобы разом и наверняка. Вот только совсем не учел то простое обстоятельство, что ребятки не собирались подниматься на пригорок вразвалочку.

Едва преодолев поток и выбравшись на твердый берег, они тут же ударили лошадей в бока, чтобы единым махом вынестись на возвышенность. Игорь едва успел вновь поймать в прицел всадника, выскочившего было с линии прицеливания, и нажать на спуск. Горец откинулся на круп запнувшейся лошади. Кувыркнулся и полетел в траву, размахивая полами кафтана, как птица крыльями.

Еще два выстрела. И оба мимо. Ударил «гатлинг». Следом два выстрела братьев Рухайло. Аборигены оказались дисциплинированными ребятками, как и Ворот, а потому били по противнику, находящемуся метрах в восьмистах от них. Страховку на случай, если они не снимут дозорных, Игорь попросту не предусмотрел. Ну не ожидал он, что они не смогут их достать первым же залпом. Расстояние-то плевое!

Пока передергивал затвор, всадники выметнулись на вершину. У обоих в руках по револьверу. Не успевший перезарядиться Тилим тут же откатился в сторону. Да резво так. Словно и не прошито его плечо насквозь. Непонятно, угодил ли в цель выстрел горца. А вот Игорь попал. Впрочем, он или Руль, не разберешь. Да и не важно, по сути. Главное, что всадник, нелепо взмахнув руками, повалился на холку лошади.

Второй, так же вооружившись револьвером, напал на Волка. И выстрелил в него буквально в упор. Несмотря на стремительность происходящего, парень не растерялся и запустил в морду лошади свой карабин, который не успел перезарядить. Причем удачно так бросил. Лошадка испугалась и дернулась за мгновение до выстрела всадника.

Шаман уже досылал в ствол следующий патрон, не отрывая приклада от плеча. При этом успевал костерить себя на все лады за собственную тупость. Вот никаких сомнений, горец не мог промахнуться с расстояния в пару метров. Но не успел Игорь еще толком прицелиться, когда раздалось два револьверных выстрела, и горец, вскинув руки, начал соскальзывать вбок. Антон же, бледный как полотно, нервно сглатывая, смотрел на дело рук своих. Угу. Не часто получается разминуться с костлявой, заглянув ей в лицо. Хотя-а… У него-то как раз в последнее время с этим все в порядке. Йолки!

— Волк, контроль! Остальным бить по отряду!

Выполняя свой же приказ, Игорь упал на живот и прицелился в спину одного из удаляющихся всадников. Расстояние для точного выстрела из карабина серьезное. Но ему же не на очки стрелять. Выстрел. Мимо. Перезарядка. Выстрел. Мимо. Да что ты будешь делать!

Пока менял магазин, расстояние увеличилось еще больше. До момента, когда горцы скрылись за урезом, успел сделать еще пару выстрелов. И оба с закономерным результатом. То есть мимо. Вообще-то ничего удивительного. У него ведь не снайперская винтовка.

А вот Ворот покуражился от души: шесть подстреленных лошадей и четверо горцев. Скорее всего, есть раненые и среди ушедших. Итак, в сухом остатке род горцев лишился десятка воинов. Среди тех четверых, что лежат на том берегу, могут быть и раненые, но, коль скоро они остались на месте, раны серьезные. А со здешним уровнем медицины результат однозначный. Кладбище. Или стервятники.

— Волк, ты как?

— Норма. Только щеку оцарапало.

— Слышь, ты уже достал. Эдак Хана поглядит-поглядит на твои шрамы и бросит к нехорошей маме.

— Не. Она говорит, что шрамы мужчину украшают.

— Тилим, ты как?

— Плечо разболелось, и рана открылась. А так не попал.

— Погуляли, йолки.

Вскоре на противоположном берегу появился одинокий всадник с белой тряпицей, нанизанной на клинок сабли. Ага. Ну, переговоры — это всегда хорошо. Договариваться куда лучше, чем резаться. Игорь посмотрел на Вихара, мол, давай дерзай. Мы свое слово сказали, теперь твоя очередь. Вот уж чего Бородин не собирался делать, так это влезать в чужие расклады. В конце концов, теперь это точно его не касалось. И совесть его при воспоминаниях даже «ой!» не скажет.

Тартара встретила их шумом и гомоном. Оно и понятно. Последние денечки бабьего лета. На чистом голубом небе уже начали появляться облака. Пока без дождя. Но еще чуть — и разверзнутся хляби небесные да начнется осенняя распутица.

Игорь особо не переживал по поводу того, что придется выбираться отсюда по бездорожью. Будет, конечно, тяжко, не без того. Что ни говори, а их ТАЗ — не внедорожник. Но зато им в качестве трофеев досталось шесть обученных лошадей. А это не меньше тысячи рублей.

Горцы во время переговоров попытались вернуть все имущество павших родственников, но, когда Вихар об этом заикнулся, Игорь тут же скрутил фигу. Пусть радуются, что им отдают тела погибших. А нет, так ведь можно еще пободаться. Не хочется? Ну так пускай тон сбавляют, не им тут условия ставить.

Все оружие решили оставить хуторянам. Оно им нужнее. И по деньгам, кстати, выходило нормально. Это в Невьянске огнестрел стоит сравнительно недорого. Тут же цены втрое, а то и вчетверо выше…

На улицах Тартары было настолько многолюдно, что Рулю приходилось буквально пробираться через людское море. И дело вовсе не в том, что все горожане вывалили на улицу, ловя последние погожие деньки. Просто сейчас по всем аборигенским княжествам прокатилась волна осенних ярмарок. И данное обстоятельство сильно нервирует Артема, потому как приходится буквально красться через толпу, снующую по проезжей части, как по тротуару.

Игорь отнесся к этому философски. Коль скоро он ничего не может поделать, то и нервничать незачем. Пустое. Поэтому он с интересом глазел на город, выстроенный в стиле середины девятнадцатого века. Занимательное зрелище, между прочим. Он в таких поездках нередко просто гулял по городу. В последнее время — вместе с Алиной.

— Слышь, ну ты куда поперся? — вдруг послышалась русская речь. Невысокий крепыш с окладистой бородой окликнул дюжего мужика росточком под два метра.

— Куда, куда. В кабак, — огрызнулся высокий.

— Тебе что, мало кабаков в Невьянске? Гляди, получишь расчет от Данилыча.

— Слушай, я к нему на работу нанимался, а не в рабство продался.

— Да это понятно. Но и он тебе не нянька. Когда поступал на работу, тебе условия оговаривали?

— Ну?

— Баранки гну. Вот выдаст расчет прямо здесь, в Тартаре, и долбайся как знаешь. Короче, идешь в лавку?

— Ну щас, хотя бы шкалик закину.

— А вот ни разу ты не угадал, Петр. Здесь тебе не СССР, когда другие вкалывали за себя и за того парня под градусом.

— Че, сдашь? — с ехидцей поинтересовался здоровяк.

— Нет, блин, таскать мешки стану, пока ты будешь с устатку перекуры себе устраивать. Идешь?

— Да чтоб тебе…

Сцепившиеся две повозки под крики и возмущения возниц и окружающих наконец разошлись и освободили проход. Руль выругался, поминая идиотов и пробки, которые сумели нарисоваться даже в этих местах, где и гужевого транспорта не так чтобы много.

«Антилопа» тронулась с места, и невьянцы остались в стороне. Чем там у них закончилось, неизвестно. Впрочем, Игорь готов поспорить, что здоровяк, проклиная купца, пойдет в лавку. Будь это в Невьянске, то еще бог весть. А тут без вариантов. Никому не захочется остаться одному на чужбине.

Все так. Не одни островитяне ведут торговлю с местными. Князь также ратует за тесные связи с анклавами аборигенов. И если судить по тому, что купец не проявляет особой спешки, получается, что пришел он сюда по реке. Тартара стоит на берегу Большой, делавшей в этих местах поворот на юго-восток, к горам.

Впрочем, очень может быть, что добрался он и сухопутным путем. Это в паре-тройке десятков километров уже зарядили дожди. Купец же пребывает в благостном неведении. Бабье лето — оно потому и бабье, что непредсказуемо и живет по своей, только ему известной логике. Может случиться в конце сентября или сподобиться и в конце октября. Продлиться две-три недели или обернуться дней за пять.

Остановились, как и в прошлый раз, в гостинице «Тартара», расположенной в центре города. Самая престижная и, как следствие, дорогая. Но им иначе никак. Имидж — наше все. А гостиница впечатляла. Трехэтажное каменное здание, без вычурностей, но выдержанное в строгом стиле, с неброским декором, что придавало ей солидности.

Руль без сомнений направил «Антилопу» прямиком во двор, через распахнутые кованые ворота. Вообще-то весьма самоуверенно. Город сейчас переполнен приезжими купцами, окрестными жителями и представителями вольных хуторов. Правда, есть надежда, что дорогие номера в гостинице все же окажутся свободными.

— Здравствуйте, госпожа Михайлова. Очень рад вашему прибытию, — встретил их с искренним дружелюбием хозяин гостиницы.

Надо же. Были только раз, а запомнил. Недаром говорят, что у работников гостиниц профессиональная память.

— Надеюсь, вы сможете подтвердить вашу радость свободными номерами? — мило улыбнувшись, спросила девушка.

— Вас снова пятеро?

— Да.

— Хм. Сожалею, но у меня освободился только один большой номер.

— Посоветуете, куда мы можем обратиться еще? — склонив головку набок, с хитринкой посмотрела Алина.

— Разумеется. Но если ваши спутники готовы переночевать одну ночь на чердаке, то уже завтра я расположу их со всеми удобствами. Этот ночлег не будет вам стоить ни медяка.

— Волк, Ворот, слышали? — окликнула девушка, Руль все еще возился с машиной.

— Я так понимаю, завтра у него съезжают постояльцы, ярмарка заканчивается. А он не хочет, чтобы пустовали дорогие номера, — хмыкнув, заметил Игорь.

Иного объяснения попросту нет. В гостинице каждый метр чего-то да стоил. Даже ночлег на сеновале в пересчете на невьянские рубли стоил тридцать копеек. О чердачных клетушках с косыми потолками и говорить нечего. В обычную пору проживание там стоило пятьдесят копеек. Но в пору ярмарок или иного наплыва постояльцев все цены удваивались.

— Уважаемый Бахор, — мило улыбнулась Алина, — я, конечно, понимаю ваше стремление извлечь максимум выгоды из ярмарочных дней. Но ведь купцы уже уезжают из города, и ваша гостиница пустеет. Так что давайте сделаем так. Мои товарищи располагаются на чердаке, а завтра по освобождении мест переезжают в простой номер. При этом мы полностью платим за постой по ценам обычной поры.

— Но-о…

— Вы хозяин гостиницы, — не дав ему открыть рот, продолжила девушка, — поэтому если вас не устраивают наши условия, мы, разумеется, поищем другое пристанище.

Ничего невозможного. Гости уже покидают город. Так что найти постой не проблема. А что до имиджа, так он ведь не только из места проживания складывается. В конце концов, можно расположиться в приличном доме. Кстати, это как бы еще и не дешевле, чем гостиница. И, похоже, господин Бахор прекрасно это осознавал, как и быстро ориентировался в меняющейся обстановке.

— Приятно иметь дело с людьми, обладающими деловой хваткой. Меня все устраивает, госпожа Алина. Можете заселяться. Лигон!

— Да, хозяин, — тут же вывернулся подросток лет четырнадцати.

— Покажи господам свободный номер и угловую комнату на чердаке.

— Понял, хозяин. Прошу за мной.

Едва оказавшись в номере, Алина поспешила разложить вещи и умчалась в душевую. Почесав в затылке, Игорь тоже решил не ограничиваться умывальником. Поэтому, прихватив банные принадлежности и смену белья, поспешил за девушкой.

Номер-то дорогой, но ни о каком санузле, а уж тем более ванной или хотя бы душе не могло быть и речи. Не Невьянск. Уж там-то все в полном порядке. Но хорошо, что есть общая душевая с горячей водой. Кстати, у аборигенов они появились сравнительно недавно благодаря землянам, начавшим поставлять водогрейные колонки.

Купание несколько затянулось. Бородин и не подумал уединяться в отдельной кабине. Оно и никому не мешаешь, и есть кому спинку потереть. И вообще, струи воды, омывающие тело… Романтика, йолки!

После того как привели себя в порядок, как раз подошло время обеда. Вся команда собралась в гостиничной харчевне. Поели, определили на дежурство Волка, поскольку оставлять свои вещи без присмотра, пусть и в самой престижной гостинице, глупо. Игорь же к дуракам себя не относил.

Руль и Ворот отправились бродить по городу, намереваясь посетить ярмарку. Артем собирался прикупить своей жене гостинец. Григорий… Хм. Бородин подозревал, что он так же постарается присмотреть что-нибудь оригинальное. Уж больно Настя ему в душу запала. Пусть он и показывает всем своим видом, что не питает никаких иллюзий, на деле надежду не теряет. Ну и не пускает на самотек.

Игорю же с Алиной была прямая дорога к свахе. А чтобы в очередной раз совместить приятное с полезным, к ней они отправились пешком. И поразмяться, и город посмотреть. Кхм. Ну, насчет первого это к Алине. Уж кто-кто, а Бородин с Волковым успели хорошенько набегаться. Собственно, именно поэтому Антон и вызвался на дежурство сам.

Это да. Побегали они изрядно. Да еще и в очередной раз поиграли в прятки с костлявой. Само собой, не без прибытка. Но не это главное. Предложи сейчас Игорю остепениться, осесть в Невьянске и заняться каким прибыльным делом… Он и до этого как-то не особо горел желанием торчать на одном месте. Теперь же и вовсе, похоже, подсел на адреналин. Прекрасно это понимал, но не хотел ничего менять.

— Здравствуйте, уважаемая Милона, — едва оказавшись во дворе, поприветствовала местную сваху Алина.

Дородная женщина сидела в тени уже полностью вызревшего винограда, листья которого успели пожелтеть, но пока не спешили опадать. Кисти еще не собраны. Не время. Этот сорт убирают только после первого мороза. Не раньше. Опять же, климат не особо благоприятствовал раннему вызреванию ягоды.

— Здравствуйте, госпожа Алина, — отставляя чашку с чаем, ответила сваха.

Н-да. Не Маугли. Отчего-то вспомнился анекдот о негре, приехавшем в Россию в зимнюю пору. Это к тому, что женщина вполне комфортно чувствует себя под сенью пожелтевшей листвы. А ведь конец октября, и в тени уже достаточно прохладно. Но нет. Сидит себе и попивает чаек, накинув на плечи легкую шаль. Кстати, она так же сиживала и в летнюю пору.

— Что-то случилось, уважаемая Милона? — искренне удивленная прохладным приемом, спросила девушка.

— Вам ли не знать, — фыркнула женщина, передернув плечами.

Не от прохлады. От охватившего ее возмущения. Факт. И что бы это значило? Когда расставались месяц назад, она буквально лучилась доброжелательностью. А теперь смотрит как на врагов народа. И с чего такой пассаж, если они все это время не виделись?

— Ну, коль скоро я интересуюсь, значит, ничего не знаю, — без приглашения присаживаясь к столу, произнесла девушка.

— Вы, госпожа Алина, решили усидеть одновременно на двух стульях. Да только не на ту напали, — погрозила пальцем сваха. — Более я с вами дел никаких иметь не собираюсь. И вообще, сделаю все возможное, чтобы жители всех окрестностей узнали, кто вы такая есть и чего стоят ваши слова.

— Стоп, — сердито оборвала сваху Михайлова. — Во-первых, вы не сможете испортить мне репутацию, потому что девушки, уезжающие со мной, сами говорят о том, что у них все хорошо. И родители слышат их голоса из патефона. Потребуется, так я не поленюсь привезти их и сюда, чтобы они не с пластинок, а лично рассказали о своем житье. Это обойдется мне в кругленькую сумму, я потеряю время, однако имя свое восстановлю. Но после этого я уже точно с вами работать не буду. Итак. Я повторяю свой вопрос. Что случилось? — вперив в женщину строгий взгляд, потребовала объяснений Алина.

— Вы за моей спиной обратились к Рудазе. К этой медоточивой лгунишке. И увезли шесть девушек.

— Игорь, ты что-нибудь понимаешь?

— Нет.

— Уважаемая Милона, мы только три часа назад приехали в Тартару. Поэтому мы не могли обратиться к госпоже Рудазе и уж тем более увезти девушек. А кроме нас, в Невьянске больше никто не занимается сватовством.

— Ничего не понимаю. Пришельцы, четверо мужчин и одна девушка, цвет волос, имя, самобеглая повозка… Все сходится, — недоумевающе произнесла сваха, растерявшаяся от напора Михайловой.

— Алина, погоди. Не дави бульдозером, — положив ей на плечо руку, попросил Игорь.

— Ты что-то понял?

— Нет. Но, кажется, догадываюсь. Кто-то решил закосить под нас. И вывозит девиц в рабство. К тому же Вене. Есть слушок, что к нему свежих девчат завезли. Давай так. Ты вызнай все у Милоны, а потом мы прогуляемся до этой самой Рудазы. Нужно же разобраться.

— Хорошо.

Чтобы убедить сваху, потребовалось не больше пяти минут. Какую бы она не принимала позу, но сотрудничество с Алиной ей было выгодно. К тому же дуться дулась, но очередную партию невест подготовила. Как бы грубо это ни звучало. Ее конкурентка побоялась столь уж откровенно переходить дорогу соратнице по цеху. Поэтому окучивала другую грядку. Правда, их брачному агентству от этого было не легче.

Милона довольно быстро успокоилась. Велела служанке подать еще чашки. После чего беседа перетекла в деловое русло. Вскоре свахи определились с планами на завтрашний день. Предстояло посетить семейства и пообщаться с самими кандидатками.

Уже через полчаса Игорь и Алина были на улице, готовые двигаться по указанному Милоной адресу. Н-да. Отправляться на подобную прогулку пешком — идея не из лучших. Искомая сваха проживала на другом конце города. А ведь может еще случиться и так, что они не найдут нужный адрес сразу. Дело же уже к вечеру. Еще пара часов, и стемнеет.

Как ни нравилось ему гулять по старинному городу, но Игорь решил сделать небольшой крюк и оседлать «Антилопу». За время поездки от хутора не успели пережечь весь запас газа. Руль решил не потрошить генератор и использовать остаток топлива для поездок по городу. Ведь все одно придется кататься по домам невест. Вот и еще один аргумент в пользу дополнительного баллона.

Крюк вышел невелик. Зато уже через двадцать минут после выхода из дома Милоны они бодро катили по успевшим опустеть улицам Тартары. Разве что под азартные крики и улюлюканье вездесущей детворы, несущейся следом за самобеглой повозкой: та все еще была здесь диковинкой. Выдыхались. Отставали, и их сменяли другие. С одной стороны, это несколько раздражало. С другой — благодаря им не пришлось плутать.

Подсаженный в кабину паренек безошибочно указал нужный дом. А за денежку малую еще и остался сторожить столь примечательную самобеглую то ли коляску, то ли повозку. Нечто эдакое, серединка на половинку. Паренек вроде не рохля и в мальчишеской ватаге оказался самым бойким. Так что присмотрит, никаких сомнений. Если только сам не захочет подгадить.

Самая обычная калитка в глухой ограде, какие распространены у аборигенов. Но краска уже успела облупиться. От нее вообще мало что осталось. Едва угадывается былой зеленый цвет.

Алина взялась за железное кольцо и постучала в калитку. Со двора тут же раздался басовитый лай серьезной псины. Игорь даже непроизвольно положил ладонь на рукоять «Грозы». В городах он предпочитал именно это оружие. Причем пистолет был снаряжен травматическими патронами. Боевые тоже присутствовали в запасных магазинах на поясе.

Калитку открыла сухопарая женщина, разительно отличавшаяся от своей конкурентки. Вот никаких сомнений в том, что это и есть Рудаза. Не того полета птичка, чтобы иметь в доме прислугу. На это же указывает и дом, заметный в глубине двора.

Если Милону отличала уверенность в себе и степенность, то ее соперница тут же начала заискивать перед знатными господами. А то как же, кто еще может позволить себе раскатывать на самобеглой коляске? И уж тем более на такой изукрашенной, отделанной кожей и медными накладками. Ясное дело, господа и при деньгах, и при положении.

— Госпожа Рудаза? — с самой милой улыбкой обратилась Алина.

— Да. С кем имею честь?

— Меня зовут Алина. Михайлова Алина, сваха из Невьянска.

В ответ на это хозяйка дома посмотрела на девушку с откровенным недоверием. Потом перевела взгляд на Игоря, который стоял, заложив большие пальцы за оружейный пояс, с каменным выражением лица. Но вот уголки его губ дрогнули в легкой улыбке, а левый глаз озорно подмигнул. В ответ женщина вновь заискивающе улыбнулась:

— Прошу простить, но я знакома с госпожой Алиной.

— Уважаемая Рудаза, мне не хотелось бы разговаривать с вами на улице. Скажу только одно, вас ввели в заблуждение, — приблизившись к женщине и понизив голос, чтобы ее не услышали мальчишки, произнесла девушка.

— Но-о…

— Давайте пройдем во двор и поговорим без посторонних ушей.

— Н-но-о…

— Поверьте, это в ваших интересах, — с самым искренним видом надавила Алина.

— П-проходите, — неуверенно пригласила женщина.

Пройдя за калитку, Игорь не стал сразу от нее отходить, а решил сначала послушать, что будет происходить снаружи. Все же вот так кататься по чужому городу без сопровождения — идея не из лучших. Сомнительно, чтобы кто-то мог угнать «Антилопу», поскольку технические знания аборигенов оставляли желать лучшего. Но устроить какую мелкую каверзу, например, свинтить латунные украшения, очень даже могли.

— Осади, — послышался голос мальчишки, оставленного присматривать за «Антилопой».

— Да чего ты, Тугор?

— Осади, говорю. Нечего вам тут делать, — продолжал гнуть свое парнишка.

— А тебе есть?

— Есть. Если хочешь знать, я тут не только за деньгу.

— А чего еще-то?

— Чего-чего. Господин сказал, что даст мне порулить.

— Брешешь! — Вот так и не поймешь, чего больше в этом восклицании, восторга или недоверия.

— Если кто и сбрехал, так не я, а он. Мое дело маленькое — присмотреть за коляской, а уж быть брехлом или нет, пускай сам решает, — важным тоном произнес Тугор.

Игорь ухмыльнулся. Ну что ж, ладно. Этот мальцов не допустит к автомобилю, можно не переживать. А значит, нужно сосредоточиться на другой проблеме. Он отошел от калитки и направился к дому, в дверях которого скрылись хозяйка и ее гостья.

— Госпожа Рудаза, те, кто назвался нашим именем, — бандиты. И они увозят девушек не для того, чтобы выдать их замуж, а продают в дом терпимости. Конечно, кому-то везет и их все же берут в жены, но все они непременно сначала превращаются в падших женщин. Не по доброй воле. Но от того еще хуже.

Алина и не думала щадить чувства женщины, а потому огорошила ее сразу. Вот уж некогда разбираться с запирающейся свахой. Куда проще вызвать ее на откровенность. И тут страх зачастую бывает куда более эффективен, чем увещевания и подкуп.

— Это с чего бы так-то? — решила не сдаваться женщина.

— Видите ли, я — Михайлова Алина. И тому есть множество подтверждений. Кроме того, у меня в номере имеются пластинки со звуковыми посланиями увезенных мною невест. Девушки обращаются к своим родителям. Вы можете через час прийти в гостиницу «Тартара» и сами убедиться в этом. Туда как раз должны будут подойти родители пяти девушек. Иных свах в Невьянском княжестве попросту нет. Зато есть дом терпимости. И если кто-то собирает девушек, то только для того, чтобы определить их туда. Подумайте, что будет с вами, если я обращусь к вашему главе совета с этим делом.

— Н-но-о я не знала…

— Разумеется, вы не знали. Вас обманули. Но похитители должны ответить за свои злодеяния. Не переживайте. Отвечать они будут не здесь, и вас никто ни в чем не обвинит.

— Их было пятеро. Девушка, чем-то похожая на вас, и четверо мужчин. Приехали на самобеглой повозке. Попросили им помочь.

Так. Самобеглая коляска — это легковой автомобиль у аборигенов, да и у Тульского, похожий на легкий конный экипаж. Самобеглая же повозка — это грузовик. Их «Антилопу» называют и так и эдак, но все же каждый раз запинаются, не зная, к какой категории отнести автомобиль. Сваха же определила тип совершенно точно.

— И вы не удивились этому? — вздернула бровь Алина.

Конечно, Михайлову и ее спутников в лицо знает немного народу. Но слухи-то распространяются быстро. А значит, если не всем, то большинству уж точно известно о том, что сваха из пришлых работает с Милоной.

— Девица сказала, что Милона стала больно много на себя брать.

Сказано это было с таким видом, что никаких сомнений — Рудаза и сейчас готова в это верить. Ну вообще-то недалеко от истины. Но Игорь и Алина вполне успешно противодействовали наглым поползновениям свах, зарабатывая авторитет среди аборигенов. Еще немного, и свахам придется поумерить свои аппетиты или позабыть о грядке со старыми девами и вдовами, готовыми попытать счастья на чужбине.

— Повозка, на которой они приехали, похожа на нашу? — в свою очередь решил уточнить Игорь.

— Похожа. Но другая.

— Алина нарисуй, пожалуйста, грузовой «тазик», — попросил Игорь, припомнив, что девушка хорошо рисует.

— Сейчас.

Она извлекла из своей сумочки блокнот и карандаш. После чего весьма сноровисто, буквально несколькими штрихами, нарисовала ТАЗ-2. Игорь всегда завидовал тем, кто умет рисовать. У Алины за плечами художественная школа. Но главное все же то, что ей нравилось это дело.

— Похоже? — показывая рисунок, спросила девушка.

— Да. Очень, — закивала женщина. — Только у них еще парусина была натянута. Как на повозках.

Еще пара штрихов. Появились маркиза над водительским местом и тент над кузовом. Отдельная опция, ведущая к удорожанию автомобиля. Можно сделать и самому, но если нет своей парусины и подходящего металла, то и разница получится невелика. Из-за пяти рублей, во что обойдется работа, не стоит и затеваться.

— Вот так. — Алина вновь развернула рисунок к женщине.

— Да. Она, — вновь часто закивала сваха.

Игорь мысленно потер руки. Итак, ТАЗ-2. Тульский недавно начал производство автомобилей. А потому и единиц продано не особо много. Установить самозванцев будет довольно легко.

— И когда они снова обещали приехать? — поинтересовался Игорь.

— Сказали, что по первопутку. Мол, повозка их не пройдет по распутице.

— Ясно. Алина, больше нам тут делать нечего, — на русском произнес Игорь.

— Хорошо. Уходим. До свидания, госпожа Рудаза. На будущее имейте в виду, что это самозванцы и они похищают девушек. Мы об этом никому не скажем. Было бы несправедливо портить жизнь уважаемым людям только потому, что их обманули негодяи.

— Спаси вас Бог, госпожа Алина.

— Бросьте. Меня благодарить не за что.

— А что же с этими бандитами?

— Не переживайте, мы о них позаботимся.

Когда вышли на улицу, «Антилопа» ожидаемо обнаружилась на прежнем месте. Подросток с гордым видом восседал на водительской скамье, положив руку на руль. Остальная ребятня стайкой держалась поодаль, постоянно перешептываясь и с завистью поглядывая на Тугора. Кстати, успели подтянуться и девчата. Навел, значится, порядок и расставил все по своим местам. Молодец, что тут еще скажешь.

— Ну что, мальцы, кто хочет прокатиться? — громко и задорно предложил Бородин.

Ребятня тут же возбужденно загомонила. Он же, в свою очередь, сделал характерный жест, указывая на кузов «Антилопы». Ребятня с радостными криками, толкая друг друга, пошла на штурм авто. Алина только и успела бросить взгляд на крепление турели, отмечая для себя, что пулемета там все же нет.

— А ты куда? — вскочив на подножку, ухватил Игорь Тугора за рукав рубахи.

— Туда, — кивнул парнишка в сторону кузова.

— А как же мое обещание дать тебе порулить?

Сказано это было так громко, что оказавшиеся в кузове мальцы прекрасно все расслышали. А вот увидеть из-за кожаного верха, как покраснел Тугор, подобно молодой девице, они уже не могли. Веселясь, Игорь задорно подмигнул пареньку.

— Я, — делая на этом ударение, громко продолжил он, — не какое-то там брехло. И коль скоро обещал, то слово свое держу.

Ага. А вот теперь от паренька хоть прикуривай. Впрочем, Игорь не курил, а потому проверить этого не мог. Зато открыл вентиль подачи газа, энергично провернул несколько раз магнето и нажал кнопку. Хлопок. Испуганный вскрик ребятни и визг девчонок. Гудение пламени в котле, и детвора подалась назад. Но из кузова никто не выпрыгнул. Вот она, страсть любопытства.

— Не боись, ребятки, этот зверь не кусается! — выкрикнул Бородин.

— Игорь, ну вот оно тебе надо? — на русском произнесла Алина.

— А ты на себя в зеркало-то посмотри. Может, твои слова и должны звучать как укор, но в глазах только веселье и полное одобрение.

— Да ну тебя. Ты еще скажи, что делаешь это, чтобы порадовать меня.

— И тебя порадовать, и обзавестись союзником. Думаешь, этот молодой лгунишка забудет такой день?

— Хочешь его чем-то озадачить?

— К нему у меня доверия куда больше, чем к свахе.

Котел начал тихонько подвывать. Такая конструкция прогревалась буквально за полминуты, и теперь агрегат был готов к работе. Игорь чуть уменьшил подачу газа, как бы переводя на холостой ход. Теперь при нажатии на акселератор педаль одновременно будет тянуть две штанги, приоткрывающие клапаны подачи: пара — на поршни и газа — на горелки.

— Больше так никогда не делай, — склонившись к самому уху паренька, тихо проговорил Игорь.

— Не буду, — выдохнул Тугор.

— Тогда давай садись впереди меня, — отодвигаясь как можно дальше назад, распорядился Игорь. — Плавно давишь на правую педаль — повозка едет вперед. Давишь на среднюю — тормозишь. Куда крутишь вот это колесо, туда и повозка поедет. Уяснил?

— Ага, — нервно сглотнув, ответил парнишка.

— Не боись. Я рядом. Если что, подхвачу и помогу. Ребятки, держитесь крепче! Трогаемся! Ну, давай. Полегоньку.

Парнишка, трясясь то ли от страха, то ли от возбуждения, нажал на акселератор. Чем хорош паровик, так это тем, что он сродни коробке-автомату. То есть резко тронуться на нем практически нереально. Даже если внезапно открыть клапан подачи пара. Нет, дернуться дернется, не без того. Но не серьезно. И уж точно не станет скакать козликом, как автомобили с двигателями внутреннего сгорания под управлением учеников.

«Антилопа» окуталась облачком пара и плавно тронулась с места, постепенно набирая обороты. Ну и закладывая зигзаг во всю ширину дороги. Игорь перехватил рулевое колесо, шепнув Тугору, чтобы он больше не давил на педаль. Парнишка понял это по-своему и убрал ногу с педали. Автомобиль начал замедляться.

— Ладно, дружок. Теперь дави снова, — подсовывая правую ногу под педаль и упираясь в нее снизу носком ботинка, приказал Игорь.

На этот раз дело пошло куда лучше. Они объехали квартал по кругу, распугивая дворняжек и едва не задавив пару куриц. Счастья у детворы были полные штаны. И пусть покидали они машину, возбужденно переговариваясь, в их голосах отчетливо звучало сожаление по поводу закончившегося приключения.

— Спасибо, дядя. Если помощь какая нужна, что хошь проси.

— Ну, смотри, Тугор, я тебя за язык не тянул.

— Я своему слову хозяин. Любого тут спроси, как найти Тугора Рахайлина, сразу укажут.

— Ладно. Буду иметь в виду, — с самым серьезным видом, как равному пожимая руку четырнадцатилетнему пареньку, кивнул Игорь. — Кстати, а ты не видел тех, что приезжали к госпоже Рудазе на самобеглой повозке? — словно что-то вспомнив, спросил Игорь.

— Очень хорошо видел, — с видимой злостью ответил парень. — Тот, что возница, мне еще пригрозил, что уши оторвет, если близко подойду к повозке.

— А как они выглядели?

— Да как. Девица краси-ивая, — со значением произнес малец. — Прямо как госпожа, — кивок в сторону Алины. — Только статями поменьше будет, а росточком чуть повыше. Главный их пониже тебя будет, но здоровый больно и бородища — во. Как гаркнет, так бежать хочется. А зыркнет своими глазищами, так кто другой и обделаться может, — явно давая понять, что он-то как раз к таковым не относится, ответил Тугор.

— Ну а особое что-то было? Ну, там, шрам какой, бородавка. Может, хромает кто. Или что-то постоянно делает.

— Не. У главного ничего такого. А у возницы вот тут, на щеке, вот так шрам в бороду уходит. Как бы не от ножа, — проводя пальцем по левой щеке, показал паренек. — И у девицы вот тут, над губой, большая родинка. Интересная такая. Лицо каким-то особенным кажется, — расплылся он в улыбке.

Видать, остался под впечатлением. Возраст у него такой, когда на девочек уже по-другому смотришь. Да и на взрослых баб — не просто как на тетенек, а уже как на предмет вожделения. Вон и сейчас нет-нет глазками в сторону Алины стрельнет, нахаленок.

— Точно тут? — ткнул Игорь себе над губой слева.

— Ага, точно, — подтвердил паренек. — И еще, не знаю, надо ли… Один из них, мелкий такой, все время дергается. У него передние зубы большие и щель между ними. Так он через нее сплевывает, как будто слюни ему некуда девать. Вот так. — И паренек пустил струйку слюней, улетевшую метра на полтора.

— Ладно. Спасибо тебе, Тугор. До встречи.

— До свидания, — пожимая руку, с достоинством ответил подросток.

Простившись, он с важным видом вразвалочку направился к толпе ребятни. Ну все. Герой дня, йолки. Хотя тут скорее дополнительное подкрепление прежнего авторитета. Игорь сразу рассмотрел в нем вожака.

— И что дальше? — спросила девушка, перебравшись на сиденье рядом с ним.

— А дальше, Алина, оставляю в твоем распоряжении Волка, сам же с парнями метнусь в Малету. Погляжу, не отметились ли и там наши ухари. Вы тут пока на извозчике покатаетесь. Возвращаться будем через Улану.

— Серьезно так покружить придется. Лошадей ведь еще с хутора Рухайло забрать нужно будет.

— Хм. Ну, тогда после Малеты я пробегусь до Уланы. В целом с двойным пробегом туда-сюда получается километров двести пятьдесят. Может, чуть больше. Если повезет, то за один день управимся. Н-да. Неудобно как-то города расположены.

— Ну уж что есть. А вообще, я бы не дергалась. Прокатишься в Малету, потом вместе пройдем через Улану, Буркату — и на Рухайло. Там ночуем и прямиком к парому через Айсану. Это если на машине, то через тот паром — только время терять. А так нам лошадки, что в поводу пойдут, все одно не дадут разогнаться. Так что все нормально.

— Хм. Твоя правда. Ладно, давай так и сделаем.

После ужина в их гостиничный номер началось настоящее паломничество. Перед уходом Михайлова успела озадачить Лигона, мальчишку, что был на подхвате у хозяина гостиницы. Вручила ему плату и адреса, велев известить и попросить прийти к семи вечера. И вот теперь их номер превратился в рабочий кабинет, где Алина принимала посетителей, прокручивая им звуковые письма и вручая пластинки. Дальше пусть сами ищут граммофон и слушают хоть до посинения.

Игорь же тем временем поднялся на чердак к парням. Устроились они тесно, не без того. Но плевать. Есть где кости уронить — уже хорошо. Бывали у них условия и куда хуже.

— Руль, ты помнишь Руслана со спутниками, с которыми мы столкнулись на заставе? — спросил Игорь у Артема.

— Ну?

— «Тазик» их рассмотрел?

— Ну так, — неопределенно, с характерным жестом, ответил он.

— Крепления под маркизу над водителем и под дуги для тента там были?

— Да, были. Я еще удивился, чего это они без маркизы, ведь небо хмурое было, того и гляди дождь пойдет, — сразу же припомнил Артем.

— Хм. Нет. Не сходится, — помяв подбородок, возразил самому себе Игорь.

— А что не сходится-то? — спросил Волк.

Пришлось рассказать о похитителях. Как и о том, что старший в этой команде похож на Руслана. Во всяком случае, из имеющихся описаний свидетелей. Правда, остальные двое мужчин не подходят под внешность спутников вольного хуторянина. Но, с другой стороны, их было только трое.

Сомнительно, чтобы на Диких землях обосновалась небольшая община. Это попросту глупо. Самый минимум — хотя бы десяток мужчин. Ну или такая идеальная база, как у уничтоженной банды. Мало того, что попасть на подворье можно было только по узкой насыпи, так еще и пустошь, в которую ни один абориген не сунется, хоть гору золота на виду насыпь.

— Почему же не сходится, — пожал плечами Григорий. — По мне так как раз все сходится. Мало того, этот Руслан, зная, что составил нам конкуренцию, еще и начал тебя задирать. Ну прямо решил помериться достоинствами, как малолетка пубертатного возраста.

— Ворот, ты меня удивляешь, — наигранно выпучил глаза Игорь. — Я такое даже не выговорю.

— Да ладно тебе, — смущенно отмахнулся Васютин.

— Хорошо. Допустим, что это они. Но вспомни уничтоженную нами банду. Они постоянно скрывали свои лица. А как только две женщины увидели их, бандиты тут же приговорили пленниц. Эти же катаются в Невьянск совершенно открыто.

— Те были без царя в голове, — покачав головой, возразил Григорий. — Им ведь было плевать. Насиловали всех подряд. А за землянок князь мог и спросить. Знаниями ведь не только мужики могут обладать.

— То есть ты хочешь сказать…

— Да на поверхности все, Шаман. Сам посуди. Дикие земли и княжества аборигенов нашего князя ничуть не волнуют. Банды, обретающиеся неподалеку от Невьянска, чувствуют себя вполне вольготно, пока не заступают за красные флажки. Островитян грабить можно, биться друг с дружкой не возбраняется, жечь и рушить хутора аборигенов — только в путь. А что до похищения женщин, пусть и таким способом, так у местных крепки традиции похищения невест. Вон даже разница есть между увозом и побегом. Горцы те и вовсе, считай, только крадут. И среди наших подобных ухарей хватает. Словом, варитесь в собственном котле, пока не тронули граждан княжества.

— Они даже имеют счета в Невьянском банке, — поддержал товарища Волков.

— Точно! Так что я более чем уверен, что это Руслан и компания, — продолжил свою мысль Григорий. — А еще — новенькие в борделе у Вени. Я особо не расспрашивал. Мы же не полиция нравов.

— Сомневаюсь, что в княжестве таковая есть, — поиграв желваками, сказал Игорь.

— Ну вот видишь. Думаю, что выяснить будет нетрудно. Стоит только добраться до Невьянска, как картина практически сразу прояснится.

— Ну, может быть, ты и прав, — помяв подбородок, задумчиво произнес Игорь. — Но в любом случае то, что эти похищения происходят под прикрытием нашего агентства, мне совершенно не нравится. Да и вредит делу. Поэтому, Руль, Ворот, готовьтесь, завтра на выезд. Волк, остаешься с Алиной. Покатаетесь на извозчике. Вопросы? Вопросов нет. Тогда все знают, что им нужно делать.

Хлопнув себя по коленям, он решительно поднялся с койки. Иных мест, чтобы присесть, тут попросту не было. Клетушка два на два с тремя койками. Одна из них примостилась у покатой стены, образуемой крышей. Другие громоздились в два яруса у противоположной. Поэтому и в дверях Игорь оказался, едва встав на ноги.

Спустился с чердачного этажа на третий и сразу же обнаружил посетителей, стоявших в коридоре неподалеку от двери их номера. Ага. У Насти прием в самом разгаре. Как ни крути, но тут должны были собраться родители пяти невест. На прослушивание каждой пластинки минимум десять минут. Плюс какие-то организационные моменты. Войти, выйти, поблагодарить, расспросить о чадушке, непременно постараться всучить гостинец.

Словом, песня часа на два, не меньше. Это, как говорится, проверено на себе. Поэтому Игорь направился дальше по лестнице. От пары кружек пива ему вреда не будет. Зато можно убить время…

Наутро, как и планировали, выехали в Малету. Добежали быстро и без происшествий. И на след пособницы похитителей также вышли без труда. Стоило только посетить сваху, с которой имели дела ранее, как она разразилась теми же обвинениями, что и Милона. Соответственно, и на конкурентку указала сразу же. Словом, повторилась та же картина, что была в Тартаре. Разве что теперь беседовал Игорь, а не Алина.

А вот ватагу мальцов вновь покатали. Только на сей раз этим занимались Руль и Ворот. Они же и поговорили со счастливой детворой, выяснив практически то же самое, что ранее узнал Игорь. Возможно, у оставшегося члена группы похитителей попросту не было никаких особых примет.

Подобная же картина обнаружилась в Улане и Буркате. В общей сложности за месяц эти паразиты вывезли тридцать девушек. Буркату они умудрились посетить дважды. Для заведения Вени такое количество девиц было запредельным.

И с этим предстояло разобраться. Только на этот раз без шума и пыли. Сомнительно, чтобы служба безопасности и ОВД снова закрыли глаза на подобную вольность. Как ни крути, а Болотин Вениамин Аркадьевич — гражданин княжества со всеми вытекающими. Так что действовать придется аккуратно и корректно, как бы ни чесались руки пройтись по этой лощеной морде.

Дорога от хутора Рухайло заняла целых три дня. Если бы не грязь, то управились бы и за два, все же лошади шли налегке. Но так уж случилось, что им досталось. И где-то даже изрядно. Все же ТАЗ — не тот автомобиль, на котором следует штурмовать осеннюю распутицу. До установления зимника придется временно прекратить свою деятельность.

— Ты что так рано вскочил? — удивилась Алина, когда Игорь спустился к завтраку вслед за ней. — Я думала, ты еще поспишь. Все же досталось в этот раз изрядно. И вообще, уже недели три, считай, без роздыху крутишься.

— Ничего. Отосплюсь еще. А сейчас просто некогда. Вон Антон за двоих отдохнет.

— Этому только дай расслабиться. Любую возможность использует с толком. Не то что некоторые, — улыбнувшись, подтвердила Алина.

— Это точно. Завтраком накормишь?

— Конечно. Что за глупый вопрос, — пожав плечами, сказала девушка.

— Ну мало ли. Вдруг я в чем-то провинился.

— Не сомневайся, если бы провинился, то ты об этом уже знал бы, — фыркнув, заверила она.

После завтрака Игорь оседлал свой велосипед. Пусть он несколько потяжелел из-за стальной рамы, но все же оставался весьма удобным транспортным средством. Ну и по совместительству — едва ли не самым лучшим двухколесным конем в Невьянске. Оно, конечно, противники планетарной системы передач поспорили бы с этим утверждением, отдавая предпочтение традиционному набору звездочек. Но Бородин не собирался им ничего доказывать, придерживаясь собственного мнения.

Выкатив на улицу, поблагодарил предприимчивого дельца, взявшегося мостить тротуары плиткой. Ну и власти помянул добрым словом за выделение на это средств. Сейчас уже практически все улицы имеют тротуары по одной из сторон. В перспективе планируется благоустроить и по другой стороне. А вот улицы так и останутся покрытыми гравием, спасающим от распутицы и дарящим столбы пыли в сухую пору. С нефтепродуктами здесь совсем тяжко. А как следствие и с асфальтом. Если только бетонные плиты. Но об этом пока разговоров нет.

До общежития, в котором проживал Ворот, добрался довольно быстро. Васютин ютился в самой настоящей клетушке, проектировавшейся под техническое помещение. Ширина всего лишь полтора и длина три метра. Но парень сумел убедить коменданта общежития поселить его именно там.

Подумаешь, теснота и узкое оконце. Зато отдельная жилплощадь. Есть кровать, платяной шкаф, пирамида для оружия, небольшой складной столик у оконца и табурет. По большому счету вполне достаточно. И уж тем более ввиду отсутствия каких-либо соседей. Прошлый опыт Григорию явно пришелся не по душе. А так сам себе хозяин.

В коридорах общежития никого. Тишь и благодать. Это с вечера пятницы и до утра воскресенья тут шумно. С большой долей вероятности можно столкнуться с пьяными мужиками. Посреди же рабочей недели, да еще и днем, почти кладбищенская тишина. Практически все обитатели общаги на работе. А в княжестве за рабочие места предпочитают держаться.

Стук в дверь вышел неожиданно громкий. Игорь даже испытал неловкость от разнесшегося по этажу гулкого звука. Поэтому, когда Васютин не откликнулся сразу, повторно постучал куда тише, костяшкой фаланги указательного пальца.

Наконец за дверью послышались шаркающие шаги. Ну и недовольное бурчание, куда же без этого. Ох и слышимость за этой дверью. Вот так приведешь девушку, и… Понятно, что с женским полом тут вроде как проблемы. Но у Григория, между прочим, неплохие шансы в отношении Насти. Во всяком случае, как показалось Игорю.

— Кто? — спросил Гриша сонным и хриплым голосом.

— Это я, Игорь.

— А-а.

В двери послышался звук проворачивающегося ключа. Щелчок выскочившего из замочной скважины язычка. Легкий скрип, и перед Бородиным предстал весь измятый Васютин.

— Не понял, ты что, до утра в борделе крутился? — проходя мимо него в комнату, спросил Игорь.

— Не. Пар спустил. По ходу разузнал, что нужно, и свалил. Это уже в трактире. Семена с бригадой повстречал, ну и закрутилось, — прикрывая за гостем дверь, пояснил парень.

— Интересно, у Семена много осталось после его фарта?

— Сомнительно. Уж больно любит гульнуть на широкую ногу.

— А что так? Занялся бы каким делом. Для старта денег хватает.

— Если бы он был дельцом, то устроился бы и на Земле. Но не его это. Пахать от зари до зари за зарплату — это он может. Но как сюда попал, так и не думает об этом. Вот и получается, что его все время в поле тянет. Ну а с таким раскладом держаться за мошну — последнее дело. Есть что-то на черный день. Но не так чтобы и много. И ладно. А так, сколько ни крути, а конец один. Он это знает, и его все устраивает.

— Ясно. По нашим делам что?

— А кучеряво все, Игорь Юрьевич, — ухмыльнувшись и проходя к кровати, сообщил Васютин.

Пусть вне рейда члены команды обращались к Бородину на «ты», тем не менее именовали по имени-отчеству. Это не его требование или бзик. Парни сами так решили. Он просто не стал разводить панибратства и убеждать их в том, что он для них Игорек. Вот и все.

— Новеньких в борделе пять, — опустившись на кровать и взъерошив волосы, начал пояснять Григорий. — Две кувыркаются с клиентами, отрабатывают долг. Три — ни в какую. Пашут, как рабыни Изауры, в обслуге, но ноги раздвигать не спешат. Правда, долг их от этого только растет. В сутки на два рубля пятьдесят копеек. Круче, чем в нашей лучшей гостинице. Ну и шпыняют их почем зря. То тряпкой по мордасам, то еще как, но без фанатизма. Только чтобы жизнь медом не казалась. Так что никуда не денутся, рано или поздно начнут работать. Если только кто не согласится выложить три с лишним сотни.

— А такие найдутся? У нас всяко-разно дешевле обойдется. И никаких сомнений относительно репутации.

— У Алины Витальевны слишком все сложно. Адаптационный период, знакомство, ухаживание. А тут хватает народу такого, чтобы за волосы и в стойло. И в этом плане у Вени все без заморочек. Плати и забирай ту, что понравилась. И бабы выбирают замужество. А нет — так вперед, отрабатывать долг на ниве секса.

— А если упрутся?

— Ну, сейчас-то Вене по большому счету плевать. Рабочего мяса хватает. Но при первой же трудности сломает их на раз. Он же не армия спасения. А менты и эсбэшники его не тронут. В своем праве.

— Какое-то извращенное тут право, — поежился Игорь.

— Ну, какое есть, — пожал плечами Васютин. — Кстати, шестерых он уже определил замуж. Да и остальные не особо задержатся. Все же мужику не в кайф, когда жену из-под кого другого берет. Ладно еще если прежний ухарь хрен знает где, а как под боком… Ясно, одним словом.

— Узнал, кто поставляет женщин?

— Так никто из этого тайны и не делает. Руслан. И мы бы это знали, если бы поменьше занимались боевой подготовкой да шлялись по степи. Да и Алина Витальевна все больше интересуется только детьми и заботами своих подопечных.

— Это я уже понял. А где хутор этого Руслана, не выяснил?

— Пока не знаю. Но узнать — без проблем. Будем ровнять?

— Есть такая мысль.

— Ну, тогда имей в виду, Руслан этот — гражданин княжества. Со всеми вытекающими. Насчет остальных нужно выяснять.

— Даже так… — Игорь, сидевший на табурете, непроизвольно выпрямился, словно проглотил лом.

— Ну а что такого? — хмыкнул Григорий. — Не меньше трети вольных хуторян имеют гражданство. Попробовали в княжестве, не понравилось, вот и поселились наособицу.

— Ладно. Будем думать. Ты со мной?

— А ты полагаешь, только тебя корежит от мысли, что под твоим именем кто-то торгует людьми? Ты одно скажи — манатки собирать или что умное удумаешь?

— А как же Настя? — скосил взгляд Игорь.

— А что Настя? — отозвался Григорий. — Она, похоже, на Дока глаз положила. Так что я лучше отвалю сам, пока не задали нужное направление.

— Вот так легко пойдешь на попятную? — искренне удивился Игорь.

— Ну сам посуди, Игорь Юрьевич. Ее муж на Земле был по виду полный ботан, но со стальным стержнем. Здесь она сошлась со Смычком. Ты его не знал, но по виду маменькин сынок. На деле же конкретный мужик. Ну и наш Док из той же братии. Вот ты мне и скажи, есть ли у меня шанс?

— Н-да. Я тебя понял. Что же до этих уродов… Подумаем, покрутим. Расположение хутора узнаешь?

— Да не вопрос. Хоть сегодня же.

— Вот и ладно.

Оставив Ворота один на один с его похмельем, Игорь вновь оседлал своего стального конька и покатил в сторону общежития, в котором квартировал Док. Вообще-то по пути были армейские конюшни, куда они накануне вечером успели поставить трофейных лошадей. И скорее всего, с их оценкой все разрешилось еще вчера. Тем более что трудовые будни у военных начинались с раннего утра.

Но деньги обождут. А вот Док может куда и свалить. Особых задач у него нет, так что птица вольная. Искать же его по городу никакого желания. Невьянск вроде и небольшой, но побегать все же придется. А тут еще и дождик зарядил.

К общежитию пришлось ехать по грейдеру. Вымощенные тротуары сюда пока еще не добрались. Оно вроде и не грязь месить, но в то же время взбивать слякоть. Крылья-то над колесами имеются, но капли жижи все одно добираются до велосипедиста. Так что по возвращении однозначно придется переодеваться.

Овчинин оказался дома. И, в отличие от Васютина, был бодр и полон сил. Мало того, несмотря на ранний час, уже при деле. В его комнате обнаружился пациент. В настоящий момент Алексей проживал здесь один. Вот, видимо, и решил воспользоваться ситуацией.

Сосед Дока входил в бригаду некоего Агрономова, о гибели которой ходили упорные слухи. Достоверных сведений пока нет, комната же проплачена на два месяца вперед. Потому комендант и не спешит выносить в кладовку вещи постояльца. Может, уже и давно почившего. Потом еще полгода вещички полежат на хранении, а там пойдут с молотка в пользу коменданта за его заботу. Хлебное место эта должность, надо сказать.

— Игорь Юрьевич, ты присядь, я сейчас освобожусь. Андрюха, с ногой у тебя порядок. Заживает нормально. Но если хочешь быстрее поправиться, прекращай бухать. Иначе процесс затянется и к первопутку не поспеешь, — заканчивая перевязывать голень парня, напутствовал Док.

— А что тут делать-то, если не бухать? — отмахнулся пациент.

— Книжки читай, — авторитетно посоветовал Алексей. — Рукоделием или ремеслом каким займись, в клуб подайся, в драмкружок. Было бы желание, а занятие и без бухла всегда найти можно.

— Да ладно, Док, и так прорвусь. Подумаешь, мясо прострелили.

— Ну-ну. Мое дело предупредить. Свободен.

— Ага. Пошел, — поднимаясь на ноги и хватая самодельный костыль, задорно произнес парень и похромал на выход.

— Гляжу, ты при деле? — когда дверь за пациентом прикрылась, спросил Игорь.

— Ну а что такого? До больнички пока дойдешь, пока то да се. А я вот он, под боком. Копейка небольшая, но хоть что-то. А то только проедаю свои подъемные. Вот зря ты не согласился навестить Чалату. Я бы там хоть прибарахлился, а не как сейчас, считай, гол как сокол.

— А я тебя не держал. Мог возвращаться. И вообще делать все что угодно. Но рисковать людьми… — Бородин многозначительно покачал головой.

— Не, Игорь Юрьевич, ты не принимай на свой счет, — тут же спохватился Овчинин. — Спасибо, что задницу мою вытащил из дерьма. Но просто… Понимаешь, люди узнали, что с ними тут рядом доктор появился, и потянулись ко мне. А у меня ни инструмента, ни лекарств. Ничего.

— Ну так принимай гражданство. Отслужишь год в армии, а там откроешь частный медицинский кабинет. Тебе под это дело кредит без проблем предоставят. Может, еще и от службы освободят. Ну или можешь обождать, пока мы отправимся в Чалату, и после за свои кровные открыть лечебницу. Говорили же об этом.

— Не. Я с тобой. Мне так интереснее. Что до приработка, с лекарствами и перевязочным материалом я разберусь. Но инструмент не потяну. А нам для команды нужен как минимум походный хирургический набор.

— Узнавал насчет него?

— Узнавал. Пять сотен.

— Ох, йо-о!

— Угу. Медицина — дорогое удовольствие.

— Ладно. Приценивайся, что и сколько надо. Будем покупать. Иметь в команде медика и оставить его с голыми руками — глупость несусветная.

— Да я уже подумал, покрутил. Вот список.

— И на сколько там?

— На тысячу пятьдесят рублей.

— Только что было пять сотен, — недоверчиво скосил взгляд Игорь.

— Ты спрашивал про хирургический набор. Я ответил. А там и кроме него хватает. Капельница, шприцы, иголки, физрастворы… да много чего. Ты почитай.

— Н-да, — не глядя в список, задумчиво выдал Игорь. — Ладно. Будут тебе деньги. Не занят?

— Пока нет.

— Тогда прямо сейчас все и получишь. Собирайся.

— Добро, — хлопнув себя по коленям и поднимаясь, ответил Док.

Заговаривать с ним в комнате по основному вопросу Игорь не стал. Мало ли, вдруг общага и вовсе нашпигована видеоаппаратурой, что кекс изюмом у доброй хозяйки. Вот так невзначай сам все и поведаешь кукловодам. А там и вся задумка прахом пойдет. Поэтому разговор завел, только когда они отошли от здания. Уж велосипед и одежду он проверил от и до.

— Что там наш знакомый Василий? — катя свой двухколесный транспорт, поинтересовался Игорь.

— Нормально все у Васи, — ответил Алексей. — В четверг посетил тайник. То, что оставил, забрали. И новое положили, с заданием. Машин в последнее время много появляется, так что забот нашему механику добавилось.

— Значит, не заподозрили. Это хорошо.

— Я так понимаю, начинаем его разрабатывать.

— Неправильно понимаешь. Тут у нас нарисовалась одна проблема. Появились конкуренты, с которыми надо будет разобраться. Вас с Настей и Штыком не обязываю, потому как это, по сути, проблемы агентства. Но и тебе отрабатывать кукловодов не с кем.

— А если не по сути? Что за проблемы?

— А если не по сути, то нашлись уроды, которые решили возить невест аборигенок, прикрываясь нашим именем. И все бы ничего, но только они не просто увозят женщин, а продают Вене. Тот, в свою очередь, продает их замуж.

— А разве вы поступаете не так же? Я сейчас не об адаптационном периоде, а в целом.

— Во-первых, адаптационный период и то, как мы устраиваем браки, вносят уже совершенно иное содержание. Мы не продаем женщин их будущим мужьям, а оказываем услуги по созданию семьи. Печально, если ты не видишь разницу. Но главное даже не это. Ты же знаешь, кто такой Веня?

— Разумеется.

— Так вот, этот мерзавец не просто отдает баб первому встречному, способному заплатить. При надобности ничуть не стесняется протащить их через свой бордель. О странностях невьянского законодательства в курсе?

— В курсе, — скрежетнул зубами Алексей.

— Так вот, нам не нравится то, что нашим именем прикрывают это дерьмо.

— Я с вами.

— Гляди, Док, может случиться и так, что придется мотать отсюда по бездорожью. В княжестве не любят, когда кто-то трогает их граждан. И уж тем более те, кто гражданами не являются.

— Ничего, как-нибудь переживу.

— Угу. Только имей в виду и то, что тогда может оборваться ниточка, ведущая к кукловодам. Будучи вне закона, мы попросту не сможем этим заниматься.

— Ну, заниматься этим можно и в бегах. Только придется малость труднее. А вот знать об этом дерьме, иметь возможность что-то сделать и остаться в стороне… Я, конечно, не стану утверждать, что был поборником справедливости. Но до сегодняшнего дня мое самоуважение пребывало в покое. И хотелось бы, чтобы так оставалось и дальше.

— Ладно. Мы пришли.

— Армейские конюшни? — в удивлении вздернул бровь Овчинин.

— Ну, работать в брачном агентстве порой бывает очень весело, — подмигнул Игорь. — Из командировки мы вернулись не с пустыми руками.

— Ин-терес-сная тут у вас жизнь, — с расстановкой произнес Док.

Получив на конюшне квиток, прогулялись в военный городок, где знакомый Игорю капитан выписал чек. В общем и целом кони и сбруя горцев принесли солидные дивиденды. Тысяча сто рублей — это весьма и весьма неслабо.

Вручив чек Доку, Игорь поспешил с ним расстаться. С депонированием чека в банке и медициной тот и так разберется. У Бородина же хватало забот. И в частности одна из них как раз по пути. Нужно было заскочить в службу безопасности.

Занятия по рукопашке только завтра. Но лучше побыстрее разобраться с написанием обязательного отчета о поездке за пределы княжества. Как ни крути, но он ведь является внештатником. Пусть ему это и не нравится, как и сама контора, представляющая собой весьма странную структуру со своеобразным взглядом на справедливость. С другой стороны, это понятие сугубо субъективное.

— Больше ничего интересного? — уточнил капитан Котов, закончив читать исписанные убористым почерком листы отчета Бородина.

— Да вроде все обозначил.

— А чего сегодня? Прямо с корабля на бал.

— Есть свободная минутка. Да и все одно заходить сюда, чтобы занятия на завтра назначить. Так отчего бы и нет.

— Логично.

— И это все?

— В смысле?

— В смысле вы прочли насчет похищения девушек?

— Разумеется, я это прочел. Или вы думаете, что мы станем помогать вам в конкурентной борьбе?

— Они похищают девушек и продают их.

— Это не противоречит законам княжества. Да и у аборигенов похищение невест — вполне распространенное явление, — пожав плечами, повторил капитан довод Васютина.

— Но вы хотя бы в курсе, что они вытворяют?

— Если бы они что-то вытворяли, как вы выражаетесь, то меня уже поставили бы в известность.

— Ясно. Разрешите идти?

— Конечно. Не смею задерживать.

Игорь вышел из кабинета начальника службы безопасности в дурном настроении. Все же он как-то еще надеялся на то, что контора отреагирует на этот вопрос. Однако ничего подобного. Безопасники и правительство княжества не видят в действиях Руслана и его подельников ничего предосудительного. Интересно, они действительно представители двадцать первого века и его соотечественники? Или упали с Луны, сначала в Россию, а уже потом их забросили сюда? Или человек реально такая скотина, что остается лишь развести руками.

— О! Игорь, привет! — вдруг окликнул знакомый голос.

— Здорово, Андрюха. — Бородин пожал руку тому самому оперативнику, который опрашивал его при обнаружении видеозакладки в доме Алины.

— Заглядывал в дежурку, там сказали, что завтра занятия.

Насколько знал Бородин, лейтенант Ерохин не имел никакого отношения к подразделениям егерей. Более того, у него хватало своих забот. Но он регулярно посещал занятия по рукопашному бою, был самым прилежным учеником, и, надо сказать, небесталанным. Кроме того, парень систематически посещал стрельбище и тактическую площадку в частности.

— Все верно. Завтра в первой половине дня. Неужели найдешь время?

— Даже не сомневайся, — с улыбкой заверил оперативник. — А к шефу чего ходил? Решил с отчетом не тянуть?

— И это, и другое.

— Уж не о Руслане ли Замятине интересовался?

— Если мы про одного и того же Руслана, то да.

— Про одного, можешь не сомневаться, — подкрепляя свои слова кивком, заверил Андрей.

— Уж не ты ли курируешь этот вопрос?

— Я.

— Подробности не поведаешь? Или государственная тайна?

— Да нет, — пожав плечами, не особо задумываясь, ответил он. — Пойдем ко мне в кабинет. Заодно чайком угощу. Настоящий, астанатский, с листьями каратука. Арома-ат — закачаешься.

— Ну пойдем.

Кабинет у Андрея был просторным, пусть и рассчитан на одного человека. Однако роскошь. Оперативник? Нет, и оперативник тоже, но далеко не простой. Со званиями в княжестве вообще туго, а уж в службе безопасности тем более. Коль скоро его глава в капитанах ходит, то лейтенант Ерохин тут — точно значимая фигура.

Пристроив папку с бумагами на углу стола, Андрей тут же подошел к тумбочке, на которой стоял двухлитровый самовар. Отсоединяющаяся труба коленом уходит в печной дымоход. Сейчас уже повсеместно вводится паровое отопление, но здание службы безопасности достаточно старое и по старинке обогревается печами.

— Прямо не знаю, что будем делать, если вдруг решат сделать паровое отопление.

Ерохин подбросил в самовар с десяток еловых шишек и надел колено трубы, ловко пристроив его на место. Потом снял рукавицы и, взяв небольшие мехи, несколько раз энергично качнул ими, нагнетая в топку воздух. Дальше свое дело сделает уже тяга.

Затем вооружился чашками, сыпанул в них листья заварки и наполнил кипятком. Показал на кусковой сахар, мед, варенье и, получив отказ, передал чашку Игорю. Сам со своей, а также пиалой с медом сел за рабочий стол.

Н-да. Как бы лейтенант ни сокрушался, но настоящим любителем и ценителем чая он не был. Так, выпить чашку, чтобы отвлечься от работы или обдумать какой вопрос, и всего лишь. Доводилось Бородину знавать одного любителя этого напитка. За подобное кощунство он бы предал безопасника анафеме.

— И что тебе известно об этом… как ты говоришь? Замятине? — наконец поинтересовался Игорь.

— Ну что сказать. Попал он сюда три года назад. На Земле занимался решением вопросов. Словом, имел связи в родном городе, умел договариваться, крутился вокруг администрации, выступая посредником в сделках по земле и недвижимости. Обладал определенным весом. Попав сюда, принял гражданство и пошел служить в армию, как все. Но после службы разочаровался в местных реалиях. Понял, что не впишется со своим опытом. В работяги идти ему претило. Вот и подался в мародеры. Полгода отходил в бригаде Нанайца, а когда того в одном из рейдов грохнули, занял его место. Сорвали куш, решили обосновать вольный хутор.

— Мне он показался конкретным мужиком, не просто не робкого десятка, но еще и бойцом.

— Есть такое дело. Повоевал в первую чеченскую, потом походил бойцом в одной из московских преступных группировок, где поднялся до бригадира. Но вовремя сообразил, что жизнь там, может, и веселая, да недолгая. Вернулся в свой город, сумел воспользоваться приобретенными связями. Ну что еще. Самбист. Занимался до самого попадалова. Здесь это дело не забрасывает, и сам форму поддерживает, и парней своих натаскивает.

— И такой в крестьяне подался, — покачав головой, с сомнением произнес Игорь.

— Правильное замечание. Но, как ни странно, землицу они и впрямь пашут. Правда, немного. И пасека у них загляденье. Мед, кстати, их. — Андрей указал на пиалу, в которую периодически макал ложечку. — Держат скотину, возят в город молочку. Но тоже малость. У них же этим в основном занимаются только трое мужиков и женщины. Шестеро же — бригада мародеров. Но скорее уж бывших. Сегодня для нормальной мародерки нужно забираться все дальше. И то не факт, что прибарахлишься. Зато шансы сдохнуть очень даже неслабые. Поэтому шакалят по округе, без фанатизма. Порой и девок у аборигенов таскают да Вене сдают.

— И кто их надоумил сработать под нас?

— Понятия не имею, — пожал плечами лейтенант. — Будь моя воля, я бы этих тварей, которые поправляют свое материальное положение работорговлей, раздавил, как клопов. Но-о…

— Угу. Князюшка у вас странный дальше некуда.

— Это точно. Но какой есть. И если хочешь знать мое мнение, то лучше такой порядок, чем анархия. Человек звереет очень быстро. Ты уж мне поверь. За четыре года насмотрелся.

— Может, Веня надоумил?

— Может, и он. Тип мутный. И главное, непонятно с какого перепуга не дают его поставить в стойло. Тех, кто до него был, почистили, но те вообще берега потеряли, решили, что имеют вес в обществе. А вообще, князь применяет самые различные рычаги, чтобы склонить аборигенские княжества к более тесному сотрудничеству. Потому как если островитяне решат по нам пройтись катком, да еще и объединятся, то смогут выставить и полумиллионную армию. Так что союзники нам совсем не помешают. А еще лучше создать единое государство.

— А если эффект окажется иным и князь такими действиями настроит их против нас?

— Предполагается обратное, — покачал головой Андрей. — Мы же отрыто заявляем, и посредством слухов в том числе, что проблемы нужно решать сообща.

— Ладно. Это дела князя. Давай к нашим баранам.

— Можно. Итак, ты говоришь, что Руслан вывез три десятка девиц и баб. Тогда я сомневаюсь, что к этому причастен Болотин. Он уже «сосватал» шесть женщин и на этом поднял порядка шестисот рублей. Но такой подход ему несвойственен. Все, кто попадают к нему, сначала отрабатывают в борделе. Тогда и выхлоп больше получается. С другой стороны, сработав под вас, они без труда устроили разовую акцию, которая принесет им солидную прибыль. Сам посчитай, Вене они сдают баб по две сотни. Тот уступает женихам по три, плюс сколько-то набегает, пока они «проедают» его бюджет.

— Получается, шесть тысяч набежит бригаде Руслана и больше трех — Вене, — быстро прикинул Игорь.

— Математика именно такая, — согласился лейтенант и отправил в рот ложку с медом на кончике. — Мм. Кстати, мог и Веня им присоветовать такой ход. Просто чтобы тупо вам насолить за тот финт с уничтоженной бандой и за сутки, проведенные в вашем обществе. А что тебе сказал Котов?

— По сути послал. Мол, я хочу избавиться от конкурентов руками службы безопасности.

— Ясно. Подозреваю, что его позиция останется неизменной. Мне жаль, Игорек. Вот поверь, сам бы раскатал эту сволоту. Да тот же Веня мог бы содержать свой бордель без этих закидонов. Ведь совсем необязательно похищать баб. В аборигенских городах тоже ведь шлюхи имеются, и на хуторах веселых бабенок хватает.

— Может, он работает на кукловодов? А что? Если это реально шоу, а на это указывает все, то среди этих толстосумов могут быть и любители клубнички. Грязной в том числе.

— Отрабатывалось. Конечно, закладки там обнаруживаются регулярно. Но пока ничего, что указывает на причастность к этому самого Вени. Кстати, если судить такими критериями, то и Алина Витальевна окажется в кругу подозреваемых.

У Игоря шевельнулось было желание посвятить Андрея в проворачиваемую ими операцию с одним из подручных кукловодов. Но он быстро подавил эту мысль, загнав ее в самый дальний угол. Ерохин — безопасник. На Земле успел немного поработать опером. И здесь уже четыре года трудится на этой ниве. Да, он вызывает симпатию. Но нет, делиться с ним сведениями все же не стоит.

— Андрей, а сколько на том хуторе граждан княжества?

— Ты что задумал?

— Пока только думаю.

— Учти, дело это обоюдоострое.

— Я понимаю. Потому мне и нужна полная информация.

— Кроме Руслана еще двое имеют статус граждан: Ильин Геннадий и Гурьянов Кирилл. Они и в армии вместе служили. А потом Руслан их к себе в мародеры подтянул. Из десятка женщин землянка только одна, подруга Руслана. Есть трое малых деток.

— Всего-то? — искренне удивился Игорь столь незначительному количеству детей.

— Остальные бабы, кроме Вероники, на сносях, на разных сроках. О старости Руслан думает. Так что, может, и Вероника уже в залете. Он ей в рот особо не заглядывает. Как решит, так и будет.

— Пулемет у них есть?

— Два «гатлинга». Подходы к усадьбе метров на триста расчищены, ни единого деревца или куста. По периметру метров на сто напичкано разных ловушек и мин. Обрезки труб с зарядом черного пороха и чугунной картечи. Эдакие эрзац-«монки». Их Иван Аркадьевич для вольных хуторов ладит. Ну и мародеры со сталкерами приобретают. Отличное средство, чтобы обезопасить свою стоянку. Так. Что еще. Вооружены все поголовно и имеют представление, с какой стороны браться за винтовку. Словом, если кто решит их пощекотать, мало не покажется, даже при отсутствии бойцов. Потому и не боятся оставлять хутор с небольшим числом мужиков.

— Н-да. А Вероника эта тоже не гражданка?

— Нет. Они ее год назад подобрали. Чин-чином представили князю, а потом Руслан ей предложил присоединиться к ним. Обаял и покорил. Красивая девица.

— На Алину похожа?

— Я бы не сказал. Тот, кто видел Михайлову, не спутает.

— Понятно. Показать, где располагается их хутор, можешь?

— Игорь, ты хорошо меня расслышал?

— Даже не сомневайся.

— Гляди, как бы головка не бо-бо. — Лейтенант подошел к стене, на которой висела карта княжества и прилегающих территорий. — Вот здесь их хутор. У слияния двух рек, неподалеку от Большой.

— Ага. Вижу. Ладно. Спасибо тебе, Андрей. Пойду я, пожалуй.

— Давай. До завтра, — уточнил безопасник, намекая на занятия по рукопашному бою.

— До завтра, — заверил его Игорь.

Н-да-а. Информация к размышлению. Итак, трое из этих уродов — граждане княжества. Нападение на них, даже на дикой территории, крайне не приветствуется властями. Принцип прост. Пусть и урод, но это наш урод. И как с ними быть? А тут еще и хутор что твоя крепость.

Ну, так себе крепость. Рассчитана на противника, вооруженного стрелковым оружием. Против артиллерии частокол уже не пляшет. А у бригады Игоря какая-никакая артиллерия имеется. Трофейная дульнозарядная пушечка стоит на газоне перед домом, с пирамидкой из десяти каменных ядер. Чисто декоративная изюминка. Порох же аккуратно складирован в подвале вместе с остальным арсеналом, изъятым у перебитой банды.

Сдать пушку на металл, чтобы получить пару сотен рублей? Нет, если совсем прижмет, то вполне возможно. Пока же пускай постоит в качестве финансового резерва и инструмента воспитания. А то как-то неприлично, если на газоне будет находиться блеклое нечто, и уж тем более покрытое патиной. Поэтому провинившиеся детки систематически надраивают ее тряпицами.

Покинув управление службы безопасности, Игорь покатил на промзону. И снова ровные, мощеные тротуары сменились покрытым жижей грейдером. Мало летящих из-под колес брызг, так еще и непрекращающаяся морось. Брр. Велосипед — хороший транспорт, экологически чистый и даже полезный для здоровья. Но как же он соскучился по своей «десятке»!

Здание небольшого заводика Тульского встретило его грохотом железа, запахами разогретого металла и смазки. Но главное, тут тепло и сухо. Ну и новости, радостные. Их «Нива» была в полном порядке и стояла под навесом на площадке готовой продукции. Скромненькой такой площадке, всего-то единиц на десять. Впрочем, этого более чем достаточно. Не задерживались пока «тазики», разлетались как горячие пирожки.

Обрадованный Бородин тут же выписал Тульскому чек на сто шестьдесят три рубля. А заодно отверг его предложение — свести с клиентом, готовым заплатить за «Ниву», как за новую. Две тысячи — не хухры-мухры. Вот только у Бородина на этот автомобиль свои планы. И его продажа в них не входила.

После мастерских посетил Руля. А кто еще сумеет принять машину из ремонта в лучшем виде, как не он. Впрочем, парень был этому только рад. «Нива» пусть и не менее капризна, чем «тазик», но при этом на голову выше. А еще при равных трудозатратах на обслуживание имеет куда больший запас хода.

И наконец Бородин направился к Спицыну. Не сказать, что они так-то уж близки. Последний взбрык Игоря, когда он не пожелал отдавать трофеи задарма, не лучшим образом сказался на их взаимоотношениях. Но в то же время причин дуться на старинного знакомого у оружейника не было. И уж тем более отказывать ему в приобретении чего-либо в лавке.

— Здравствуйте, Иван Аркадьевич.

— О-о-о, какие люди. Привет, Игорек. Какими судьбами? Земля слухами полнится. Поговаривают, что армейская конюшня пополнилась шестью горскими лошадками.

— Намекаете, что я опять с пустыми руками? — имея в виду отсутствие трофеев, усмехнулся Шаман.

— Ну так. Самую малость, — с хитринкой улыбнулся хозяин лавки.

— Не, Иван Аркадьевич, я вам точно не конкурент. Против вашей производственной базы не потяну. У вас же чисто небольшой заводик. Поговаривают, что вы даже токаря к себе сманили.

— Не сманил. А предложил работу. И он, в отличие от тебя, не отказался. Сейчас проходит курс молодого бойца. Уже через месяц будет здесь у станка стоять.

— Отсрочка от армии?

— Как я тебе и говорил. Княжество заинтересовано в моей мастерской.

— А нынешний-то помощник где? Гляжу, вы сами за прилавком.

— Мы по очереди обедаем, чтобы не закрывать лавку.

— Разумно. Как дела с моими гранатами?

— Алюминий переработал весь. Гранат изготовил только четыре десятка — РГ и десяток — «Зари». Тебе же вроде было не к спеху.

— Нормально. Причин ускоряться никаких, — не желая платить за срочность, заверил Игорь.

— Испытать в деле получилось?

— Получилось. Дым проблемой не стал. Зато осколками противника шпигует качественно. А вам зачем?

— Появился тут еще один попадун с подходящим великом.

— Хотите выставить гранаты на рынок?

— При общих вложениях порядка трех сотен выхлоп составит шестьсот рублей. На выходе — расширение ассортимента и солидная прибыль.

— На бездымном не проще делать?

— Проще. Но при слишком высокой цене они никому не интересны. Если продавать дешевле, то получается в убыток себе. Так что порох лучше для патронов использовать.

— Ясно. А что у вас с бесшумными карабинами? Пошли?

— Сталкеры и мародеры берут. А для армейцев я разработал нечто новое.

— Покажете?

— Не вопрос. Сейчас.

Оружейник скрылся за дверью, ведущей в мастерскую, и вскоре появился с карабином, имеющим такой же массивный ствол, как и БК. Вот только на этот раз здесь был обычный болтовой затвор. Разве только ручка сзади, как на «энфилде» и маузере.

— «Винторез», — представил Спицын новинку.

— А вы не скромничаете, — хмыкнув, принял оружие Игорь.

— Ну, даже если тут появится настоящий «Винторез», достойно скопировать его у нас не получится. Думаешь, не хотели изготовить что-то на базе автомата Невьянского? Бесполезно. Лязгает так, что за сотню метров слышно. Этот же — все так же под револьверный патрон. Боевые характеристики сродни бесшумному карабину. Разве что в скорострельности уступит. Зато решен вопрос скрытности. Десять патронов в отъемном магазине.

Угу. Ничего так, ладно получилось. Сам револьверный патрон поменьше бердановского не только в длину, но и по диаметру гильзы. А потому и магазин особо не выглядывает за скобу спускового крючка. В сочетании с затвором после перезарядки кисть органично ложится на полупистолетную рукоять. Ход затвора небольшой. Никаких сомнений — если «Винторез» и уступит в скорострельности БК, то ненамного.

— И сколько стоит эта красота? — вскидывая карабин и прикладываясь к нему, поинтересовался Игорь.

— Как и БК — сотню.

— Ну что ж, вполне сопоставимо, — несколько раз передернув затвор и вхолостую спустив курок, констатировал Бородин.

— Берешь?

— А продаете?

— Продаю. Армейцы уже получили десяток образцов для обкатки.

— Этот у вас только один?

— Сейчас да. Но если тебе нужен еще бесшумный ствол, то я могу тебе предложить еще один БК. — Иван Аркадьевич указал на висящий на стенде карабин.

Хм. А вот Игорь его как-то не приметил. Впрочем, он особо и не всматривался в выставленный ассортимент. Другой вопрос, а нужен ли ему еще один БК? Две единицы бесшумного оружия на их группу — это уже немало. Да. Пожалуй, третий ствол — все же перебор.

— Винторез возьму. От БК воздержусь. Еще мне понадобится полсотни травматических патронов.

— Ты уже брал три десятка, — напомнил оружейник. — И я что-то не слышал, чтобы ты успел вляпаться в какие-то неприятности.

— Вы говорили, что прикупили велик?

— Есть такое дело.

— Пользовать по назначению не собираетесь?

— Пока как-то…

— Ага. О солидности печетесь. А я вот катаюсь.

Игорь указал на револьвер «бульдог», угнездившийся в кобуре на животе. «Гроза» покоилась на боку. Словом, вооружен и жутко опасен. Поначалу-то думал обходиться одним пистолетом. Но, как выяснилось, без револьвера по Невьянску лучше все же не раскатывать. Пистолет невероятно дорог, так что его лучше приберечь для неприятностей с людьми.

— Собачки проходу не дают. Так что приходится гонять их, — пояснил Игорь.

Вообще-то у него созрела немного иная идея. Но озвучивать ее он все же не стал. Незачем. Тем более что официальной версии — за глаза.

— А. Ну да. Об этом я как-то не подумал, — согласно кивнул Спицын. — А за стрельбу в неположенном месте милиция не гоняет?

— Если не по людям и не без причины, нормально. Тут уж скорее претензии к хозяевам бобиков или к городским властям.

— Справедливо. Итак? Это все?

— Нет. Иван Аркадьевич, а вы можете изготовить мортирку на бердана?

— Под ручную гранату?

— Да.

— Могу. Не вопрос.

— И прицел.

— Ты собираешься стрелять с рук? Плохая идея.

— Знаю. Поэтому собираюсь стрелять не по настильной траектории, а по навесной. Но для этого нужен прицел типа отвеса.

— Как на «Костре»[3]?

— Именно.

— Ну что ж, это возможно. Но на большую дальность не рассчитывай. Как, впрочем, и на точность.

— Это понятно. Но тут и сотня метров будет в яблочко. Когда сможете сделать?

— Срочно требуется?

— Да уж затягивать нежелательно. Для начала хотя бы без прицела.

— Хм. Ну, без прицела — ничего сложного. Стальная насадка с гнездом для предохранительного рычага и холостой патрон. Могу изготовить уже к завтрашнему дню.

— И штуки три массогабаритных макетов гранаты, чтобы можно было хоть как-то примериться.

— Игорь, ты во что влез?

— Я не хотел, — не стал отнекиваться Бородин.

— Ладно. Меня это не касается. Завтра к обеду подходи.

— Договорились. А пока посчитайте сегодняшнее.

— Хорошо, давай посчитаемся. За все гранаты с тебя девяносто рублей. Травматические патроны — еще десятка. Ну и «Винторез». Итого две сотни рубликов.

— Не вопрос. — Игорь тут же выписал чек и вручил оружейнику.

— Уволочь-то сам сможешь? Или проще доставку оплатить? С ящиком полтора пуда получится. Не семечки.

— Ничего. Не на себе волочь, на велосипеде. И потом, если бы еще куда нужно было заехать, то ладно. А так-то все одно обедать домой собираюсь. Вот только в милицию заскочу, «Винторез» отстрелять.

— Ну, мое дело предложить.

Вообще-то кататься на велосипеде, у которого на багажнике болтается двадцать с лишним килограммов, не особо удобно. Будь тот не таким хлипким, еще туда-сюда, но в имеющемся исполнении он явно не годился для подобных грузов. Поэтому ехать пришлось аккуратно, без спешки.

Регистрация карабина много времени не заняла. На все про все вместе с дорогой — не больше часа. Так что к обеду Игорь поспел вовремя. У них в доме теперь форменное общежитие. А он, помнится, еще удивлялся, к чему нужна такая большая кухня и столовая. А оно вон как получилось.

— Дядь Игорь! — окликнул его после обеда старший из мальчишек Алины.

— Да, Артур.

— А мы в воскресенье на стрельбище пойдем? Ты обещал.

— Я-то обещал. И от своих слов не отказываюсь. Но у нас вроде как уговор был насчет двоек.

— Так нет ни одной.

— У тебя. А у остальных?

— Ты за нас не переживай, дядя Игорь, — поддержала Артура Лена, светловолосая девчушка-переросток и лидер детворы. — У нас все под контролем. Ни одного косяка.

— Ну, тогда, как и договаривались, в воскресенье идем на стрельбище.

— При любой погоде, — продолжала давить Лена.

— При любой погоде, — подтвердил Игорь.

— Воскресенье послезавтра, — ткнула она в него пальчиком.

— Договорились же.

— Ладно, — удовлетворенно кивнула девчушка.

В школе имеется начальная военная подготовка. И дети уже с двенадцати лет начинают учиться владеть оружием. Туда же входит и посещение стрельбища. Стреляют не так чтобы и много, но по паре десятков патронов в год пережигают. А какой подросток удовлетворится такой малостью? Игорь прикинул расходы на развлечение четырнадцати деток и мысленно вздохнул. Хорошо хоть после уничтожения банды им достался солидный боезапас. Не так больно получится.

— Игорь Юрьевич, а что это за сверток ты в комнату пронес? — поинтересовался подошедший Антон.

— А чего же про ящик не спрашиваешь? — скосил на него взгляд Бородин.

— С ящиком все понятно. Раз унес в подвал, значит, Спицын гранат накрутил. Ты собирался по возвращении его навестить. А вот сверток… Какой-то новый ствол?

— В точку, — с довольной улыбкой ответил Игорь. — Новый бесшумный карабин, «Винторез». На этот раз болтовой. Но получился просто загляденье. Осталось только опробовать на стрельбище. Хотя Ивану Аркадьевичу в этом вопросе я доверяю от и до.

— Глянуть можно? — с горящим взором попросил Антон.

Парень уже давно посматривал на БК Игоря, и от покупки его удерживали только два фактора. Дороговизна как оружия, так и боеприпасов. И Хана. Она отнюдь не была против оружия в доме. Соглашалась с тем, что нужно регулярно с ним тренироваться. Признавала необходимость ношения в городе револьвера, снаряженного дорогими травматическими патронами. Еще бы она была против всего этого, пережив гибель семьи. Но вот излишества принять не могла. А БК, по ее мнению, относился именно к таковым.

— Ну что ты как маленький. Глянешь еще. А пока попользуешь БК.

— Стоит ли отказываться от автомата?

— Я и не собираюсь. Но если возникнет надобность, БК за тобой.

— Ясно. Пристрелять бы.

— Хм. А знаешь, дел особо нет, можно и на стрельбище прокатиться. Твоя правда, пристреляться совсем не помешает.

В этот момент в гостиную буквально ввалился Григорий. Причем вид у него был настолько возбужденный, что никаких сомнений — случилось что-то важное. Хм. Ну и не для чужих ушей.

Игорь тут же указал ему в направлении кухни, переглянувшись с Алиной. Она как раз выходила из столовой и прекрасно все поняла. Девушка не просто подтвердила его намерения, но и сама присоединилась к мужчинам. Антон проследовал за ними.

Алина уже пару раз спрашивала у Игоря, что он собирается предпринять в отношении похитителей девушек. Она весьма болезненно восприняла данный факт. И уж тем более известие о том, что служба безопасности и вообще власти княжества оставили ситуацию без внимания.

— Руслан в городе, — выдал Григорий, как только они вчетвером оказались в кабинете Алины.

— Та-ак. Весело. Сколько их? — уточнил Бородин.

— Руслан — походу, с подругой. Они сейчас по магазинам бродят. Ну и его ближайшие друзья. Тезка мой, с бородой и шрамом на левой щеке. И некто Кирилл, мелкий верткий тип, все время сплевывающий через передние зубы. Никого не напоминают?

— Ловко ты, — одобрительно заметил Игорь.

— Да ничего сложного. Зашел в «Мародера», решил ударить по пивку, чтобы поправить здоровье. Сел у окна. Гляжу, эти подкатили. После вышел на заднее крыльцо, куда бегают покурить работники трактира, и спросил у официанта. Ну, тот и рассказал мне все. И про то, что они раньше мародерили.

— Гриш, я вот спросить хотел, а как так получилось, что ты про эту бригаду мародеров ни сном ни духом? — припомнив прошлое парня, озадачился Игорь.

— Да как, как. Я ведь только полтора года назад сюда попал. А они к этому времени уже завязали с походами и осели на вольном хуторе. Не пересеклись, только и всего.

— Ясно.

— Ты что-то задумал, Игорь? — вперив в него внимательный взгляд, спросила Алина.

— Задумал, конечно. Посчитаться бы с ними. Разъяснить, что нехорошо творить непотребства от нашего имени. Ну и девушек нужно от них вынимать. Тут без вариантов.

— И как ты это собираешься сделать? Ты же говорил, что Руслан и еще двое — граждане княжества.

— Говорил, — согласился Игорь. — Но вы забываете, что среди нас также будут граждане. А тогда уж и расклады другие. Разборки между гражданами на Диких землях.

— А если Антон и Артем не согласятся? — останавливая решительным жестом возмущенного Антона, возразила девушка.

— Алина, а ты лично останешься в стороне?

— Если ты меня с собой возьмешь, то я пойду.

— Ну а при таких делах один гражданин или десяток — разница невелика. Гриша, Алексей, я и ты. Уже сила. Тем более что троих их бойцов мы можем прихватить по дороге.

— Игорь Юрьевич! — возмущенно вскинулся Антон.

— На тебе Хана, — мотнула головой Алина.

— Позвольте мне самому решать, — нахмурился парень.

— Руль однозначно в теме, — решительно произнес Григорий. — И Настя, кстати, тоже. За Штыка не скажу, а Попова еще и в морду сунет, если ее не возьмем.

— Ну вот. Нас уже небольшая армия, — удовлетворенно произнес Игорь.

— Да? — не без ехидства поддела Алина. — Только не забывай: закон — что дышло. Не стоит подставлять ребят.

— Законом, конечно, можно и вертеть. Но только не в твоем случае, Алина, — покачал головой Бородин. — Князь вот так запросто от тебя не отмахнется. Народ может и в бычку встать. Одно дело — аборигенские княжества посылать по известному адресу и совсем другое — своих же граждан.

— Уверен? — усомнилась девушка.

— Я еще тогда, когда мы Веню крутили, подумал. А как так получилось, что при всех раскладах, при том, что мы Болотина взяли в оборот в Невьянске, нам никто и ничего не предъявил? Ну не поверили же они в мульку о сутенере, добровольно изъявившем желание помочь? И только потом сообразил, что в деле ведь принимали участие еще и двое граждан княжества. Среди бандитов не было ни одного гражданина, а Вене и Кире не причинили никакого ущерба. Прижми нас тогда служба безопасности — и народ, у которого на руках прорва стволов, этого не понял бы. То есть власть у них есть, но им нужно подводить под свои действия «обоснуй».

— И в чем фишка с Русланом? — подал голос Григорий.

Судя по виду остальных, они тоже пребывали в недоумении. Бородин осмотрел их с показным превосходством и наконец выдал:

— Тут два момента. Первый — я разузнал, где именно находится их хутор. Как и примерную систему обороны. Нужно еще доразведать, но с этим мы управимся. Нам много не надо. Второй момент — среди его обитателей только трое граждан, и все они сейчас находятся в Невьянске. Уверен, они приехали разузнать у Вени, как реализовывается живой товар. Ну и погулять. Приехали они поздно, так что ночевать однозначно будут здесь. Времени, конечно, мало, но, думаю, мы успеем приготовиться и преподнести им сюрприз. Жаль, Иван Аркадьевич не успеет доделать мортирку, времени нет. Но если все срастется как надо, то и так управимся.

— Ну так, может, поведаешь уже, что ты такого задумал? — искренне заинтересовалась Алина.

— Обязательно. Но позже. Через четыре часа стемнеет, а нам нужно еще много чего успеть. Гриша, ты на велике?

Игорь решил уступить один из выкупленных велосипедов Васютину. И пусть транспорт лишился своей алюминиевой рамы, сменив ее на более тяжелую стальную, парень был несказанно рад приобретению. Земных велосипедов тут вообще мало, а уж с несколькими скоростями и подавно. Транспорт же в городских условиях практически идеальный.

— Стоит мой конек у дома, — подтвердил Григорий.

— Вот и ладушки. На тебе оповещение Насти, Дока и Штыка, если он к нам присоединится. Пусть будут готовы выдвигаться уже через…

В эту секунду с улицы послышался звук клаксона. Все дружно посмотрели в окно и заметили Руля, с гордым видом вылезающего из кабины отремонтированной «Нивы». Краска настолько свежая, что влага от мороси собирается на кузове в большие капли.

— Отлично, — не без удовольствия произнес Игорь. — Сейчас все дружно грузим железо, а потом, Гриша, дуешь искать наших компаньонов. Думаю, часа через два мы должны будем выехать. Подробности на первом привале. Все, за дело. Времени в обрез.

Все же путешествие по бездорожью, да еще и в слякотную погоду, то еще удовольствие. И уж тем более когда точно знаешь, что тебе предстоит ночевка в степи. Оно, конечно, тент от капель дождя укроет, но от общей сырости-то никуда не деться. Печурка у них в машине как-то не предусмотрена. Имеется котел, но топка расположена сбоку, а потому и толку от этого ноль.

И это если позабыть о том, что «тазик» оказался совершенно неприспособленным к преодолению осенней распутицы. Пришлось даже оставлять прицеп «Нивы» дома у Руля и брать грузовик на постоянный буксир. Но зато катили вполне себе споро. В среднем километров десять давали. И это отличный результат, учитывая то простое обстоятельство, что держались они подальше от дорог. В планы Игоря совершенно не входило светиться перед кем бы то ни было.

Вот интересно, а как Руслан и компания собираются возвращаться обратно? По территории княжества уже начали ладить грейдер между поселениями. Но в сторону Лесного, где они и пересекают границу, сделано не больше пяти километров. С другой стороны, их «тазик» куда легче «Антилопы», трое мужиков. Посадят Веронику за руль и вытолкают. А если дождь прекратится и земля немного подсохнет, так и вовсе нормально получится.

Границу пересекали уже в сумерках. А на ночевку встали у памятного слияния речки Серебрянки и ручья, берущего начало в лесочке, прозванном Тещиным языком. На автомобиле, разумеется, есть фары. Не галогенки, но света дают вполне достаточно. Вот только путешествие в ночную пору, да еще по фактически незнакомым местам, глупость несусветная.

Сырость настроения не добавляет, но спать все же устроились с относительным комфортом. Помогли взятые с горцев спальники. Пока катались по своим делам, хуторяне успели их отстирать и выветрить дух прежних хозяев. Всего им досталось шесть спальников, в поход отправились ввосьмером. Двое дежурят, остальные отдыхают. Нормальный расклад.

Хм. Ну как нормальный. Все же сырость мешает. Да и ночевать такой толпой в тесном кузове «Антилопы» по соседству с грузом — то еще удовольствие. Надо что-то придумать с печкой. И вообще, более детально проработать вопрос с ночлегом в полевых условиях. Когда катались за библиотекой, проблема так остро не стояла. Бабье лето как-никак. А вот теперь пришла пора озаботиться.

— А чего тут думать, — пожала плечами Настя. — Все давно придумано. И печурки небольшие в наличии имеются. Спрос рождает предложение, слышали такое? Просто нужно заказать в мастерской. За день изготовят, если других заказов не будет. У них рука уже набита. И с ночевкой проще некуда. В ателье заказать пошив палатки, и все дела. Шаман, я так понимаю, девочки не дежурят?

— Ты правильно понимаешь, — подтвердил Игорь, осознавая, что снаряжение бригады сталкеров — весьма затратное предприятие, ну и тонкостей хватает.

— Тогда всем доброй ночи, а нам с тобой, Алиночка, спокойной, — обведя всех мужчин озорным взглядом, с милой улыбкой констатировала Настя.

— Да спите уже, — махнул рукой Игорь.

— Свет гасите, ухари, — откидывая голову на подогнутый вместо подушки край мешка, подытожила Настя.

Ночь прошла тихо. И зябко, чего уж там. Против ожиданий, пока спал в мешке, все было просто отлично. Правда, голову пришлось прикрыть вязаной шапочкой. А так тепло, воздух свежий. Хороши все же мешки у горцев. Но стоило только заступить на собачью вахту, как холод дал о себе знать.

От промозглости не осталось и следа. Небо расчистилось, высыпав мириады звезд и явив луну, дающую достаточно много света. Вот только теплее от этого не стало. А даже совсем наоборот. Потому как поднялся сильный ветер, безжалостно забирающийся под одежду через малейшую щель.

Встали с рассветом. Настя, верная себе, проснулась загодя и приготовила завтрак. Потом еще с лукавой улыбкой встретила проснувшуюся Алину, многозначительно стрельнув взглядом в сторону Игоря. Михайлова в ответ глянула на нее с чувством превосходства и едва дрогнувшими уголками губ. Бородину же оставалось только вздохнуть, наблюдая за молчаливой перепалкой девушек. Ну и на всякий случай прикинуться валенком.

Плохая идея брать их обеих. Но Алина — гражданка княжества, к тому же владелица агентства, оказавшегося под ударом бригады Руслана. А им, что ни говори, нужно было придать своим действиям легитимность. И в первую очередь в глазах людей, а не властей. Несмотря на всю противоречивость политики князя, открыто гражданам тут гадить не станут. Чревато.

Ну хоть какая-то польза от поднявшегося ветра. Земля подсохла, стала не такой вязкой, и «Антилопа» наконец обрела способность двигаться самостоятельно. Что сразу сказалось положительным образом на скорости их передвижения. А потому и до места, с учетом пересеченного рельефа, они добрались всего лишь за неполный час.

К ответвлению от тракта к хутору приближаться, ясное дело, не стали. Не хватало еще наследить как на проселке, так и на самом тракте. Вот не надо знать Руслану и его товарищам, что тут кто-то катался. Протянули с полкилометра от поворота и пересекли уже подсохшую дорогу. После чего по целине, подминая бурьян, до самого леса, кромка которого была метрах в трехстах. Незачем настораживать клиентов. Их нужно брать тепленькими и желательно без шума.

— Ворот, за старшего. Стоите здесь и ждете нашего появления. Пока не выйдем к вам, вообще ничего не предпринимаете, — обряжаясь в «лешего», раздавал указания Игорь.

— А если Руслан с компаньонами проедет раньше? Момент упустим, — попытался возразить Ворот, которому ну никак не хотелось оставаться на месте.

Оно бы, конечно, лучше Волка оставить. Но парень нужен ему именно в качестве напарника. У них уже сработанная пара. К тому же Антон уже не уступит в подготовке самому Игорю. А в чем-то даже и превзойдет. Ну и не менее важное: у них была самая богатая практика хождения по лесам.

— Волк, готов?

— Готов, — тут же отозвался Антон.

— Тогда двинули.

Опушкой Медвежьего леса двинулись к нужному им проселку. Название свое лесок получил потому, что, как выяснилось, имел форму, напоминающую созвездие Большой Медведицы. От его дальнего края до границы княжества километров восемь. Эти места хорошо картографированы, и патрули тут очень даже хаживают. Кстати, Замятинский хутор, названный так в честь бригадира, считался вполне лояльным и всегда привечал военных.

Вчера хоть и имела место несусветная сырость, но дождя не случилось, и следы пробежавшего «тазика» не размыло. Но по тому, насколько след оплыл, видно, что он вчерашний. И это радовало. Значит, пока все идет именно так, как и задумывалось.

Осмотрев проселок, двинулись вдоль него на север, держась чуть в стороне, чтобы никто не смог различить следы их пребывания. Руслан с товарищами все же мародеры, пусть и ходят в рейды крайне редко, если вообще ходят. Но полевой опыт вот так, в одночасье не забывается. Не стоит рисковать.

Примерно через километр прямой, как струна, проселок вывел их на довольно обширную росчисть. И как бы Ерохин не ошибался, говоря, что деревья отсутствуют в радиусе трехсот метров. Со стороны тракта так оно, скорее всего, и было. Но вот дальше, на север, за частоколом хутора расстояние, похоже, никак не меньше четырехсот, как, впрочем, и на восток.

Сомнительно, чтобы люди сами вывели весь лес. Уж больно много получается. Наверняка использовали уже имеющуюся проплешину. Но все одно количество вложенного труда впечатляет. А еще то, что большая часть этой самой земли отведена под пашни и огороды.

К слову, аборигены не сажали картофель. А вот земляне благодаря парочке попаданцев, провалившихся сюда с семенами, очень даже растили второй хлеб. И подавляющая площадь их обширных огородов отводилась как раз под картофель. Без колорадского жука культура просто благоденствовала, радуя людей своей урожайностью. А может, дело и не в жуке вовсе. Но вот его отсутствию все откровенно рады.

— Сколько у них гектаров под пашню? — озираясь, спросил Антон.

— Я не то чтобы агроном, но что-то около пятнадцати. Плюс выпасы вдоль речек, — предположил Игорь.

Две небольшие речушки, или скорее все же больших ручья, пробегали через росчисть под острым углом и сходились как раз за хутором, устроившимся на этом клине. Склоны берегов в месте слияния довольно крутые и имеют высоту метра три. Хотя поток и слабенький, но препятствие в виде рва все же серьезное. Ну и заминировано там. На это указывает легкая ограда от вездесущей скотины.

А вон и сами коровки, пасутся в выгородке у правой речки. У левой имеется такая же, но там сейчас пусто. Десятка два буренок. И пусть половину составляет молодняк, все одно молока получается изрядно, на столько-то народу. Поэтому хуторянам есть что возить на продажу в город.

Пасеки не наблюдается. Хотя Андрей и говорил о ней. Ульи наверняка уже завезли за ограду хутора, чтобы не провоцировать местных мишек. Ну и себе забот меньше. Одно дело — охранять их, пока пчелки трудятся, и совсем другое — после того, как они устраиваются на зимовку.

А вот лошадей не видно. Понятно, что Руслан не из тех, кто станет полагаться на тягловых животных. У него, скорее всего, трактор имеется. Еще бы, он ведь из мародеров. Попаданцы вообще предвзято относятся к допотопным методам обработки земли. Даже если речь всего лишь об огороде. Но как альтернативный транспорт лошади все же не помешают. Сомнительно, чтобы их держали на конюшне. К чему, если есть возможность выпаса.

Впрочем, при наличии трактора и машины Игорь тоже не особо переживал бы по поводу отсутствия лошадей. За машиной присматривать куда как проще, чем за животиной. И уж тем более если речь идет только о запасной альтернативе.

— А не маловат ли клин? — закончив осмотр, поинтересовался Антон.

— С чего такие выводы?

— Ну сколько они с тех пятнадцати га поднимут? Слезы. Имея даже один легкий тракторок, обрабатывать такую небольшую площадь… Да у аборигенов на хуторах и то куда бо́льшие наделы.

— Пять-шесть га на взрослого мужчину, — подтвердил это предположение Бородин.

— Во! А у этих…

— А у этих задачи по жизни малость иные. Хозяйство так, на всякий пожарный, чтобы обеспечить собственную продовольственную безопасность. Доход от сельского хозяйства незначителен. Даже если они выкрадут трех девиц, уже перекроют возможную выгоду от возделывания обширной площади земли.

— Думаешь, одним только воровством девок пробавляются?

— Не только. Но сдается мне, это основная статья дохода. Из того, что мне рассказали, следует, что эта бригада не больно-то горит желанием кататься по землям степняков в поисках приключений на свою голову. Докучать левобережным аборигенам не в пример проще. Тем более при неформальной поддержке княжества.

— Понятно.

— Ну а раз понятно, тогда валим отсюда к нашим и начинаем готовить встречу Руслану. Не хотелось бы его упускать.

— А если все же прозеваем? Будем штурмовать хутор?

— Нежелательно. Так что давай шевелить булками.

Обратно двигались по другой стороне проселка. Игорь надеялся найти какой-нибудь естественный способ, чтобы остановить «тазик» Руслана. Он видел одно сухое дерево с подточенным основанием. Но вот насколько оно уже готово рухнуть, совершенно непонятно. Возможно, это только видимость.

На деле, несмотря на сильный ветер, серьезно раскачивающееся дерево громко и угрожающе скрипело, но стояло уверенно. Прикинули, подумали и решили, что оно не свалится, даже если этому будут способствовать силы шестерых мужчин. Жаль. Придется думать что-то другое.

— Значит, так. Штык, Руль, Настя, Алина, остаетесь здесь и ждете нашего сигнала.

— Но-о…

— Я все сказал, Руль. На тебе и Штыке техника. Ваша роль в отряде оговаривалась с самого начала. Так что я не намерен ничего обсуждать.

— Ясно, — вздохнул Соболев.

В связи с появлением еще одной единицы техники Игорь решил сделать в отряде перестановку. Пока временную, но все было за то, что она может стать и постоянной. Так, Артем как более опытный водитель пересел на «Ниву». На «Антилопу» посадили Сергея. Он, конечно, не особый знаток местной техники, но за неимением гербовой…

Сам Шаман, Волк, Ворот и Док должны были подготовить засаду и разобраться с Русланом и его спутниками. Причем сделать это нужно насколько быстро, настолько же и бесшумно. До хутора не больше полутора километров. Выстрелы, несмотря на завывающий ветер, расслышат однозначно. Кстати, он уже начал слабеть. Сомнительно, чтобы прекратился вовсе, но и прежней силы в нем уже нет.

— Теперь. Волк, берешь две лопаты. Ворот — кусок парусины. Док, не забудь свою сумку. Руль, следите за кромкой леса. Как только управимся, кто-нибудь выйдет и подаст сигнал.

— Принял.

— Ну все, парни, поторапливаемся.

— Шаман, если драка накоротке, то от меня толк будет немалый. Ты же в курсе. Да и с тобой в паре уже работала, — все же попыталась вернуться в боевую группу Настя.

— Не пойдет. В рукопашке ты скорее проблема, чем подспорье. А разводить пальбу в мои планы не входит. В идеале нужно максимально уменьшить число потенциальных защитников. А для этого придется брать людей за оградой. Поднимем же шум — сядут в осаду, и тогда только выковыривать. Вот уж чего не хотелось бы.

— Ну, как скажешь. Ты тут главный, — неохотно согласилась Настя.

— Вот так и скажу, — подытожил Бородин.

Засаду решили устроить в сотне метров от кромки леса между густым кустарником, растущим по обочинам. Из-за сильного ветра листва с деревьев окончательно облетела. Так что лучше места не найти. Ну и сами кусты не колючие, а значит, не станут помехой, когда группа Игоря пойдет на захват.

Ворота выставили у кромки леса в качестве наблюдателя. Ему оттуда виден тракт, появляющийся из-за Тещиного языка. То есть видимость километров на пять, если не больше. Потом-то дорога временами ныряет в складки местности, но незамеченной машина точно не останется.

Игорь же с Доком и Волком принялись готовить ловушку. Выкопали две ямы глубиной по колено и в ширину колеи, так чтобы колеса ни в коем разе не промахнулись мимо капкана. Землю нагрузили на парусину и отнесли в сторону. Потом с помощью веток устроили перекрытие и сверху все это засыпали слоем листвы. Отлично получилось. Даже Чингачгук попался бы.

Управились уже через час. А Руслана с товарищами все не было. Хм. Вообще-то он вполне мог провести в городе весь день. А почему, собственно говоря, нет? Но тут уж ничего не поделаешь. Им остается только ждать. Главное, чтобы не решил вернуться на ночь глядя. В сумерках еще ладно, это даже приветствуется. А вот по темноте… Впрочем, тут по ночам все же предпочитают не ездить.

Появились они примерно в четыре часа пополудни. Похоже, отмокали и похмелялись после вчерашнего загула. Ну и вкушали прелести городской жизни. Сидеть сиднем на хуторе не сахар. Тем более если ты человек сугубо городской. И если тебя просит задержаться твоя подруга. Ну почему бы и не потрафить.

«Тазик» бодренько съехал с большака на проселок и, набирая скорость, покатил, скользнув под сень деревьев. Точнее, под жиденькую сень. Вся листва облетела и сейчас покрывает землю толстым и пестрым ковром.

Грузовик влетел в яму на полном ходу. И пусть скорость всего-то километров двадцать, автомобилю хватило с лихвой. Грохот, треск, хруст. Подвеске теперь потребуется капитальный ремонт. Сомнительно, что можно будет обойтись меньшим. Впрочем, Игорь и не планировал быть аккуратным с «тазиком». Он его не рассматривал как трофей.

Пассажирам досталось ничуть не меньше. Руслан, сидевший за рулем, еще сумел удержаться, упершись руками в баранку. А вот девушка, находившаяся рядом с ним, с ходу влетела головой в стекло, разбежавшееся паутиной трещин. Ну и ввиду отсутствия дверей вывалилась из кабины.

Устроившийся на сиденье за пулеметом коренастый мужик со шрамом вылетел вперед, словно пушечное ядро. Перемахнул через маркизу над водительским местом и въехал пузом в дорогу, взметнув ворох листьев. Проехал юзом метра три и остановился.

Его сосед сумел удержаться. Возможно, благодаря своему субтильному сложению и крепкой хватке. В этом ему помогла стальная дуга, проходящая над маркизой и исполняющая роль ручки. Достаточно удобно, когда едешь, как курица на насесте.

Едва автомобиль въехал в ловушку, как Игорь метнулся к нему, проламываясь сквозь кусты, словно кабан на случку. Руслан только и успел что обернуться в его сторону, когда получил прикладом в лоб и сразу же отвалился на сиденье, а затем скатился на пол. Игорь ухватил его за ноги и потянул на себя, роняя на землю. Достал из-за пояса отрезок веревки и начал сноровисто вязать вожака хуторян.

С противоположной стороны над бессознательной девушкой уже склонился Док. Мимо Игоря стремительным росчерком, обдав дуновением ветерка, пронесся Волк. Мгновение — и он уже сидит верхом на мужике, совершившем головокружительный кульбит, заводя ему руки за спину. Ворот, ловко уцепившись за борт и выбросив свое тело вверх, схватил плюгавого за рукав парусиновой куртки и единым махом сдернул на землю. Тот попытался было вскочить на ноги и оказать сопротивление, но прилетевший в голову сапог зарубил это начинание на корню.

Прошло не более четверти минуты, как все было закончено. Игорь наблюдал картину полного разгрома, не веря, что у них все прошло настолько гладко. Н-да-а, это они лихо так управились. А ведь он рассчитывал использовать БК и «Винторез» с травматическими патронами. Получилось бы и тихо, и мало точно не показалось бы. Даже с учетом парусиновых курток.

Патроны у Спицына мощные, калибр солидный, а потому и под шкуру не залезет. Правда, ребра при случае все же сломать сможет. Ну да чего теперь-то. Обошлось без пальбы, и ладно. Сейчас главное — никого не потерять. Трупы в планы Бородина не входят совершенно.

— А… Что это?.. Убери, воняет. Какого хрена тут происходит? — Девушка несколько раз дернулась в безрезультатной попытке сбросить путы. — А ну, развяжите меня немедленно. Да вы знаете, на кого руку подняли?!

— Вероника? — глядя на сидящую на пятой точке пленницу, поинтересовался Игорь.

— А тебе какое дело? — огрызнулась она.

— Порядок. Если ругается, значит, жить будет, — констатировал Док.

После чего подхватил свою сумку и поспешил к мужичку, совершившему кульбит через маркизу. Этот вызывал наибольшие опасения. Но, как вскоре выяснилось, он тоже отделался только ушибами и ссадинами. Что не могло не радовать.

— Вероника, я бы попросил вас не шуметь. К женским крикам я совершенно равнодушен. Угроз не боюсь. И вообще, на вашем месте вел бы себя тихо и культурно.

— Да я тебя…

— Тихо, я сказал, — припечатал Игорь. — Будешь голосить, забью в рот кляп.

— За базаром следи, — послышался сзади угрюмый голос Руслана.

— Очнулся, — обернулся к нему Игорь. — Сейчас Док тебя осмотрит.

— Сначала парней пускай поглядит. А ты мне объясни, мил-человек, что тут происходит? Ты берега попутал?

— Нормально у меня все с берегами, Руслан. А вот ты, походу, как раз и попутал. Три десятка девок умыкнул.

— Твое какое дело?

— Дураком не прикидывайся. Тебе не идет. Если бы ты просто под видом нового агентства это провернул, я бы поморщился, но проглотил. Ясное дело, растрезвонил бы по всем уделам, что, мол, есть такие ублюдки, которые людьми торгуют.

— А ты что, армия спасения, в чужие дела лезть?

— Мне на дураков, что первым встречным свое чадо вручают, плевать. А вот то, что ты мое имя полощешь, небезразлично. За это мне очень хочется учинить с тебя спрос.

— Харя не треснет спрашивать?

— Думаешь, тебе поможет то, что ты гражданин, а я нет? Не хотелось бы тебя расстраивать, но ты жив и относительно здоров. Мы на Диких землях, и с нашей стороны присутствует как минимум трое граждан княжества. Так что клал я на твое гражданство вприсядку. Посидите тут спокойно, пока вам помощь будут оказывать.

Вскоре подъехали оба автомобиля с остальными членами группы. Замятинский «тазик» доставать из ловушки не стали. Пускай потом сами ковыряются. Просто объехали его и устроились лагерем неподалеку. Хуторяне здесь точно не появятся. Нечего им на ночь глядя в лесу делать. А то, что Руслан с товарищами и подругой не вернулись, так ничего страшного. Загуляли малость.

Едва выставив машины так, чтобы прикрыться от ветра, начали раскидывать стоянку и запасать на ночь дрова. Игорь с Волком выгрузили из кузова «Антилопы» лафет со стволом и собрали пушечку. Дело нехитрое при наличии инструментов и болтовых соединений. Только закончив с артиллерией, Игорь решил вернуться к разговору с Замятиным.

— Значит, так, Руслан. Расклад такой. Для тебя это вопрос денег. Для меня — доброго имени. Не гляди так. Не надо. Мы как работали, так и будем работать. А придется, так и своих клиенток свозим погостить в родительский дом. С нас много не убудет, зато с легкостью расставим все точки над «ё». А при таких раскладах крови все же хотелось бы избежать.

— И что ты предлагаешь?

— Отпусти аборигенок. Их у тебя на хуторе еще девятнадцать.

— То есть ты решил, что я вот так просто дам себя обуть?

— Во-первых, к сожалению, обуть тебя серьезно у меня не получится. Жаль, но ничего не попишешь, две тысячи двести рубликов ты с Вени уже получил. Во-вторых, выбор у тебя невелик. Завтра с утра мы обложим хутор с трех сторон. Под это дело у нас имеются три «гатлинга». Учитывая же открытое пространство, перекроем с гарантией. Ударим из пушечки, обозначим огневые точки, чтобы до твоих дошло, что рыпаться бесполезно, и потребуем выдать девчат.

— А не согласятся?

— Тогда ударим еще раз. Но только зажигательными и добавим гранат. Согласятся. Никуда не денутся. Вот только кто-то может и погибнуть, даже от первого выстрела. А тут вопрос всего лишь в деньгах.

— И ты думаешь, я тебе это спущу?

— Нет. Но ты ведь кое-какие берега видишь. Одно дело — жить наособицу. И совсем иное — бегать от всех подряд. В аборигенских княжествах тебе в открытую уже лучше не появляться. А тут еще и с князем поссоришься.

— Ну и откуда у тебя зажигательные снаряды? Эта пукалка хорошо как ядрами бросается.

— Во-первых, ядра — это не так чтобы и безобидно. И прежние владельцы пушечки это прекрасно продемонстрировали. Во-вторых, не станут твои рыпаться. Потому что им воевать будет не за что. А кровь может пролиться. И, заметь, по твоей вине.

— Не гони. Начнешь обстреливать хутор, могут погибнуть и бабы.

— А мне какое дело? Похищал их ты. Я же попытался спасти и как минимум избавлю от позора в публичном доме. Мне их родители еще и спасибо скажут. Вот так, Руслан Батькович.

— Ильич, — буравя Игоря злым взглядом, поправил Замятин.

— Руслан Ильич, — легко исправился Бородин и отошел в сторону.

Вскоре девушки закончили готовить ужин. Алина решила взять реванш и все же включилась в процесс. При этом постоянно косо поглядывая на Игоря. Тот, в свою очередь, озорно ей подмигнул, мол, вот он я и весь твой, без остатка. А потом она совершила ошибку. Или не она, а он. Причем дважды: когда вязал пленника и когда допустил кормление без прикрытия. И вообще, не стал возражать против того, чтобы это сделала девушка.

Когда Алина подошла, собираясь накормить кашей Руслана, тот вдруг выпростал из-за спины руки и, вскочив на ноги, выбил оловянную тарелку у нее из рук. Затем схватил девушку, прижав к себе спиной, и вырвал из ее кобуры «бульдог». Вскрик Алины, брань парней, шум возни и роняемой посуды… Сам Игорь вскочил, подхватывая «Винторез», и все же он отчетливо расслышал звук взводимого курка.

— Не двигаться! — выкрикнул Руслан, приставив ствол «бульдога» к виску девушки. — Ну что, Шаман, теперь банкую я, — злорадно произнес он, легонько ткнув стволом недовольно поморщившуюся Алину.

— Видите ли, Руслан Ильич, я бы не сказал, что ситуация столь уж однозначна, как кажется вам, — неожиданно даже для самого себя спокойно возразил Игорь.

— Серьезно? — с издевкой ухмыльнулся Замятин.

— Вполне, — легонько пожав левым плечом и продолжая удерживать мужчину в прицеле, спокойно ответил Игорь.

— Может, еще и пояснишь?

— Да не вопрос. У нас с Волком в карабинах травматические патроны. Мы вас собирались в плен брать. Ты только не дергайся, я тебе сейчас кое-что покажу.

Игорь хищно улыбнулся и повел стволом в сторону. Хлоп! Резиновая пуля взбила штанину на бедре бородатого мужика, Геннадия, вырывая из него вопль.

— А-а, тва-а-арь! — зашелся криком тот.

Бородин картинно и без спешки передернул затвор, загоняя в ствол новый патрон. Облачко дыма быстро снесло ветром, который пусть и был ослаблен деревьями, но все же гулял довольно ощутимо.

— Геныч, ты как? — буравя Шамана злым взглядом, спросил бригадир.

— Нормально. Но больно, черт. Кранты тебе, мужик.

— Становись в очередь, — не спуская глаз с бригадира, отмахнулся Игорь. — Итак, Руслан Ильич, поясняю: для тебя ничего не изменилось. Все может быть либо так, как я уже озвучил, либо куда хуже. А вот лучше точно не будет. Ты, конечно, можешь убить Алину Витальевну. Но ее револьвер не имеет самовзвода. А значит, убив ее, тебе придется потратить минимум секунду, чтобы вновь изготовить его к бою и выстрелить уже, скажем, в меня. Но ты не успеешь этого сделать, потому что я выстрелю раньше. Даже если я промажу, ты гарантированно получишь пулю от Волка. И, заметь, останешься жив и относительно невредим. Вот только тогда уж я тебе не завидую. Мне доводилось изучать технику экспресс-допроса в полевых условиях. Случая использовать эти знания на практике не было. Но поверь, после такого я уж расстараюсь от всей своей души. Руслан, это всего лишь вопрос денег. Не усложняй. Девушку отпустил. Ствол на землю. Лег на живот, руки за спину, — решительно припечатал Шаман.

Руслан еще какое-то время смотрел на Игоря. Окинул взглядом остальных, держащих его на прицеле. Пришел к какому-то выводу. Хмыкнул. Задрал ствол револьвера вверх, одновременно отпуская девушку. Алина тут же подбежала к Игорю, и он поспешно завел ее за спину, продолжая удерживать Замятина на прицеле. Тот же, в свою очередь, спустил курок на предохранительный взвод. Отбросил оружие и лег на землю.

— Игорь, ты действительно позволил бы ему выстрелить? — когда они отошли в сторону, возмущенно спросила Алина.

— С чего такие выводы?

— Ты выглядел убедительно.

— Так и задумывалось. Не скажу, что мне было легко, но все же получилось. Как думаешь, для чего я стрелял в этого Геныча?

— Чтобы показать, что у тебя резиновые пули, — предположила девушка.

— На самом деле главное было проверить, насколько точно я смогу выстрелить в данных условиях.

— И?

— Еще пара секунд, и я пальнул бы ему в локоть. Расстояние метров пять, не промазал бы.

— А если бы он успел нажать на спуск?

— Легкая контузия — это все, что тебе грозило. Нормальная пуля прошила бы руку, и шанс выстрелить в тебя у него был бы. Резинка же не пробьет кожу, но гарантированно отбросит препятствие. Если ей хватит энергии.

— А ей хватило бы?

— Хочешь, покажу на ком-нибудь из них?

— Ты что, живодер, что ли? Не надо.

— Как скажешь, — обнимая и прижимая девушку к себе, согласился Игорь.

Все прошло без проблем. Не пришлось даже ничего мудрить. Наутро Руслан просто предложил отправить на хутор Веронику с его приказом. А уже вскоре из открытых ворот показалась вереница аборигенок. Все разрешилось тихо и чинно.

Обратный путь так же проделали без происшествий. Разве что пограничники сильно удивились. И не столько тому, что автомобили появились со стороны Диких земель, в то время как туда не проезжали, сколько большому числу пассажиров женского пола. Ну да, в этих местах зрелище довольно впечатляющее.

После того как завезли освобожденных домой, Игорь оставил их на попечение Алины и других обитательниц. Сам же направился прямиком к Вене. Коль скоро начал что-то делать, то не стоит останавливаться на половине пути.

— С чем пожаловал на этот раз? — с нескрываемым удивлением спросил Болотин.

Дело вновь происходило в его вычурно обставленном кабинете. Только на этот раз Бородин не стал возражать против того, чтобы отдать оружие подручному сутенера Кире. Ну и в здание вошел один. Штык остался в машине.

— Хочу выкупить долг девушек, которых тебе подогнал Руслан. Ну и забрать их к себе.

— С чего бы тебе делать такую глупость? — вздернул бровь Болотин. — Допустим, вы прогоните их через свое агентство, но у вас ведь конкретная такса за услуги, и тогда вы теряете на каждой девушке минимум сотню. На деле больше, потому что они тут кое-что задолжали.

— Скажем так. Мы хотим закрыть этот вопрос. Да и в минус мы не уйдем при любом раскладе. Руслан уступил нам своих девушек. Безвозмездно.

— А если я задеру цену настолько, что убытки все же случатся?

— Не задерешь. Меня бесят здешние порядки, но тем не менее они вносят кое-какой регламент. И не тебе его менять. В частности, ты не можешь запросить больше обоснованной суммы. Как не можешь и отправить меня за дверь ни с чем.

— Если только девушки сами не захотят остаться.

— Тут согласен.

Как оказалось, Вениамин не шутил. Две девицы, что уже работали в его борделе, отказались уходить с Игорем. Одну из трех, ушедших в отказ, уже выкупили. Оставались две невольницы, за которых Игорь выписал чек на шестьсот пятьдесят три рубля. Вот так все у Вени кучеряво. Поди расплатись с ним без посторонней помощи…

Удачное завершение операции решили отметить. Настя, Штык и Ворот предлагали устроиться в «Мародере». Но у Алины это заведение вызывало стойкую ассоциацию с находящимся неподалеку борделем. Поэтому на вечер заказали пару столов в «Трактире» на Красивой. Вот так. Самое престижное заведение Невьянска называлось просто «Трактир». Да оно в принципе и правильно. Чего выпендриваться и мудрить с названием, когда город небольшой, все и обо всем знают.

Не мудрствуя лукаво составили два стола в углу обеденного зала. И другим не мешают, и некое подобие уединения получилось. Конечно, кабинет был бы куда предпочтительней. Но большой оказался занят, а в двух малых — это только если друг у друга на головах сидеть.

Настроение у всех было приподнятым. Настя сперва надулась, потому как ей не представилась возможность лично кому-нибудь накрутить хвоста. Но в целом проведенным рейдом осталась довольна. Плюсом к моральному удовлетворению каждому из участвовавших в предприятии полагалась доля в две сотни рублей. И премиальные Доку, Волку и Вороту. Попова же в последнее время сильно поиздержалась, и такая прибавка ей вовсе не помешает.

Команда хотела наложить лапу еще и на «тазик» с «гатлингом» и личным оружием пленников. Но Игорь воспротивился этому. Капитан Котов четко дал понять, что вмешиваться в борьбу двух конкурентов он не собирается. То есть действия бригады Замятина не рассматривались как нечто противозаконное.

То, что Бородин отмел у замятинцев девчат, можно списать на жесткую конкурентную борьбу. Тем более на Диких землях. А вот в отношении пролитой крови и откровенного грабежа Игорь подобной уверенности не испытывал. Невьянские законы, столь простые на первый взгляд, имеют свои подводные камни, о которые можно больно рассадиться. Если вообще не насмерть.

— Празднуете, значит.

Игорь обернулся на голос и в удивлении взметнул брови. Нет, понятно, что уже вечер, а расстались они еще утром. Но все же оперативность, с которой Руслан добрался до города, поражала.

— А ты тут какими судьбами? — не удержался от вопроса Бородин.

— В «Трактире» или вообще в Невьянске?

— И то и другое, — без тени смущения и уж тем более тревоги уточнил Игорь.

— В Невьянске — вашими молитвами. Притянули «тазик» на ремонт. Подвеска в хлам. В «Трактире» — по вашу душу.

— Типа предъявить хочешь? — откинувшись на стену, совершенно спокойно поинтересовался Игорь. — Если по понятиям, то проходи мимо. Я по ним никогда не жил и жить не собираюсь. По закону — твои тоже не пляшут.

— А если по справедливости?

— Ну, справедливость — понятие сугубо субъективное, и каждый понимает ее по-своему, как и правду. Вот, к примеру, по мне, за то, что вы торговали людьми, справедливо было бы вас грохнуть. Но в этом случае я вступаю в противоречие с законом. Потому и вот такое, половинчатое решение.

— Насчет справедливости согласен. У каждого своя планка. Но давай тогда по чесноку, по-пацански, как в детстве.

— То есть предлагаешь спарринг?

— Не совсем, — взглянув на Игоря с хитринкой, возразил Руслан.

— Ну не тяни кота за подробности. Толком говори.

— Здесь, за городом, километрах в пяти есть карьер. Оттуда гравий возят для отсыпки дорог. Ямы, рытвины, котловины, кучи, местами все поросло кустами и бурьяном. Занятное место.

— И?

— Ты и я. При нас по винчестеру с десятком травматических патронов и по револьверу с шестью. Из одежды — комки и нательное белье, как укрыть голову и шею, решает каждый сам. Хоть каску напяливай. Если стоим на ногах, когда выйдут патроны, продолжаем на кулачках. До смерти не доводим, случись, с виновником разбирается суд. Увечья — как получится. Претензий не имеем.

— И зачем мне это нужно?

— Возьмет твоя — я снимаю любые претензии, со стороны моей бригады ни одной подляны. Ляжешь ты — возмещаешь убытки за баб и оплачиваешь ремонт машины.

— Не устраивает, — медленно покачал головой Игорь. — Все должно быть равнозначно. Убираем претензии друг к другу и расходимся краями в любом случае. Хочешь денег, тогда и с тебя в случае проигрыша адекватная сумма. И не через полгода, а сразу на бочку.

— У меня сейчас такой суммы нет.

— Ну а на нет и суда нет. Значит, остаются только взаимные претензии.

— Завтра в восемь на Дворцовой заставе. Можешь брать с собой свою бригаду. Со мной будут пятеро моих и Вероника, — и не подумал отказываться от драки Руслан.

— Договорились, — пожав плечами, легко согласился Бородин.

— Игорь, ты серьезно? — посмотрев на него испытующим взглядом, спросила Алина, когда Замятин вышел из зала.

— Вполне.

— И зачем?

— А затем, что мало я к нему приложился, хочется добавки.

— И ты действительно веришь, что он откажется от претензий? — хохотнул Антон.

— Хотелось бы. Да сомнительно. Но — с другой стороны — отчего бы не воспользоваться шансом. И потом, получив во второй раз, он станет воспринимать нас куда серьезней, а значит, и вероятность его нападения уменьшается. Что же касается поездок, то благодаря еще одной машине порядок нашего передвижения изменится. Группа из трех человек на «Ниве» — в роли головного дозора и бокового охранения, ее проходимость вполне способна это обеспечить. Трое на «Антилопе» с клиентками. Как, Алина Витальевна, потянем еще одного водителя?

— Подозреваю, что в случае, если «Антилопа» застрянет, меня больше никто не станет заставлять ее толкать, — заметила девушка.

— Совершенно верно.

— Тогда не возражаю.

— Вот и ладушки. Ну что, за удачу, — поднимая стопку с самогоном, провозгласил короткий тост Бородин.

— Только без фанатизма. Завтра кое-кому на ристалище. Ох, черт, это так романтично, — наигранно всплеснув руками, с придыханием произнесла Настя, вызвав тем самым всеобщий смех…

Холодно. Зар-раза, как же холодно. И надо же было первым заморозкам случиться именно сегодня. Впрочем, уже четвертое ноября, пора бы уже. Правда, до вчерашнего вечера хотя и было промозгло и ветрено, но все же температура держалась в плюсе. Оттого и надето на Игоре только теплое нательное белье, «горка» местного пошива да парусиновая штормовка. А тут такая подстава — ударил первый морозец, да еще и с ветерком.

Шаман посмотрел на Дока, притаившегося рядом. Тот, словно почувствовав взгляд, зябко повел плечами. Ясно, что его пробирает от пронизывающего холода, а не от гляделок. Но впечатление сложилось именно такое.

Им сейчас всем холодно. Исходили из того, чтобы одежда не сковывала движений. Потому что, выигрывая в одном, ты обязательно должен потерять в другом. И опыт прошлых ночей свидетельствовал о правильности выбора. Вот только сегодня погода решила дать понять, что зима уже близко. Брр. Совсем близко.

Уже третью ночь они дежурят на этом пустыре, в районе промзоны. Именно здесь кукловоды устроили тайник для своего агента Туманова, в циничной и жесткой манере перевербованного Игорем. Три дня назад Василий Федорович выполнил задание кукловодов, и заработавшая аппаратура должна была оповестить их об этом. А как следствие — о возвращении ненужного оборудования и готовности к следующему заданию.

Василий посещал тайник каждый четверг. Сегодня была среда. Хм. Вообще-то по времени уже как раз четверг и есть. Ну да не суть важно. Так вот, кукловоды, конечно, могли и не появиться. Случалось и такое, что они озадачивали своего агента не каждую неделю. Но шансы на то, что все же придут, довольно высоки.

Для поимки агента Бородин решил задействовать всю команду. Кроме Алины, само собой. Иным словами, привлек даже Руля, усилив его Штыком. Парень довольно быстро прогрессировал, показывая неплохие результаты в боевой подготовке. Что же до доверия… А кому тут вообще можно доверять полностью? Штыка же Настя знала еще по прошлой жизни. А значит, на фоне остальных он значительно выигрывал.

Днем тайник так же не оставляли без присмотра. Дежурили парами по очереди, приглядывая за местом из укрытия. Даже местный бинокль вполне позволял рассмотреть и при удаче опознать явившегося к тайнику. А там и проследить за ним. Разумеется, это мог оказаться очередной агент, которого использовали вслепую. Ну что ж, тогда придется взять под контроль и этого, двигаясь дальше по цепочке. Хотя-а… Признаться, в такие сложности Игорь уже не верил.

Зачем это все ему нужно? Хороший вопрос. Ведь по большому счету Бородину тут нравится. Он задышал по-другому, раскрылся с той стороны, которая была окончательно похоронена в той, прошлой жизни на Земле. И к чему так стараться, терпеть лишения, рисковать жизнью?

А просто все. Вот не нравилось Игорю то, что кто-то взял и за него все решил. Выдернул из привычной среды, лишил общения с детьми и любимой женщиной. (Кхм. Их у него теперь две. Вот как хотите, так и понимайте.) Но главное даже не это. Его бесила одна только мысль о том, что кто-то по своему усмотрению вздумал втиснуть его в какое-то там реалити-шоу. Он так и видел эдаких богатеньких буратин, которые следят на экранах за перипетиями попаданцев, с азартом поедая попкорн. Хм. Ну, может быть, семечки, учитывая, что забрасывали сюда исключительно русских.

Он уже не был тем Бородиным, который зачитывался боевиками, играл в войнушку со своими сверстниками и занимался шефством в военно-патриотическом клубе. Те четыре с половиной месяца, что он провел в этом мире, его сильно изменили. Бог весть, станет ли он прежним, даже если вернется.

Возможно, причина его упорной охоты на кукловодов была именно в этих переменах характера. Теперь он не готов кому-либо что-либо спускать.

Оп-па. А вот и гости. Хм. Или все же скорее гость. Потому как он один. До тайника метров двадцать, и видимость из рук вон. Ночь безлунная, только и того, что звезды светят. Но Игорь все же рассмотрел человеческий силуэт. Бросил взгляд на Дока, тот как раз обернулся к командиру и кивком головы дал понять, что видит.

Неизвестный приближался от дороги. По прикидкам Игоря, наименее вероятное направление, а потому и перекрывали его не столь опытные Руль и Штык. Шаман невольно задержал дыхание, мысленно молясь, чтобы они ничего не учудили.

Вскрик, возня, два заполошных выстрела, практически слившихся в один, болезненный стон. Стрелял неизвестный. Тут никаких сомнений. Игорь четко различил хлесткие пистолетные выстрелы. Парни же имели только револьверы. Пальнув пару раз, агент кукловодов развернулся и побежал обратно к дороге. Затем выстрелил еще дважды в погнавшегося за ним Штыка. Тот, в свою очередь, несся изо всех сил, стреляя на бегу из револьвера, и безбожно мазал.

Игорь сорвался с места, едва осознав, что засада вскрыта. На бегу вскинул «Винторез» и нажал на спуск, понимая, что это, по сути, бесполезно. Будь у него в руках хотя бы винчестер, шансы еще были бы. Попасть же резиновой пулей на такой дистанции, да еще на бегу, почти нереально. И сократить расстояние никак не получается.

Док вырвался вперед и сделал пару выстрелов как раз из винчестера. Может, даже и попал. Кто же его разберет. Сейчас люди надевают на себя слишком много одежды. Поэтому для получения сколь-нибудь значимого результата нужно бить по конечностям или в голову. И судя по тому, как активно движется беглец, Овчинин если и попал, то в защищенный торс.

Слева бегут Волк и Ворот. С их стороны тоже послышался выстрел винчестера. Сколько раз выстрелил Волк, непонятно, но Игорь очень надеялся, что он не позабыл о полученной инструкции. Уж больно шумно у них получилось.

Едва подбежав к стонущему Рулю, Док тут же склонился над раненым. И именно в этот момент раздался оглушительный хлопок. Еще. И еще. И снова. Игорь от неожиданности даже замер на месте, проехав немного по траве подошвой. В глазах взорвались тысячи разноцветных кругов, переплетающихся в сплошную пелену радужных сот. Черт с ним, со слухом. Тем более что на открытой местности ему, считай, и не досталось. А вот зрение…

— Твою мать!!! Кто-нибудь что-нибудь видит?

— Ни хрена!!!

— Твою мать!!!

— Урод!!! — послышались злые и отчаянные выкрики товарищей.

Игорь усиленно моргал, стараясь вновь обрести зрение, но тщетно. Агент кукловодов использовал светошумовую гранату. Причем не кустарную, какие делал Спицын, а самое что ни на есть настоящее спецсредство, и четыре хлопка тому подтверждение.

— Я вижу, — послышался голос Дока.

— И я, — прохрипел Руль.

— Так, слушаем все меня. Док, быстро к тайнику и забери оттуда сумку.

— У Руля…

— Выполнять! Остальные подтягивайтесь на мой голос. Торопитесь, но ноги не переломайте. Руль, ты как?

— Нога, — болезненно ответил водитель.

— Держись, дружище.

Игорь был уже рядом, а потому сумел подойти к Артему, наугад медленно пробираясь по дороге. Наконец он наткнулся на товарища и, опустившись, начал ощупывать его ноги.

— Не надо, я сам, — оттолкнул его руку раненый, вновь сопроводив свои слова болезненным стоном.

Прежде чем убрать руку, Игорь все же успел ощутить наложенный жгут из затянутого брючного ремня. В этом мире с резиной были определенные трудности, а как следствие — и с эластичными жгутами. Они имелись, но поставлялись только силовикам. На гражданском рынке были настоящим дефицитом и стоили нереально дорого.

— Вот, — подбежав, уронил сумку Док и вновь склонился над раненым.

Так. Зрение вроде бы понемногу возвращается. Разноцветная поволока истончается, и Бородин сумел рассмотреть размытые контуры Овчинина. Кажется, его, ни в чем не уверен. Но ждать полного восстановления зрения некогда.

— Руль, держись. Ворот, Волк, взяли его на руки. Волк впереди. Штык, берись за Дока и за Волка, я замыкаю. Уводи нас отсюда, Док. Быстро, — начал раздавать команды Игорь.

— Ага. Понял.

— Волк.

— Да, Шаман.

— Я надеюсь, ты карабин не перезаряжал?

— Сделал всего один выстрел, — заверил парень.

— Это хорошо.

Конечно, хорошо. Все бесшумное оружие проходило отстрел в ОВД. А ведь ствол можно установить не только по пуле, но и по гильзе. Если бы все прошло тихо, хотя бы обойдясь криками, то и бог с ним. Ничего страшного. Никто бы не стал ковыряться на месте столкновения. Но после такой перестрелки там все осмотрят самым тщательным образом.

По сути, они не совершили никакого преступления. Но Игорь попросту не доверял конторе. Уж больно мутно тут все. Он вообще не удивится, если контора работает на кукловодов. Пусть и не все сотрудники, но какая-то часть точно должна быть на связи.

Ага. А он о чем. Послышалось характерное «чух-чух-чух» автомобиля, катящего по Транспортной. Кстати, отчетливо виден свет фар. Зрение возвращалось с каждой прошедшей секундой. А вот и лошадиный топот. Проезжая часть Транспортной осталась позади. Они успели отдалиться от нее по пустырю метров на шестьдесят.

— Ложись! — отдал команду Игорь, как только все повалились в траву. — Парни, как со зрением?

— Почти порядок, — тут же отозвался Волк. — Только ночное зрение все одно не прорезалось, — решил все же задорно добавить он.

Остальные тоже доложились, что начали понемногу видеть. Сам Бородин практически восстановился, если не считать все еще плавающих разноцветных кругов. Вот и ладушки. Но для начала нужно найти местечко, где Док сможет получше осмотреть Руля. Ну и наложить повязку, чтобы тот не оставлял за собой кровавый след.

Передвигаться ползком оказалось достаточно трудно. И уж тем более с раненным в бедро Рулем. Была, конечно, надежда, что кость не задета, ну а как оно там в реальности, бог весть.

Игорь нацелился на промоину, образованную нешироким ручьем. Он брал свое начало в районе армейских конюшен, где имелся небольшой пруд, и, петляя, протекал с востока на запад, впадая в Левый рукав реки Большой. Углубление так себе, но зато там растут камыши. Так что укрыться получится без труда.

Осмотр с помощью фонарика показал, что с немалой долей вероятности пуля прошла навылет сквозь мягкие ткани. Была ли при этом задета кость, решительно непонятно. Тут нужен рентген. Но… Обращение в больницу автоматически подразумевало под собой интерес со стороны ОВД, а там и службы безопасности. Осколки гранаты на месте столкновения однозначно свидетельствуют о земных технологиях. А значит, материалы сразу отойдут конторе. Да и не было там рентгена.

— Штык, что там вообще случилось?

— Да этот тип вышел прямиком на Руля. Чуть не наступил на него. Ну я и попытался его взять. Но ловкий, гад. Врезал мне от души. Руль подорвался, так он в него из пистолета.

— Руль?

— Так все и было. Если бы Штык не бросился на него, может, и грохнул бы тот меня, — облизав пересохшие губы, ответил водитель.

— Лицо хоть рассмотреть смогли?

— Не, — мотнул головой Штык. — Только и того, что пахнуло машиной. А такими запахами и мы с Рулем пропитались что балык.

— Ясно. Хреново, мужики. Обделались мы по самое не балуй. Док, ну что там?

— Закончил.

— Тогда вперед, по руслу ручья.

— Где выходим? — спросил Волк, тут же вставший во главе цепочки.

— У конюшен.

— Там же охрана.

— Вот и будем поаккуратнее, — возразил Игорь. — Зато там точно не нарвемся ни на ментов, ни на конторских.

Как ни опасался Волк, но у конюшен все прошло тихо. Сумели разминуться с часовыми, не потревожив их покой. Ну и дальше с относительными удобствами выбрались в конце Озерной улицы.

— Значит, так. Волк, Ворот, ноги в руки и домой к Туманову. Объясняете все мужику и берете его семью под охрану, — снимая с себя лохматку и упаковывая ее в парусиновый чехол, начал отдавать приказы Игорь.

— Ясно, — едва не хором выдохнули оба бойца, так же разоблачаясь.

— Штык, уносишь всю нашу маскировку к себе в общагу. Мы с Доком тащим Руля домой.

— Мне нужно заскочить в свою комнату за инструментом и медикаментами, — качнул головой Док.

— Штык принести нужное сможет?

— Да. Там справа у пирамиды тревожный рюкзак и собранная сумка. Вот она-то и нужна.

— Отдай ему ключ от комнаты. Штык, все понял?

— Сделаю.

— Все, время дорого. За дело.

Пришлось поплутать и пошарахаться от возбудившихся милицейских патрулей. Но в общем и целом путешествие прошло спокойно и без ненужных встреч. Если только не считать того, что Артем окончательно выдохся и отключился.

При виде обеспамятевшего мужа его жена Милита едва не грохнулась в обморок. Еще бы. Она ведь на шестом месяце. А женщины в интересном положении весьма впечатлительны. Даже куда более стойкие в эмоциональном плане аборигенки.

Вскоре появился Штык с сумкой Дока. На вопрос Игоря, как добрался, заверил, что все в полном порядке и ему никто в пути не повстречался. Как не было свидетелей и его проникновения в комнату Овчинина.

Операция продлилась не больше часа. Все указывало на то, что рана чистая. И лучше бы это было правдой. Осложнения им совершенно ни к чему. А так скажется Соболев больным, невелика беда. Мягкие ткани — это все же мелочи жизни. Если все обойдется, то через пару недель можно будет даже в рейс отправиться.

Когда закончили с обработкой раны, Милита всех посадила за стол. Пока они возились, она успела оладий напечь. Потом положила всех троих спать. С удобствами получилось так себе, все же домишко у четы Соболевых небольшой. А потому устроились на полу в гостиной, она же столовая и кухня. Ну да чего теперь-то. Глупее не придумаешь сейчас шарахаться по ночному городу. Пока нежелательных встреч избежать удалось. Вот и дальше не мешало бы так-то. Не то милиция и контора быстро сведут одно с другим.

Наутро Игорь поспешил навестить службу безопасности. У него, между прочим, занятия по рукопашке. Ну и заодно не помешает разнюхать, как там и что. Ясное дело, в пассивном режиме. Не хватало еще светиться с разными вопросами.

— Игорек, что-то ты часто стал отменять занятия, — недовольно заметил Ерохин, выцепив Бородина у стойки дежурного.

Бородин закончил сегодняшнюю плановую тренировку и как раз делал отметку у дежурного об отмене занятий на завтра. Он просто физически не успевал вернуться. Пусть Туманов и был агентом кукловодов, это вовсе не причина, чтобы бросать его на произвол судьбы. Тем более что Игорь обещал ему защиту. А он не привык швыряться словами.

— Вот поэтому я и не согласился на штатную должность или на какой-то жесткий график, — пояснил безопаснику Игорь. — Если ты не забыл, то основной мой доход идет с агентства и рейдов. А рукопашка с вами — это скорее жест доброй воли.

— Вообще-то мы надеялись, что с распутицей занятия станут более регулярными.

— Сам так думал. Но жизнь вносит свои коррективы. Ничего, сейчас в агентстве вроде как переизбыток невест, так что наверстаем.

— А что это твоих сегодня не было?

— Говорю же, выезд нарисовался. Я здесь, чтобы совсем уж кидалова не вышло. А парни готовятся.

— Ясно. Ладно, бывай, Игорек. Пойду, дел по горло. — Лейтенант провел ребром ладони по кадыку, показывая, докуда ему достает эта самая гора проблем.

— Бывай, Андрюха, — пожимая руку, попрощался Бородин.

Потом вышел на улицу, оседлал свой велосипед и покатил домой. Где застал Волкова уже готовым к выезду. Ну и Алину, встретившую его склоненной набок головкой.

— И куда на этот раз? — входя вслед за ним в их комнату, поинтересовалась она.

— Да так. Появилось одно срочное дельце. Ничего особенного, — чмокнув Алину в щеку, с беззаботной улыбкой сообщил Бородин.

— Твое прошлое «ничего особенного» закончилось боем с бандой и толпой девушек, добавивших нам забот и головной боли, — резонно возразила Алина. — Опять же, эти ночные прогулки, которые не внушают мне доверия.

— Ты ревнуешь? — стрельнув в нее лукавым взглядом, спросил Игорь.

— Не уходи от ответа, — погрозив ему пальцем, строгим тоном произнесла девушка.

— Не буду. Вот вернемся, и я с тобой сама откровенность.

— Куда хоть собрались?

— Тут недалеко.

— То есть не скажешь?

— Извини. Все потом.

Игорь чуть ли не каждый день самым тщательным образом обследовал их комнату. От одной только мысли, что какие-то твари будут наблюдать за тем, как он и Алина… Дотянуться до них он пока не мог. А вот постараться лишить их этого удовольствия в его силах. Правда, нельзя поручиться, что ему это удалось стопроцентно. А потому лучше не говорить о том, куда именно он собрался пристроить семью Тумановых.

Антон был уже готов и находился в прихожей под не менее осуждающим взглядом со стороны Ханы. Пусть они пока и не жили вместе, это ни о чем не говорит. Она уже давно и прочно заявила на него свои права, а потому относилась к нему со свойственным женам собственничеством.

— Поаккуратнее там, — напутствовала Алина, легонько поцеловав Игоря в губы.

Хана только вздохнула, вновь окинув суженого тревожным взглядом. Ни на что большее она решиться не могла, памятуя о приличиях. Хотя было видно, что ее так и подмывает крепко обнять Антона. Подобное с ней творилось каждый раз, когда тот собирался в очередной выезд или рейд. Ну да ничего не поделаешь. Парень изначально не был готов стоять у станка или пахать землю. И она знала, на ком остановила свой выбор.

— Антон, готов, что ли? — окликнул Бородин.

— Как всегда, Игорь Юрьевич, — тут же отозвался парень.

— Ну, тогда не будем тянуть кота за подробности. На выход.

«Нива» с прицепом уже стояла у двора. Это Волков позаботился. Нечего было и мечтать выдвигаться в путь на «Антилопе». Пусть дожди и перемежались с солнечными днями, тем не менее земля не успевала просохнуть. Разве что влага улетучивалась с сухой травы, а верхний слой грязи схватывался подсохшей корочкой. Так что дороги по факту оставались непроезжими.

«Нива» же — это совсем другое дело. Настоящий внедорожник. Причем в чем-то даже покруче земного аналога. Проедет практически везде, еще и груженый прицеп за собой утянет. Ну а где не проедет, там проползет. Если только котел и топку не зальет. Тогда да. Встанет как вкопанная. Причем конкретно так. И хорошо как труба котла лопнет в одном месте.

Когда подкатили к дому Тумановых, Ворот, Док и Штык были уже на месте. Ну и все семейство на чемоданах. Хм. Если выражаться более точно, то на узлах. Дети — радостно-возбужденные в предчувствии небывалого приключения. Родители — горестно-подавленные. А чему тут радоваться, коль скоро приходится буквально подаваться в бега, руша привычную и устоявшуюся жизнь.

Василий Федорович с утра уже успел побывать на заводе и рассчитаться с работы. В сопровождении Штыка, ясное дело следовавшего с ним в качестве охраны. За семьей же приглядывал Док. Ворот, пока суд да дело, тоже приготовился к выезду. Игорь полагал, что троих человек будет вполне достаточно. Да, по сути, в «Ниве» больше и места-то не было.

— Грузите вещи, — выпрыгивая из-за руля, приказал Игорь.

Но чета Тумановых осталась неподвижной. Детвора дернулась было с веселым гомоном, но младшенькую одернула мать, старшенькие остановились сами. В Игоря уперлись два осуждающих взгляда.

— Объяснишься, Василий Федорович? — вздернув правую бровь, спросил Игорь.

— Ты обещал защитить меня и мою семью.

— А чем я, по-твоему, сейчас занимаюсь? — с искренним недоумением произнес Игорь.

— Увозишь нас неизвестно куда. Твои люди полслова не сказали.

— Значит, так, Василий Федорович, слушай меня внимательно. Не там ты ищешь виноватых. Все претензии к кукловодам. Они тебя втянули в эту игру и твою жизнь порушили. Я всего лишь пытаюсь одержать в ней верх и силком никого не тяну. И, в отличие от них, стараюсь спасти как тебя, так и твою семью. Здесь я вас защитить не смогу. Нет у меня такой возможности. Но зато могу увезти туда, где вас не найдут, потому как они не всесильны. И не говорим мы здесь вам ничего, чтобы кукловоды не прознали, где вас искать. Закладки ведь могут быть в любом месте. И ты это знаешь лучше всех. Но если ты не желаешь никуда уезжать и станешь держаться за свое добро, не вопрос. Наше дело телячье, мы предложили — ты отказался. С нас взятки гладки. Охота кататься с вами по распутице.

Мужик еще стоял в раздумье, а женщина уже подтолкнула к «Ниве» младшенького, которому исполнилось едва два годика. Трех— и четырехгодовалые ребятки, весело щебеча, полезли на подножку сами. Женщина же подхватила узел с вещами и забросила его в прицеп, стрельнув в Игоря осуждающим взглядом. Да ради бога! Он за собой вины не видел.

По грузоподъемности прицеп даже превосходил «Антилопу». Как, впрочем, и по объему под парусиной, натянутой на дуги. Но узлы с вещами, матрацами, одеялами и тому подобным не столько много весили, сколько занимали пространство. А потому часть все же пришлось вернуть обратно в дом. Ну и пообещать, что в будущем довезут остальное.

Прежде чем покинуть город, навестили управу, где отъезжающий Туманов оставил доверенность на распоряжение своим домом Волкову. Бородин обещал Василию Федоровичу позаботиться об оставшемся скарбе. Причем и впрямь собирался все сделать честь по чести.

Ну а что Туманову делать-то? Пришлось поверить. Выбор невелик. Задерживаться в Невьянске смерти подобно. Вот не сомневался он, что кукловоды до него дотянутся. У аборигенов же можно было устроиться почти без опаски.

От города отъехали недалеко. Всего-то до знакомого уже леска, где раньше тренировались с Волковым и держали плененных Веню и Кирю. Никто не собирался недооценивать кукловодов. Поэтому весь остаток дня ушел на проверку как транспорта, так и вещей. Причем Игорь демонстративно начал проверку со своего рюкзака.

Как выяснилось, мера далеко не бесполезная. Закладки обнаружились и в «Ниве», и в паре детских игрушек. Нашелся маячок и в шапке Туманова. Вот интересно, когда он там появился? Ведь по всему видать, что не просто маяк, но еще и микрофон. Впрочем, Игорь успокоился, едва вспомнив, что когда они крутили Туманова, тот был в широкополой шляпе. А вот она-то как раз оказалась в порядке.

Припрятав находки на месте, поспешили убраться прочь. Ночевать в месте, которое могли запеленговать кукловоды? Нет уж. Несмотря на опустившуюся темноту, лучше отдалиться отсюда километров на пятнадцать. Выскочили на дорогу, чтобы запутать следы. Поди найди их на гравийном покрытии, да еще когда хватает проезжающего транспорта.

По дороге дошли почти до поселка Озерного, расположившегося на берегу озера Тихого. Это еще километров десять. Потом свернули на целину и километров через пять вышли в пойменный лес Серебрянки, где и заночевали.

Наутро продолжили путешествие, все так же держась в стороне от дорог. Да они им, собственно, и без надобности: после границы княжества начинаются настоящие непролазные хляби.

Конечно, из-за рельефа местности объезд получился просто колоссальным. Но Игорь готов был помучиться, чтобы обеспечить безопасность семейству Тумановых. Ну не виноват Василий Федорович в случившемся, и все тут. Он защищал свою семью. Как мог, так и защищал. И никакого преступления не совершил. Просто оказался в жерновах.

До хутора Табатан добрались только к середине четвертого дня. Было дело, они посещали этот род. Вот теперь знакомство пригодилось. Правда непонятно, согласятся ли тут принять новичков. Но надежда все же присутствовала.

Табатан был выселками довольно разветвленного рода и стоял на берегу реки Айсаны. Имелся и небольшой паром. Но скорее для того, чтобы вывозить с того берега сено. Уж больно хорошие там были сенокосы. Ну, когда-никогда соседям понадобится прокатиться на тот берег. Прибыли от парома никакой. Это не хутор Рухайло, что удобно устроился на реке Холодной. По сути, тут глухомань несусветная вдали от торговых путей.

Зато есть трактор с навесным оборудованием. А потому и поля хуторяне обрабатывали обширные. По Айсане урожай сплавляли до Большой, где и сдавали купцам-островитянам. Так что род не бедствовал. Хотя глава жаловался, что трактор им удалось прикупить весьма древний, и тот слишком часто ломался. Дать же ему ума по-хорошему у них не получалось. Помнится, даже пока стояли в гостях, Руль им помогал в очередной раз реанимировать технику.

Словом, механику они должны обрадоваться. Игорь помнил, как Ратан сокрушался, что из-за вечных простоев трактора они не обрабатывают и половину той земли, которую могли бы поднять под пашню. Ну что ж, у Туманова есть все шансы исправить это положение.

И надо сказать, надежды Игоря оправдались. Правда, глава рода все же проявил сдержанность. Изобразил задумчивость и выказал сомнение. Шутка сказать, пять ртов принять на свою шею. Понятно, что польза от мужика может приключиться большая. Но когда это будет.

Да и будет ли. Ведь не все можно починить. Случается и такое, что косу уж и не отбить и не заточить, а только в перековку отдавать. У всего есть предел. А если тому трактору уже край? Ну и какой прок хуторянам от механика?

Пришлось подмасливать. Впрочем, Игорь к этому был готов. Василий владел пятизарядной берданкой. Каждый член ополчения обязан иметь такое оружие. И чтобы придать весу новичкам, Игорь вручил супругам Тумановым по капсюльному револьверу и однозарядную берданку.

С некоторых пор он прекратил сдавать свои трофеи в оружейную мастерскую Спицына. Но и самому заняться торговлей оружием как-то не особо получалось. В деньгах острой надобности не испытывал. Вот и складывал все железо в подвале. Как оказалось, ему очень даже можно найти применение.

Отказываться от такого количества огнестрела с солидным боекомплектом глупо. Как и от человека, умеющего им пользоваться. Это только в вестернах все переселенцы стреляют как Робин Гуды. На деле хорошие стрелки — редкость несусветная. А чтобы из посредственного сделать стоящего, нужно пережечь не одну сотню патронов. Дорогое удовольствие. И уж тем более для крестьян.

Словом, согласился Ратан помочь пришлым. Опять же, Господь заповедовал помогать ближнему своему. Так что примут они новеньких. За зиму лес заготовят, а к осени и дом справят. Ну, вообще-то дом можно и по весне поставить. Заготовленный и просушенный лес имеется. Причем его никто особо и не скрывал. Но тут уж ничего не поделаешь. Нужно приглядеться к новичкам, прежде чем окончательно принимать в семью. Чем дышат, что умеют, а действительно ли есть потребность в этих людях.

— Кхм. Н-да. Не то как-то в приживальщиках, — крякнул Василий, когда они с Игорем вышли на крыльцо.

— А ты не грузись. Твой слесарный инструмент мы привезли. Есть чем реанимировать их тракторок. Причем у тебя это получится куда как лучше, чем у местных кузнецов. Одним только этим отработаешь проживание. Уверен, что потянутся и другие родичи, а там Ратан сделает их обязанными себе любимому. Так что на квартире — да. Приживальщиком — шалишь. Этот заставит отработать с лихвой.

— Х-хе. Вот уж в чем не сомневаюсь. Тот еще хитрован, — с горькой ухмылкой согласился Василий.

— Вот и я о том же. Ты вот что, Василий Федорович, присмотрись к одному из аборигенских городов. Стоящий механик без дела там точно не останется. Хутор — это так, перекантоваться. Но тут уж, извини, ты сам. Дом твой продадим честь по чести. Оставшиеся вещи довезем. Однако на этом и все. К тому же у тебя ведь есть еще и собственные средства.

— Да понял я. Ни к чему тебе возиться со мной. Ладно. Спасибо на добром слове. И за то, что тогда не грохнул, ну и что сейчас не бросил. Осмотрюсь, пригляжусь да устроюсь. Что уж тут поделать, коль карта так легла.

— Вот и ладно, — ободряюще толкнув его в плечо, закончил Игорь.

Задерживаться на хуторе Табатан не было никакого смысла. Но и уезжать на ночь глядя — тоже не лучшая мысль. В принципе в ночевке под открытым небом нет ничего особенного. Теперь у них есть и палатка, и спальные мешки, в которых можно спать хоть в снегу. Просто к чему этот экстрим, если можно спокойно переночевать под крышей?

В особенности за это ратовал Ворот. Еще в прошлое посещение случилась у него интрижка с вдовой брата Ратана. Ну и в этот раз они ничуть не стали сдерживать телесных порывов. Григорий не собирался изображать из себя монаха. И тем более уверившись в том, что Насти ему не видать.

Вообще-то Игорь мог бы опровергнуть его мнение относительно ботанов со стальным стержнем. Хотя бы потому, что сам таковым не являлся, и тем не менее Настя положила на него глаз. Так что это вовсе не показатель. А вот мужская суть и отсутствие гнили — уже совсем иное. И этого-то в Васютине хватало с избытком. Плюс молодость и весьма недурная внешность.

Однако распространяться относительно поползновений Поповой не хотелось. Мало ли, еще дойдет до Алины. Она вроде и не вяжет его по рукам и ногам, но явственно ревнует, даже порой обнюхивает, не пахнет ли от него другой женщиной. Тихонько так, незаметно и как бы невзначай. Но он это замечал. И ему не хотелось ее расстраивать.

С хутора выехали с рассветом. Впрочем, по времени выходило начало восьмого. Не такое уж раннее утро. Ну да что уж тут поделаешь. Поздняя осень, и светает поздно. Зато проснулись под приглушенную возню и вздохи с противоположной стороны сеновала, где уединились полюбовники. Пришлось еще какое-то время изображать из себя спящих, чтобы не мешать этой ненасытной парочке.

С пустым прицепом «Нива» катила довольно бодро. Обратный путь должны были проделать быстрее. Хотя причина, скорее всего, в том, что двигались по уже пройденному маршруту, а значит, не нужно тыкаться в поисках объездных путей. А потому есть неплохие шансы уложиться даже в одни сутки. Хотя бы потому, что не придется спешиваться и двигаться передовым дозором. Дорог-то через леса нет, и по пути на хутор они их объезжали: это куда проще, нежели напрямки через лес со скоростью среднего шага.

— Шаман, слева! — выкрикнул Ворот.

Но крик был не тревожный, а скорее привлекающий внимание. Потому и Игорь прореагировал совершенно спокойно. То есть глянул в указанную сторону. И ничего не обнаружил. Небо затянуто плотными облаками, готовыми пролиться дождем или противной моросью. Но, несмотря на это, видимость просто отличная. И тем не менее…

— Что там, Ворот? Ничего не вижу, — не сбавляя скорости, сказал Игорь.

— С километр стадо диких коров голов на двадцать. Они там в неглубокой складке.

Ага. Понятно. Ворот ведь у пулемета, а потому находится выше всех, устроившись в подвесной. Сделано достаточно умно. Можно хоть всю дорогу просидеть, слегка раскачиваясь на весу. А есть желание, так и на ногах постоять. Одним словом, высоко сижу, далеко гляжу. Во всяком случае, незначительного преимущества ему вполне хватило, чтобы обнаружить скрытое от глаз сидящих Волка и Шамана.

— А это идея, — согласился Игорь с невысказанным предложением товарища, уводя «Ниву» в левый поворот.

Коровы являлись основной дичью, на которую охотились местные. Мясо куда вкуснее и мягче той же конины или оленины. К тому же туша покрупнее будет. Ну и, наконец, они животные стадные и не такие быстрые.

— Будем охотиться? — спросил Волк, наблюдая за маневром старшего.

— А отчего нет, — пожал плечами Игорь. — Сейчас уже четыре, и хотя большая часть пути позади, осталась еще минимум сотня километров. Темнеть начнет часа через полтора-два, и ночевки в поле не миновать. А так домой заявимся не с пустыми руками. Народу-то вон как прибавилось. Ну и свежатинкой себя на ночлеге побалуем.

— Хм. Согласен. Только бы эти коровки не оказались какими хозяйскими.

— Сомнительно, чтобы поблизости имелись селения горцев или чьи-либо хутора. Эти места скорее ничейные. Предгорья, одним словом. Но в любом случае шуметь не будем, — указывая на БК и «Винторез», находящиеся в держателях, уточнил Игорь.

Направляемые Воротом, приблизились к стаду практически вплотную. Метров двести, не больше. Над урезом складки даже были видны спины парочки особей.

— Волк, на мое место, — выпрыгивая в траву с «Винторезом», распорядился Игорь.

Облачаться в лохматку не стал. Лишнее это. Коровы его пока не видят. Даже те две спины исчезли, спустившись по склону. Ворот стоит на месте. И, похоже, особого беспокойства у буренок не вызывает.

— Один пойдешь? — удивился Антон.

— Ворот на пулемете, ты на руле, в случае чего подвижная боевая единица. А без водилы Ворот превратится в подсадную утку. Даже укрыться не сможет из-за подвесной системы.

Отвечая, Игорь заменил магазин, снаряженный патронами с бездымным порохом, на дымарь. Коровам более чем достаточно. Как хватит и тяжелой свинцовой пули. Оно, конечно, вроде бы и револьверный боеприпас, но весьма серьезный.

Небольшая пробежка со смещением влево. Если судить по тем спинам, что видел, так он должен будет зайти им сбоку и сзади. Ага. Ну а он что говорил? Вышел, как и планировал. Метров сто пятьдесят.

Лег в траву и ползком вдоль уреза, все время посматривая на дичь, чтобы уловить момент, если животные всполошатся. Ну и старался не шуметь лишний раз. На этом расстоянии он уже вполне может достать до цели. Но торопиться все же не стал. Если стадо всполошится прямо сейчас, то он сумеет добыть только одну голову. Потому как остальные пустятся в бега — и расстояние быстро увеличится до неприемлемого.

Минут семь, и Игорь вошел стаду точно во фланг. Теперь расстояние не больше семидесяти метров. Отлично. Кстати, Ворот видел далеко не все стадо. Потому что вместе с телятами и молодняком наберется свыше полусотни голов. Просто остальные находились ниже по склону.

Взял на прицел ближайшую корову, посадив мушку под правую лопатку. Выбрал слабину и наконец нажал на спуск. Хлоп! Есть! Животное запнулось и с громким тяжким хрипом осело на подогнувшиеся передние ноги. Пока остальные не сообразили, в чем дело, быстро передернул затвор и послал пулю в следующую особь. И снова попал. Только на этот раз округа огласилась коротким мычанием, полным боли и страданий, оборвавшимся всхлипами.

Животные тут же сорвались и бросились прочь от этого места. Ну и в противоположную от Игоря сторону. Что не могло не радовать. Не хватало еще оказаться на пути испуганного стада. А так… Он хлопнул вдогонку следующим выстрелом, подстрелив третью корову. Правда, в нее пришлось вогнать еще одну пулю, потому что она все порывалась подняться и убежать. Далеко не убежала бы, но к чему нужны сложности, если их можно избежать.

Вожак стада разразился трубным мычанием, преисполненным ярости и решимости. В отличие от остальных, он не бросился бежать, а оставался на месте, молотя землю своим раздвоенным копытом и выбрасывая комья земли и травы. Даже пар из ноздрей вырывался двумя струями. Ну один в один как на рисунках или в мультфильмах. Угу. Прохладно на улице. Ноль градусов, а то, может, уже и к минусу.

Наконец бык осознал, что троим своим подопечным он уже не поможет. Остальные слишком отдалились, и разрыв только растет. Огласив напоследок окрестности очередным ревом, он развернулся и потрусил за своим стадом. Вот и беги.

Игорь поднялся на ноги и, махнув товарищам, быстро направился к поверженным животным. Нужно спустить кровь, если этого не сделать своевременно, то только и останется, что сдать мясо в колбасный цех. Тащить в летник налившееся кровью мясо не было никакого желания.

Пока парни подъехали, Игорь уже успел вскрыть глотки всем трем коровам. Одна упала весьма неудачно, и кровь, вырывающаяся толчками из разверстой раны, затекала прямо под ее бок. Н-да. И без того остаться чистыми будет сложно, а уж так и подавно.

Вообще-то у них есть прорезиненные фартуки и нарукавники, которые они пользовали на охоте. Дорого, не без этого, но оно того стоило. Вот только все это богатство осталось в «Антилопе». Они ведь раньше на охоту ездили на ней.

Пока стекала кровь, Игорь с Антоном нарезали травы, чтобы выстелить пол прицепа. Потом занялись самими тушами. Взрезали брюхо и, не снимая шкуры, вытряхнули всю требуху. Полностью разделают уже потом, когда встанут на ночевку. Все одно темнеет рано и нужно будет себя чем-то занять. Отделили ливер и головы, максимально облегчив туши. Затем приступили непосредственно к погрузке.

Пришлось помучиться. Хорошо хоть имелись в наличии блок и веревка, несколько облегчившие задачу. Трудиться-то пришлось вдвоем. Ворот оставался на посту. Мало ли как оно все может обернуться. Ну да управились. Не без грязи, но тут уж ничего не поделаешь.

— Шаман, справа, — едва только они выползли на урез балки, доложил Григорий.

Ночевать на месте разделки не собирались. И дело тут вовсе не в хищниках. В конце концов, туши в прицепе источают тот же манящий запах крови. Но зато от них не исходит вонь требухи, раздражающей человеческое обоняние.

— Может, хватит с нас уже охоты? — недовольно буркнул Игорь, бросив взгляд через плечо.

Правда, тут же отбросил свое недовольство в сторону. По невысокой степной траве, подстриженной живыми газонокосилками до приемлемой высоты, бежал человек, облаченный в ярко-красную куртку. Игорь остановился и вскинул к глазам бинокль.

Похоже, парень. И вроде как один. Никто за ним не гонится. Место совершенно открытое, засаду устроить как будто негде. Хотя-а… Было бы желание. Засаду можно устроить даже в пустыне, где, кроме песков, ничего нет. А уж в степи-то и подавно.

— И как его сюда занесло? — недоуменно проговорил Ворот.

— Может, какой-то суперпупермегамозг? — предположил Антон.

А и то. До границы Невьянского княжества порядка сотни километров. Хорошо, по прямой около пятидесяти, но не меньше. Землян же дальше тридцати километров не выбрасывает. Но мало ли по какой причине он мог заблудиться? И Док — яркий тому пример.

— Сейчас разберемся, — трогаясь с места по направлению к парню, пообещал Игорь.

Разделявшие их полкилометра преодолели довольно быстро. Парень, увидев, что автомобиль движется к нему, перешел с бега на шаг. Двигаться ему приходилось вверх, но, наверное, решил приберечь силы, если вдруг придется убегать.

— Вот же гад.

— Что там, Ворот?

— Да, видать, на нашего попаданца охотятся.

— Кто?

— У меня бинокля нет, но, кажется, какая-то здоровая пятнистая кошка. Сообразила, что к чему, и скрылась в бурьяне.

— В качестве спасения не прокатит, — резюмировал Антон. — Этот вон лыбится во все тридцать два зуба, похоже, и не заметил.

— Здравствуйте! — возбужденно выкрикнул парень, окидывая мужчин радостным взором.

— И тебе привет, попаданец.

— Значит, я все же не ошибся? Это параллельный мир? Прошлое? Далекое будущее? Постапокалипсис?

Молодой. Едва исполнилось двадцать. Среднего роста, худощавого сложения, с нестриженой всклокоченной русой шевелюрой. Судя по реакции, начитался о попаданцах не меньше Игоря. Может, даже и больше. И уж точно куда серьезнее запал на эту тему. Впрочем, это вряд ли… Бородина с друзьями заклинило на этой теме так, что взрослые мужики регулярно в войнушку играли да дома целые арсеналы хранили.

— В машину садись, попаданец, — кивая себе за спину, приказал Игорь.

— Так где мы? — выполнив его распоряжение, поинтересовался паренек.

— В заднице, — лаконично просветил Ворот.

— Все вопросы потом, — стараясь рассмотреть ту самую кошку и не обнаруживая ее, произнес Игорь. — Для начала ты ответишь на наши. Потом мы расскажем тебе необходимое. Времени хватит. Итак, вопрос первый. Как звать и кто ты по специальности?

— Саня. Программист. Работал на себя. Разработка и продвижение сайтов. Написал несколько игрушек из тех, что крутятся в соцсетях. Пробовал себя в хакерстве, так, для общего развития. Чинил железо.

— Сам собрать сможешь?

— Если есть комплектующие, то не вопрос.

— Х-ха. Да откуда тут комплектующие? — усмехнулся сверху Ворот.

Но Игорь и сам сообразил, что спросил глупость. Хотя он ведь и не это имел в виду. Вопросы тоже нужно уметь задавать правильно.

— Зайду с другой стороны. В радиоделе соображаешь? Собрать радиопередатчик из разномастного хлама сможешь?

— Хм. Ну-у. Скажем так, я не полный ноль. Но поручиться не могу. И потом, между программистом и радиомехаником есть одна большая разница.

— Есть, — согласился Игорь. — Но я, к примеру, вообще ни в зуб ногой. А ты вроде еще и по железу.

— Ну-у…

— Все, забудь, — отмахнулся Бородин. — Непонятно только, какого тогда тебя так далеко выбросило. Оружие при себе есть?

— Нет. Откуда? — удивился парень.

— Все страньше и страньше. Не вооружен, серьезным специалистом не являешься. Может, обладаешь какими-то там особенными знаниями? Физика? Химия? Механика? Ну не знаю. Бездымный порох или взрывчатку на коленке сварганить.

— Нет, — качая головой, растерянно и даже потерянно ответил Саня.

— Ни хрена не понимаю. Ладно. А куда ты хотя бы двигался-то? Когда здесь оказался?

— В себя пришел часа два назад. Сначала сидел на одном месте, понятия не имел, куда идти и что делать. А потом решил спуститься на равнину и пошел туда, — указывая на северо-восток, сообщил Саня.

— Ты хотел сказать, на северо-запад, — указывая в направлении Невьянска, уточнил Игорь.

— Нет. Я сказал то, что хотел сказать, — поразмыслив пару секунд, ответил парень.

— Что за хрень, — не удержался Волк. — В первый раз с таким сталкиваюсь.

— И я, — отозвался Григорий.

— Да еще и так далеко от Невьянска, — поддержал их Игорь. — Ерунда какая-то получается.

— Походу у кукловодов какой-то сбой случился, — предположил Васютин.

— Ага. И на старуху бывает проруха, — согласился Волков.

— Может быть, может быть, — задумчиво глядя в небо и сбавляя ход, произнес Игорь.

— Что-то случилось, Шаман? — завертел головой Ворот.

— Птиц видишь? — указывая рукой в небо, спросил Бородин.

— Ну, парят два орла. Это нормально. Мы же в предгорьях.

— Это-то да. Но-о…

В этот момент одна из птиц напала на другую, атаковав своими мощными когтями. Вот только ухватить добычу у орла не получилось, потому что противник тут же начал падать. При этом размахивая правым крылом, словно в попытке выправить ситуацию. Зато левое изогнулось и замерло под каким-то неестественным углом. Игорь, конечно, тот еще орнитолог. Но вот не отпускало ощущение, что птица падала неправильно.

— А ну-ка, поглядим, — выворачивая руль и направляясь в сторону падения орла, сказал он.

Пока подъезжали, нападавший успел повторно атаковать поверженного противника. Но вновь ему не удалось ухватить его когтями. Впрочем, ничего удивительного. Поди схвати гладкий и скользкий пластик. К тому же достаточно прочный, чтобы вот так, с налету, его можно было пробить когтями.

Угу. На траве путники обнаружили дрон, выполненный под птицу. Внешне один в один, даже пропеллер отсутствует. Аппарат летал при помощи махов крыльями и планирования. На спине и на плоскостях крыльев солнечные панели. Вместо глаз две камеры, способные снимать в разных направлениях.

— Тот, кто ею управлял, где-то неподалеку, — предположил Волк.

— Возможно. Но попробуй найди его. Тем более когда он нас видит и слышит, а мы его нет. Сдадим находку в контору, пускай разбираются. Что-то мне подсказывает, что с подобными новинками они еще не сталкивались.

— И что именно?

— Птица полностью из пластика, просто покрашена, нет даже имитации под оперение. Такую засылать в Невьянск — сразу привлечь к ней внимание. Зато здесь, вдали от анклава землян, очень даже прокатит.

— Хочешь сказать, где-то здесь находится их база? — догадался Григорий.

— Сомнительно, чтобы все было так просто. Скорее всего, мы спутали им карты. Как, впрочем, и гордый орел, не пожелавший мириться с вторгшимся в его владения самозванцем, — сказал Игорь.

— Может, все же объяснишь, Шаман? — недоумевая, попросил Волк.

— Думаю, Саню здесь выбросили специально. Как и придали другое направление. Его прибытие в Невьянск не предполагалось.

— То есть? — на этот раз удивился паренек.

— Вся эта задница — одно сплошное реалити-шоу, иного объяснения у нас попросту нет. Но если мы — персонажи сценария «цивилизация», то ты должен был стать всего лишь жертвой. В какой стороне ты видел ту кошку? — обратился Бородин к Васютину.

— На северо-востоке.

— То есть там, куда его направили кукловоды, — заключил Игорь.

— Получается, так, — подтвердил Григорий.

— Место открытое, степь предгорий, трава низкая, подъеденная копытными. Сверху могла получиться неплохая картинка того, как хищник расправляется с человеком. Но не срослось. Я прав, а, ублюдки? — подняв птицу на вытянутых руках и заглядывая в одну из камер, поинтересовался Игорь. — Молчите. Ну молчите, молчите. Саня, ты сможешь разобрать эту штуку так, чтобы никаких сомнений, что она, тварь, ничего не пишет?

— Да, — уверенно заявил парень.

— Тогда действуй. С инструментом у нас, правда, полный швах, но очень уж не хочется, чтобы нас хоть кто-то слушал.

— Сделаю. Не сомневайтесь.

Вот и хорошо, что сделает. А еще хорошо, что их приметили именно здесь. Поди угадай, где именно Бородин с товарищами укрыли провалившегося агента. Игорь очень сомневался, что кукловоды станут тратить ресурсы на то, чтобы добраться до семейства Тумановых. Но был уверен, что знай они доподлинно об их местоположении, то непременно навестили бы. Угроза только тогда чего-то стоит, когда подкреплена реальным примером, а не пустыми словами.

— Проходите, Игорь Юрьевич. Присаживайтесь, — с самой радушной улыбкой пригласил Котов.

— Здравствуйте, Валентин Николаевич. — Пожимая руку начальнику службы безопасности, Бородин опустился на стул у приставного столика.

Вот интересно, чего это капитан такой любезный дальше некуда? Если раньше на это было как-то плевать и растереть, то в последнее время за Игорем и его товарищами тянется целый шлейф из всякого-разного. Оно вроде и ничего страшного. Но по местным законам их могут привлечь к ответу. Причем не единожды.

Все, что касается кукловодов, находится в ведении безопасников. Хочешь не хочешь, нравится не нравится — но ты обязан сообщать в контору обо всем, что стало тебе известно касаемо этого вопроса. Ну и получить, соответственно, полагающееся вознаграждение. Хм. Или по загривку, коль скоро решил что-то утаить.

За ними же уже числится и припрятанная аппаратура, и снаряжение, выданное кукловодами Туманову, и сокрытие как сведений относительно фигуранта, так и самого его, и неудавшаяся засада. В довесок еще и спасение Толмачева Александра, молодого человека двадцати лет от роду из славного города Ростова.

Согласно официальной версии, подтвержденной самим молодым человеком, они его обнаружили неподалеку от границы. Потому за его спасение полагалась премия только в сто рублей. Нормально. Даже если бы сообщили о реальном местонахождении, разницы никакой. Они же его не спасали. Конечно, предполагали, что его могла схарчить большая кошка. Но это только предположения. Зато у конторы появились бы лишние вопросы относительно их покатушек.

— Игорь Юрьевич, мы тут получили кое-какие сведения. Если вы не против, я немного введу вас в курс дела, — все так же любезно продолжил капитан.

— А если я против? Знаете, как оно бывает? Меньше знаешь — лучше спишь, — тут же попытался откреститься Бородин.

— Боюсь, это не ваш случай, — с наигранным сожалением вздохнул Котов.

— Отчего же? — и не думал сдаваться Игорь.

— Тут Невьянск слухами полнится, будто некто Бородин и компания устроили разборки на Замятинском хуторе. Силой увели оттуда девятнадцать девушек. Угрожали уничтожением самого хутора.

— Вытащили из неволи, — возразил Игорь. — К тому же хутор находится на Диких землях. И сразу поясню: к моменту, когда мы были готовы разнести его в щепки, все граждане княжества были в безопасности. Ну и с нашей стороны также присутствовали граждане, которым действия Замятина наносили прямой вред. Контора самоустранилась. Мы разрешили возникшие противоречия, не пролив ни капли крови. Не выйдет, — покачал он головой, глядя прямо в глаза Котову.

— Почти убедили. Только забыли старинную поговорку: закон что дышло.

— Скользко, Валентин Николаевич.

— Скользко, — слегка разведя ладони, согласился капитан. — Поэтому мы зайдем немного с другой стороны. На днях в промзоне была небольшая перестрелка. Никаких тел. Вообще ничего, кроме невнятных следов, ведущих в никуда, стреляной пистолетной гильзы из перекрученных Спицыным, корпуса светошумовой гранаты земного происхождения и следов крови. Я вам говорил, что, несмотря на допотопный уровень общего развития, наши медики способны определить группу крови? А не подскажете, чем таким болен ваш водитель Соболев? За сокрытие сведений о кукловодах очень даже возможно быть вышвырнутым за пределы княжества с минимумом имущества. И это в лучшем случае.

— О как вы загибаете.

— И это не предел, — многообещающе произнес капитан. — Вы, кажется, сдали на оценку целую библиотеку?

— Хотите сказать, что окажется не представляющей ценности? — хмыкнув, догадался Бородин.

— Такое случается, Игорь Юрьевич. — И снова вздох, полный сожаления. — А вообще, мне не нравится взятый нами тон. Ну сами посудите, вы еще ничего не знаете, а уже воспринимаете мое предложение в штыки. А между тем оно может быть для вас весьма выгодным.

— Оно мне уже не нравится.

— Возможно. Но выхода у вас нет. Может, я все же начну?

— Слушаю вас, — вынужден был согласиться Игорь.

— Итак, сразу о приятном. За удачно проведенную операцию каждый из ваших бойцов сразу же получит на счет по пять сотен рублей. Вы — тысячу. Плюс премиальные. Ну и к вашему возвращению вопрос с библиотекой будет разрешен. По справедливости, — воздев указательный палец, уточнил безопасник.

— И что мы должны сделать?

— Если вы не против, то я немного введу вас в курс дела. Надеюсь, вы слышали о том, что на морском побережье имеются две фактории, Танто — таболатцев и Лайята — астанатцев?

— Разумеется. Как и о том, что горцы обе фактории время от времени жгут, но островитяне с завидным упорством их восстанавливают.

— Не задумывались отчего?

— Горцы в принципе любят пограбить. Как и команчи.

— Я об упорстве островитян.

— Наверное, у горцев есть что-то, из-за чего островитяне готовы идти на подобный риск.

— И вы совершенно правы, Игорь Юрьевич. А что за товар, не догадываетесь?

— Нет.

— Попаданцы.

— В смысле?

— В том смысле, что островитяне платят горцам за каждого попаданца в пересчете на рубли три сотни. То есть перекрывают нашу цену. К тому же охотно заменяют выплату золотом и серебром на промышленные товары. Причем все у них по вполне приемлемым ценам. В особенности оружие. Обратили внимание, что рассказы невьянских старожилов относительно вооружения горцев не соответствуют реальности?

— Есть такое дело.

— Вот уже два года как горцы прекратили доставлять нам попаданцев и все время крутятся близ границы. Берутся за это далеко не все, но тем не менее желающих хватает. Вначале даже воровали наших староприбывших. Но потом островитяне поставили жесткое условие. Принимать будут только новичков. Хм. Как раз тогда-то их фактории и сожгли в первый раз.

— Охотятся за технологиями, — догадался Игорь. — А коль скоро человек не под плотной опекой и крепкой охраной, то и ценности не представляет.

— Правильно. А то горцы натаскают им двоечников из Невьянска и округи, и за каждого выложи звонкую монету.

— Но команчи ведь…

— Команчи — другое дело. Куда им деваться с их повозками и семьями в открытой степи? Вышлем эскадрон при конной батарее и поддержке взвода мотопехоты на бэтээрах. Покрошат они их всех в капусту, и вся недолга. Так что с ними все четко. Могут убить, могут нам доставить, но не дай бог переправят островитянам. Разведка у нас работает, и они об этом знают.

— А что же горцы?

— С этими сложнее. Поди дотянись до них в их теснинах. Каждое селение придется брать как крепость. И потом, как только сунешься, так они сразу о своих распрях забывают. Даже самые дальние и враждебные роды подтягиваются. Словом, глухой номер. Только мелкими диверсионными группами и можем работать. Ну и агентурную работу вести, куда же без нее.

— И насколько я понимаю, в одной из этих факторий появился какой-то свеженький попаданец с нехилыми знаниями.

— Судя по полученной информации, все именно так и обстоит. На фактории Танто находится девять землян. Шесть женщин и трое мужчин. Кто из них является носителем важных знаний, понятия не имею. И даже не могу предположить, какого плана эти знания. Зато доподлинно известно, что из фактории выдвинулся до зубов вооруженный отряд из десяти человек. При них даже легкий «гатлинг» имеется.

— Что за чудо?

— Четыре ствола, кушает револьверные патроны. Так себе характеристики. Эффективная дальность, как и у винчестера, до двухсот метров. Коробчатый магазин на сорок патронов. Но зато достаточно компактен, небольшой вес. Переносится во вьюке, используется с треноги. Состоит на вооружении их кавалерии. В последнее время стал поступать на вооружение пехотных взводов.

— Это от пленных землян нахватались?

— Может, от них, может, у нас подсмотрели. Даже что-то вроде танков и броневиков мастерят. Но нашим не соперники.

— А у нас еще и танки есть? — не сдержал удивления Игорь.

— Конечно. И случись что, островитянам мало не покажется. Правда, в их правительствах споров и страха перед материком хватит еще лет на тридцать. Но потом все возможно.

— Послушайте, Валентин Николаевич, я же свой автомат у горца отбил.

— Ну?

— Неужели островитяне не сумели заполучить ни одного экземпляра?

— Заполучили, куда же без этого. А толку-то. Автоматика и дымарь слегка несовместимы. Лучше уж старый добрый «гатлинг». К тому же тут необходима еще и нормальная оружейная сталь, а не то дерьмо, из которого они выделывают свои стволы.

— Ясно. И куда направился этот отряд?

— В Таркху. Торговый форпост таболатцев на берегу моря.

— Вы их перехватили?

— Нет. Но коль скоро комендант отправил такой сильный отряд, то на это были веские причины. Уверен, что им попался какой-то умник, которого они хотят немедленно переправить на остров. Судно же, по графику направлявшееся к ним, попало в шторм и наскочило на скалы у входа в бухту. Ремонт продлится слишком долго. Скорее всего, отряд отправился с просьбой о еще одном транспорте. Даже если им попался школьный учитель химии, дело кислое. Нам это впоследствии может так аукнуться, что мама не горюй.

— Вот так все серьезно?

— Уж поверьте, Игорь Юрьевич.

— А отчего же они не отправили свою добычу с этим отрядом?

— Риск велик. Даже если отряд не явится по месту назначения, паровая шхуна наконец починится и выйдет в море.

— Так для чего городить огород?

— Похоже, впервые им попалась действительно стоящая рыбка. Вот коменданту и жжет руки. К тому же свежа память о происшествии у соседей в фактории Лайята. Когда наши егеря вырвали из плена двоих попаданцев.

— Из скольких человек состоит гарнизон фактории сейчас?

— Десяток отбыл, получается, два. Плюс офицер, его сержант убыл с десятком. Ну и команда паровой шхуны. Вместе с капитаном их там четырнадцать.

— Лихо… Значит, мы вшестером против тридцати пяти таболатцев, которые наверняка не зеленые пацаны.

— Где-то так.

— Тогда я ничего не понимаю.

— Игорь Юрьевич, я не предлагаю вам ничего такого, что уже не проделывали егеря. Не надо никого штурмовать. Достаточно тихонько изъять пленников и увести их. У вас подготовка где-то даже получше, чем у моих парней. Так что все реально. К тому же морячки носа со своей посудины не высовывают и, начнись заварушка, будут думать о шхуне, но не о форте.

— А главное, вы не будете рисковать своими людьми. Я правильно понимаю?

— Правильно. Казне это, конечно, обойдется в звонкую монету, но князь может себе позволить такие траты. Восполнить кадры куда сложнее. Вы же для княжества, по сути, отрезанный ломоть.

— А еще нас есть на чем прихватить.

— Об этом мы уже говорили, — отмахнулся капитан. — Да, имейте в виду, если не сможете вывести пленников, вы должны будете их уничтожить.

— Что? — искренне поразился Игорь подобному обороту.

— Именно, — совершенно спокойно ответил капитан. — Причем всех без исключения. Носителем информации может быть любой мальчишка, экспериментирующий с чем-либо для «Ютуба». Так что одно из двух. Либо доставляете людей сюда, либо оставляете противнику трупы.

— Те двое, когда зажали группу Бурого… — вспомнил Игорь происшествие в лесу.

— Один из попаданцев был носителем знаний. В какой области и кто именно, выяснить не удалось. Группа погибала. Поэтому сержант принял решение о ликвидации обоих. Повторяю, отказаться вы не можете. Причитающиеся премиальные за спасение землян пойдут сверх обещанной платы.

— Оружием и боеприпасами поможете?

— Нет.

— О как. А с чего это вы взяли, что настолько зажали нас в угол?

— А разве нет?

— Жизнь она дороже.

— Бросьте. Какой смысл вам отказываться? — недоумевающе пожал плечами капитан. — Как я и говорил, подобное раньше уже проделывали егеря. Непросто. Но возможно. И уж тем более с вашей подготовкой и опытом. Риск? Так вы и без того каждый раз рискуете. Награда же вполне достойная. Если откажетесь, потеряете в разы больше.

— Ну хотя бы гранат подбросьте.

— У вас и свои есть, Игорь Юрьевич. Не жадничайте. Тут такой куш ломится, а вы мелочитесь.

— Не мелочусь я. Просто мои дают много дыма. При зачистке помещений это помеха.

— Мне очень жаль, — слегка разведя руками, вроде даже правдиво произнес капитан. — Максимум, чем мы вам поможем, — это подбросим на транспорте до границы у Рудного. Чтобы вам лишний раз ноги не бить. Водителя у вас нет, оставлять же свою машину без присмотра я все же поостерегся бы. Народ в Рудном благонравием не отличается. Еще разденут. А от поселка до нужной фактории не больше двадцати пяти километров.

— Вы так любезны, — с ехидцей подначил Игорь.

— Бросьте. Не так страшен черт, как его малюют. Потом еще и спасибо скажете.

— На этом все?

— Разве только — выдвигаетесь завтра. Подходите к управлению к семи утра. Вас уже будет ждать машина. На все про все четыре дня. Отряд таболатцев прибудет в Таркху уже сегодня к ночи. Пока примут решение, пока подберут судно, пока оно дойдет до места. Но на большее не рассчитывайте.

— Понятно.

— И вот… — Капитан протянул Игорю два листа бумаги.

— Что это?

— Карта местности и схема фактории. Все давно разведано. Но как будете действовать, решайте сами.

Ну и что делать? Выход вообще-то есть. Но при этом придется потерять практически все свое имущество. Сохранить получится только то, что унесешь на себе. Автомобили за заставы не выпустят однозначно. А они не люди — через укрепления, полосу заграждения и минные поля ходить не умеют.

Идти вшестером. Но это вовсе не значит, что предприятие безнадежное. Игорь не сомневался в себе и своей команде. Разумеется, легко не будет. Но жизнь вообще штука сложная, а когда ты еще и выбираешь столь беспокойное занятие, так и подавно.

Тревожило другое. Ему крайне не нравилось, когда он чего-то не понимал. А тут непонятного в избытке. К примеру, отчего было не нанять тех же горцев? Три с половиной тысячи, плата по контракту. Плюс тысяча восемьсот за спасенных землян. Плюс оружие гарнизона и товар, находящийся на территории фактории. А там и боеприпасы, и оружие… Да много чего, чтобы мотивировать горцев.

Хм. Как бы эти гордые воины еще и не дешевле вышли, чем группа Игоря. Гарантированных пять тысяч триста рублей. Да за такую награду сошлись бы сразу три рода и разнесли там все к нехорошей маме. Пусть даже земляне погибнут. Для князя главное — не доставить землян в Невьянск, а не позволить переправить их на остров. Вернее, одного из них.

Вот еще. А откуда капитан взял, что одного? А может, двоих или даже троих. Конечно, кукловоды стараются не забрасывать слишком много умников. Но они ведь не могут знать всей подноготной. Так откуда у Котова столь точная информация в одном и полный сумбур в другом? Наверное, все же исходит из статистики попадания сюда специалистов.

— Здорово, Игорек.

— Привет, Андрей, — обернувшись, поздоровался Бородин с Ерохиным.

— Чего ты опять дежурного треплешь?

— Да вот опять отменяю занятия.

— Ты же говорил, что до первопутка никуда не собираешься, — вздернул бровь лейтенант.

— А ты не в курсе?

— В курсе чего?

— Ну, это к своему руководству.

— О как. Халтура подвалила?

— Если можно так выразиться.

— Понял. Жаль. Ладно, пойду, бумажной работы прорва, — тряхнув пухлой папкой, со вздохом произнес Андрей и направился к лестнице.

Проводив его взглядом, Игорь попрощался с дежурным и вышел на улицу. Погода радовала уже которые сутки. В последний раз Игорь наблюдал пасмурное небо три дня назад, когда они подобрали Саню. И с тех пор только солнышко. Ночью легкий морозец и иней, не без того. Но днем по-настоящему тепло. Грязь высохла, на дорогах даже пыль появилась.

Подхватил с велопарковки двухколесного конька и покатил в сторону общежития. Нужно собирать все свое воинство и ставить боевую задачу. Если они захотят в это влезать. Впрочем… Отчего решили использовать именно их, непонятно. Но рисковать им приходилось и за куда меньшее. Так что сильно уговаривать, скорее всего, не придется.

Ворот отозвался на стук в дверь сразу. А вот открывать не спешил. Признаться, Игоря данное обстоятельство сильно удивило, как и заполошная возня, начавшаяся в комнате. Очень похоже на то, когда парочку застают в самый неподходящий момент. Но тут есть нестыковочка. Во-первых, поди найди в Невьянске свободных женщин. И во-вторых, сейчас вообще-то полдень и…

— Здравствуй, Настя, — едва справившись с удивлением, поздоровался Игорь, пожимая руку смущенному Григорию.

А вот Настя отнеслась к случившемуся совершенно спокойно. И выглядела при этом просто обворожительно. Девушка в одних трусиках и мужской рубахе, да еще и при такой фигуре, как у Поповой, не могла не притягивать взор. Бородин даже невольно сглотнул.

— Здравствуй, Игорек. Надеюсь, для тебя это не стало трагедией? — с милой и в то же время ироничной улыбкой спросила она.

Угу. Явный намек на то, чтобы прекращал на нее пялиться. Как говорится, хороша Маша, да не ваша. А и то. Сколько она могла его обхаживать? Да только…

— Насть, ты бы накинула чуть больше одежды, — попросил Игорь.

— Что такое? Тебе не нравится? — с нарочитой обидой проговорила она.

— Я что, евнух, чтобы мне такое не нравилось? Но вы мои друзья и давайте не будем путать божий дар с яичницей.

— Гриша, милый, никогда не предлагай мне дружбу, — делано строгим тоном потребовала Настя.

— И забудь дорогу налево, — дополнил Игорь.

— Ничего смешного, — строго покачав головой, вполне серьезно сказала Настя. — А теперь, Игорек, отвороти зенки, я одеваться буду. И да, можешь говорить, зачем пришел, уши у меня не заняты.

— А может, я к Григорию?

— Тогда молчи, — с легкостью согласилась она.

Вообще-то и к ней тоже. При подобном подходе придется несколько раз повторить одно и то же. Но зато, проговаривая это и каждый раз переосмысливая по-новому, можно додуматься до чего-нибудь умного и неочевидного.

— Ну что ж, ничего странного, — дослушав его и устроившись на уже заправленной койке, подытожила Настя.

— Хочешь сказать, что это обычное явление?

— Разумеется. Думаешь, наемники занимаются только охраной караванов? Порой их привлекают и к подобным операциям, где риск велик, а секретности особой нет. Проще рискнуть деньгами. Казна у князя богатая. И, кстати, в форме оплаты есть некий подтекст.

— А именно?

— Нам бы озаботиться завещаниями. Все как положено, через нотариуса. Не понимаешь?

— Деньги будут переведены на счет, — кивком подтвердил Игорь.

— Точно. И будут доступны только после возвращения. Сделаем дело — получим награду. Нет — максимум поощрительную премию, чтобы совсем уж не обижать. Погибнет кто и не найдется законных наследников — все отойдет в казну.

— Ну а почему именно мы? Почему не горцы или другие наемники?

— Игорек, я поражаюсь тебе. Неужели непонятно? Хорошо, наемников найдут. Но те ведь, по сути, просто обстрелянное мясо. Твоя команда — совсем другое дело. Экипировка, подготовка. Даже Штык с Доком уже на голову выше наемников. Не хочу показаться нескромной, но меня тоже не в дровах нашли. Навыки практической стрельбы, помноженные на реальный опыт, — это не баран чихнул. Однако за одну только плату вы в это не ввязались бы. Территория горцев плюс два десятка солдат за крепкой оградой и ловушками на подступах. Вот и поприжали тебя.

— А ты бы рискнула за одну только плату? — вдруг стало интересно Игорю.

— А разве сейчас я иду с вами не за плату? Именно за обещанное вознаграждение и мою библиотеку. Ты забываешь, Игорек, что об истории с агентом кукловодов я узнала только сейчас. Скрытные вы мои.

— Кхм. Это да.

— Ладно, мальчики, пойду я. Надо собираться. Со Штыком и Доком сам разговаривать будешь?

— Если не трудно, скажи, чтобы через час подтягивались к дому Алины.

— Лучше в «Мародер», — возразила Настя.

— Почему?

— Есть такая примета, планировать рейды именно в «Мародере».

— Возможно, примета и хорошая, но обстановка там отвратная. И ушей посторонних хватает. Чего никак не сказать о кабинете Алины. Там и от кукловодов можно укрыться.

— Хм. Логично. Гриша, я возьму твой велосипед?

— Конечно, — тут же с готовностью кивнул парень.

Да что велик! Какая мелочь! По виду Васютин был готов уступить ей куда больше. Значительно больше. Вот только пусть заикнется.

— До встречи, мальчики. — Настя игриво пошевелила пальчиками и выскользнула за дверь.

— Гриша? — глядя на закрывшуюся за девушкой дверь, вздернул бровь Игорь.

— Что «Гриша»? — встрепенулся Васютин. — Сама пришла пару часов назад, сказала, чтобы заткнулся, и если узнает о шашнях в командировках, то мне лучше проститься с хозяйством. Все. Дальше я и пикнуть не успел.

— Ты еще скажи, что расстроен.

— Опешить опешил, не без того. Но расстраиваться даже и не думал, — замотал головой парень.

— Ладно, счастливчик. Собирайся и бери направление ко мне.

— Понял. Только, Игорь Юрьевич, ты уж выдвигайся, а я следом подтянусь. Нужно еще с комендантом общаги встретиться.

— Решили с Настей съехаться? — догадался Бородин.

— Сказала, что не девочка прятаться по углам.

— Может, о гражданстве подумаешь? Уж как-нибудь избавим тебя от солдатской лямки. Все же заняты общественно полезным деянием.

— Кроме возможности приобрести собственное жилье и службы в армии это накладывает еще кое-какие обязанности и обязательства. Раньше как-то княжество без меня обходилось, обойдется и дальше. Жить и в комнате общежития пока можно.

— А что в перспективе?

— Игорь Юрьевич, ну чего думать и планировать? Для начала нужно вернуться из рейда, — вздохнул парень.

— И то верно, — согласился Бородин.

Едва вышел в коридор, как тут же столкнулся с крестником Саней. По здравом рассуждении Игорь оставил премию парню. И вообще, решил причислить его к своей команде. В процессе разговора выяснилось, что Толмачев все же может постараться что-то сотворить с имеющимися у них комплектующими. Тем более что Бородин решил по-тихому прошерстить автомобили, которые Туманов уже зарядил. Ну и с других, глядишь, наковыряют всякого-разного с избытком. Уж очень хотелось обзавестись радиосвязью.

Ворот тут же взял Саню под свое крыло. Поселил в общежитии рядом с собой. Потом лишил его всей земной одежды, препроводив в ателье и переодев в местные обновы. Нормально получилось. Парню жаловаться не на что.

Только за куртку ему обломилось целых сто пятьдесят рублей. Рубашка, джинсы и ботинки на рифленой подошве принесли еще столько же. Полтинник за поясную сумку. В ней он носил разную мелочовку и телефон в том числе, которого, разумеется, там не оказалось. Она вообще была пустой. Всего четыреста пятьдесят рублей подъемных, очень даже неслабо.

— Здравствуйте, Игорь Юрьевич.

— А, Саша, привет. Хотел чего?

— Я к Грише. А вы уже уходите?

— Ты вот что. По имени-отчеству — это нормально. Но давай все же на «ты». Как остальные. Тем более что решил стать членом нашей команды.

— А насчет позывного вы уже подумали?

— Кхм. Сань, а сам ничего предложить не хочешь?

— Да я как-то… — Парень растерянно развел руками. — Гриша сказал, что у ва… у тебя с фантазией куда лучше.

— С фантазией, говоришь. — Игорь бросил взгляд на выглянувшего в коридор Васютина.

Тот только неопределенно пожал плечами. Мол, у тебя голова большая, сам соображай. Ладно.

— Будешь Вирусом.

— А почему Вирус? — опешил парень.

— Ты у нас программист?

— Ну.

— Вот и Вирус. Ну или сам думай.

— Да чего думать, Вирус нормально, — тут же влез в разговор Григорий.

— Хм. Вирус, — словно смакуя, произнес Саня.

Потом, насколько смог, осмотрел себя с прищуром, словно пытаясь выяснить, уж не из-за худобы ли ему решили дать такой позывной. Потом глянул на Васютина, который ободряюще подмигнул с самым открытым выражением лица. Не обнаружил никакого подвоха и согласно кивнул.

— Вот и договорились, — подытожил Игорь. — Кстати, теперь у тебя появится лишний стимул, чтобы озаботиться радиосвязью.

Говорить о подобных вещах не рекомендовалось, все же вся радиоаппаратура подлежала немедленной сдаче. Но сейчас общежитие словно вымерло. Все на работе. Игорь вовсе не удивится, если на этаже, кроме них, никого нет. Ну разве что они могли оказаться под всевидящим оком кукловодов. Но это не страшно.

— Стимула мало. Нужен как минимум инструмент и человек, умеющий пользоваться паяльником. А я в этом откровенно слаб, — возразил паренек.

— Вот и разживись всем, чем нужно. Паяли же как-то без электропаяльников. Ну да с этим еще разберемся. Ты лучше скажи, чего все время щуришься? Проблемы со зрением? Может, очки нужны?

— У меня есть. — Саня извлек из кармана очки без оправы и не сказать, что со слабыми линзами. — Но я их теперь носить не могу и вижу отлично. Только поначалу как будто песка в глаза насыпали. А теперь совсем хорошо. Даже не верится.

— То есть хочешь сказать, что у тебя сейчас хорошее зрение?

— Ну да.

— А сколько было?

— Ноль пять. Сейчас не знаю сколько, но вижу, как раньше в очках.

— Контактные линзы? — предположил Игорь.

— Не, — уверенно возразил Саня. — Я их носил. Там вообще все нормально, если вовремя давать роздых и снимать на ночь. Вот если забудешь, тогда да, гамма приятных ощущений и красные, как у вампира, глаза.

— Я слышал, есть такие, что можно целый месяц не снимать, — решил вставить свои пять копеек Григорий.

— Есть, — согласился новичок. — Но в любом случае дискомфорт приходит потом. А здесь само через пару дней прошло.

— У меня было то же самое, — припомнил Игорь разговор с Доком.

— А у меня не было, — возразил Васютин.

— Ладно. Не суть важно. Ты чего хотел-то, Саня?

— Так с Гришей собирались по городу пройтись.

— Не. Извини, Саня, но не получится, — разочаровал его Васютин. — У нас очередной рейд нарисовался.

— Не надо на меня так смотреть, парень, — остудил его Игорь. — Тут тебе не там. Грохнуть могут за милую душу. Твоя жизнь — она твоя и есть, можешь распоряжаться ею, как пожелаешь. Но в рейде мы все зависим друг от друга. И ты пока не то что слабое звено, а натуральная обуза. И сам пропадешь, и кого-нибудь за собой утянешь.

— И что теперь?

— Ничего. До нашего возвращения отдыхай. Знакомься с городом, покумекай, что можно сделать с нашими находками. Но, гляди, аккуратно, чтобы ни единая душа об этом не знала. А как вернемся… Ну, может, ты еще и пошлешь нас куда подальше.

— С чего бы это?

— С того, что у тебя начнется курс молодого бойца. Без дураков. Вдумчивый и мазохистский. Нам, конечно, твои мозги нужны куда больше, чем боевые навыки. Но как минимум постоять за себя и прикрыть товарища ты уметь должен.

— Понял.

А радости-то. Ну-ну. Если бы только знал, что ему предстоит, то радовался бы куда меньше. А то и вовсе обреченно шмыгнул бы носом.

Сбор группы прошел, можно сказать, в рабочем порядке. Потому как по большому счету выбора они были лишены. Какую бы политику ни вел князь, но свои интересы он отстаивать умел. Так что никакого смысла переливать из пустого в порожнее. Остается только обсудить детали, экипировку и поработать с предоставленной картой и схемой. Кстати, довольно подробными.

По вооружению пришлось провести некоторую пертурбацию. Понятно, что автоматных патронов кот наплакал, всего-то двести тридцать пять штук. Но Бородин предпочитал иметь в этом деле оружие, способное сыграть роль пулемета. Так себе замена. Но в решительный момент сумеет выручить.

Бесшумный карабин вручили Вороту. Он неплохой стрелок и по подготовке идет сразу за Волком. Оно бы его, как всегда, использовать за пулеметчика. Но, к сожалению, ограниченный боекомплект не предусматривает ни пристрелки, ни тренировки. Так что Васютин на пару с Бородиным, вооружившимся «Винторезом», выступит за основную ударную силу в скрытном нападении.

Штык оказался на удивление хорошим стрелком, обладал завидной выдержкой и вообще лучше всех годился на роль снайпера. Поэтому Игорь не мудрствуя лукаво разорился и прикупил ему точно такой же бердановский карабин, как и у себя. Ну и патронами соответствующими обеспечил.

Настя и Док вооружились винчестерами. Скорострельный оборотистый карабин с вместительным магазином превосходно подходил как для боя на средних и ближних дистанциях, так и в условиях застройки.

Ну и кроме того, у каждого имелся короткоствол. «Смит-вессоны» с гнутыми прикладами. Достаточно точное оружие на дистанции до ста метров. Что говорится, проверено. Исключение составляли Настя и Игорь, вооружившиеся своими «Грозами». Правда, Игорь — дополнительно к револьверу, от которого девушка предпочла отказаться. Патроны, само собой, дорогие, но не дороже жизни. А против двуногого противника пистолет все же серьезно выигрывал у револьвера.

Ну и гранаты. По три РГ, по одной «Заре» и по три дымовых шашки. Спицын недавно наладил их выпуск на основе все того же целлулоида. Пусть они прогорают довольно быстро, зато успевают дать изрядное белое непроницаемое облако. Прикрыться от противника и отыграть десяток секунд вполне возможно. А в бою это порой цена жизни. Причем никакого пафоса. Все именно так и есть.

Как и было условлено, к семи утра собрались у здания управления службы безопасности. Там их уже ожидал грузовик-трехтонка невьянского завода КАЗ. То есть Казенный автомобильный завод. Ну да. Тут вообще с названиями особо не заморачиваются. Да и правильно, чего выдумывать.

Ехать предстояло по территории княжества, а потому и надобности в охране не было. Дороги давно просохли. А через полчаса после выезда еще и солнышко вовсю начало светить, радуя сердце. Осенью светило совсем другое. Ласковое и нежное.

Грузовик бежал довольно резво. Под грохот подвески порой выдавали и все шестьдесят километров. Через час прибыли в Рудный и, не останавливаясь, проскочили его насквозь. Потом оставили в стороне штольни и въехали на территорию заставы, расположившейся в трех километрах от шахт.

В отличие от других застав, на этой дорога обрывалась прямо на плацу. Все. Дальше только горы. Или пешком, или на лошадях. Но на автомобилях делать точно нечего. Во всяком случае, на имеющихся в этом мире.

— Ну что, приехали, — вдыхая полной грудью холодный и чистый горный воздух, произнес Волк.

— Рано радуешься, — буркнул Ворот. — Теперь побегаем.

— Так нам с Шаманом не привыкать. Это ты у нас все больше в кузове да при пулемете, — с ухмылкой заметил Антон.

— Не переживай, мое снаряжение тебе нести не придется, — с язвинкой огрызнулся Григорий.

Ага. Ну, то, что подначивают друг друга, это хорошо. Куда хуже, если бы парни держались угрюмо. А так нормально. С другой стороны, после изучения карты и схемы они пришли к выводу, что все не так страшно и вполне выполнимо.

Грузовик тут же развернулся и укатил обратно в Невьянск. Ну и им тут торчать незачем. Проверились напоследок. Попрыгали. Да и двинулись через калитку в направлении хребта. До перевала километров семь. До фактории Танто еще около пятнадцати. За день добраться вполне реально. Сутки на рекогносцировку, сутки на проведение операции и еще одни в запасе.

С выбором маршрута не мудрили. Он уже обозначен на карте, остается только не сбиться. Горы — это далеко не степь. И если даже на тех открытых просторах хватает сложностей с изрезанным рельефом, то о здешних местах и говорить нечего. Ты можешь продвигаться целый день, преодолевая одну террасу за другой, оставляя за собой крутые склоны, а в итоге уже у самой цели упереться в неприступную отвесную скалу или глубокую пропасть.

Уж кто-кто, а Игорь это знал доподлинно. Даром, что ли, они с парнями из прежней команды занимались горной подготовкой. И вообще, довелось полазить по интересным и труднопреодолимым местам. Так что в горах ходят либо по карте, строго придерживаясь проложенного маршрута, либо привлекают проводника. Последнего у них не было.

— Что случилось? — обратился к Игорю Волк.

Не сразу, ясное дело. Поначалу замерли, заняв круговую оборону, — все, как неоднократно отрабатывалось на тренировках. Но вскоре командир, что-то там рассмотрев, подал знак приблизиться. И шедший вторым Волков оказался возле Бородина первым.

— А ты посмотри, — предложил Игорь, кивая в сторону своей находки.

— Твою налево.

— Весело. Пойдем за покупками? — это уже Настя.

Хм. Ну а что еще она должна была сказать при виде полиэтиленового пакета? Да еще и с изображением гламурной дамы в воздушном платье, выгодно подчеркивающем ее аппетитные формы. Вот только за покупками ходят с пустыми пакетами, а этот явно имел какое-то содержимое. А еще болтающийся на легком ветерке листок бумаги с каким-то текстом.

— Отойдите в сторонку, я гляну, что там, — решил Игорь.

— Да чего ерундой маяться. Понятно же, что это какое-то послание. Причем нам. И нет вопросов от кого. Кукловоды.

— Не поверишь, Анастасия Андреевна, но я подумал так же. Однако вспомнил и то, что мы успели слегка наступить кукловодам на хвост. Так что там очень даже может быть и фугас. Давайте назад по тропе, а я пока займусь этой хренью.

Когда все отошли, Игорь приблизился к находке и, вооружившись сломанной веточкой бурьяна, прижал листочек так, чтобы можно было прочесть содержание текста. Весьма лаконично и угрожающе.

«Внутри шесть пар тактических очков и ретранслятор. Каждому по паре, ретранслятор в рюкзак старшему. Очки носить либо на глазах, либо на лбу до возвращения в Рудный. Потом можете сковырнуть камеры и использовать как тактические. Отказ — смерть всех близких, оставшихся в Невьянске».

Все. Больше ни единого слова. Была мысль сдернуть пакет с места «кошкой». Но отчего-то уверился, что там лишь то, что указано в записке. На поверку так и оказалось. Невольно осмотрелся по сторонам в поисках каких-нибудь птиц или зверушек. Никого не обнаружил. Потом понял, что они сейчас находятся на открытом склоне, поросшем травой, а потому за ними могут наблюдать откуда угодно.

Итак, самые обычные армейские тактические очки. Отличие только в темной полосе, идущей по верхнему срезу и представляющей собой солнечную панель. Посредине пуговка мини-камеры, каких они находили уже великое множество. Действительно, потом можно будет оторвать и получить весьма полезный девайс. У них, конечно, имелись таковые, но прозрачность кустарного целлулоида не шла ни в какое сравнение с настоящим заводским изделием.

Ну и ретранслятор. Тоже самый обычный, каких они обнаруживали множество. Все. Больше внутри ничего не было Жлобы! Ну хоть бы радиостанции положили. Что им при их возможностях какая-то пара-тройка простеньких «моторолок»? Зато насколько бы жизнь облегчили.

Оставил находку там, где лежала, и вернулся к товарищам. Правда, вводить их в курс дела не стал. Предпочтя отозвать еще немного в сторону. Завел всех за большой валун, вросший в крутой склон, покрытый травой. Да еще и заставил некоторое время осматриваться, выискивая возможных наблюдателей. Ну не знал он, как еще можно обезопаситься от прослушки кукловодов. Это все, что пришло на ум.

— И что ты думаешь по этому поводу? — поинтересовалась Настя.

— Думаю, выбора у нас нет. Вся инициатива у них, — резким движением переломив стебель былинки, ответил Игорь. — Сменят сонный газ на отравляющий, и получится из Алининого или Артемова дома склеп.

— Думаешь? — усомнился Васютин.

— Знаю, Ворот. Знаю. Даже если им не было известно, кто охотился на них в ту ночь, спасая Тумановых, мы засветились по полной. По-глупому как-то я вас всех подставил, — вздохнув, с виноватым видом произнес Игорь.

— Ты еще все вселенские невзгоды на свои плечи взвали, — возмутилась Настя. — Глупость совершил. Да. Но и у остальных головы на плечах имеются, им тоже не помешало бы мозг включать.

— За старшего я.

— И что? Семи пядей во лбу? — хмыкнула девушка.

— Но каковы, твари! Ничего не боятся. Действуют нагло. По большому счету им плевать, что мы на них охотимся. Их куда больше занимает возможность получить динамичную картинку, — в сердцах выдал Игорь.

— Это эмоции. Что конкретно предлагаешь? — спросила Настя.

— То, что они и хотят. Но с небольшими поправками.

— А именно?

— Этот ретранслятор в горах неспособен отправить сигнал достаточно далеко. Как не может и аккумулировать весь видеоматериал с шести камер в течение нескольких суток. Значит, нас должен кто-то сопровождать, чтобы снимать информацию. Я сорвусь с какого-нибудь лесистого склона. Прокачусь до низа и «сломаю шею». Вы припрячете мой «труп», как и мое снаряжение. Ну не тащить же вам на себе лишнюю тяжесть. И без того на пределе. Только очочки мои заберете, чтобы меня не вычислили, а сами отправитесь дальше. Через час пути разворачиваетесь и идете обратно.

— А если у них будет что-то вроде той птицы? — усомнился Григорий.

— Потому и предлагаю провернуть это в лесу. Вероятность меньше. Да еще и маршрут сменим. Сейчас переберемся на противоположный склон и пойдем другой тропой.

— Если она есть, — фыркнула Настя.

— А без разницы. Через час просто развернетесь и вернетесь обратно.

— Думаешь, они захотят убедиться, что ты погиб? — спросил Волк.

— Уверен. Ну а я займу позицию и пощелкаю их из засады.

— Я не уверен, что у тебя получится, — вновь включился Григорий.

— Я тоже не уверен, Ворот. Но выхода другого нет. К тому же Котов говорил, что мобильные группы кукловодов состоят из трех-четырех человек. Так что у меня есть неплохой шанс.

— Хорошо подготовленных и экипированных бойцов, — уточнил Волк.

— Ну а кто говорил, что будет легко? — пожал плечами Игорь.

— А ты подумал, какая последует ответка? — угрюмо спросил Антон.

— Подумал. Как и о том, что мы у них один хрен на крючке. Предлагаешь не рыпаться? Слышал такую поговорку: «Поймал мыша — ешь не спеша»? Вот так и нас будут пользовать, пока не израсходуют. А так… В горах их группа, скорее всего, без связи. Тут нужна серьезная радиостанция. У нас же есть реальная возможность перехватить инициативу и выйти на их базу. Лично я другого выхода не вижу.

— Может, лучше я? — предложила Настя. — Стреляю я быстро и метко. Подойдут вплотную, и тут я их израсходую. Даже если будут в брониках. Постреляю в бошки.

— Весьма уверенное заявление, — покачав головой, возразил Игорь. — Вот только они могут и не подходить вплотную все вместе и будут прикрывать друг друга. Да и если как бараны соберутся в кучу, у них реакция может оказаться не хуже. Это попаданцев хватают без разбору. Этих подбирали специально. Так что извини, Настена, но не покатит. Примешь командование группой.

— Почему я?

— Потому что Волк — лучший боец, но у тебя больше опыта на Диких землях. Это не обсуждается. Ну и меняем маршрут. Чтобы кукловоды гарантированно действовали на неподготовленном месте. Итак. Если более разумных предложений нет, на этом все.

Как и договорились, вернулись к пакету, после чего распределили очки между собой. Игорь забросил ретранслятор в свой рюкзак. Затем они начали спускаться по крутому склону. Не сказать, что спуск выдался таким уж легким, но управились. Куда сложнее пришлось с переправой через небольшую, но невероятно бурную речушку.

Но удалось все же перебраться, не замочив ног. Выбрали место, где речка пробила себе путь между двумя скалами. Забросили на противоположный берег «кошку». После чего перебрались по веревке. Все просто. Если позабыть об опасении, что «кошка» могла соскользнуть с валуна или тот мог уже давно быть готовым к тому, чтобы расколоться. Да веревка могла оказаться худой. Река, волочащая валуны, вовсе не вызывала желания окунуться в нее.

Подходящее место обнаружилось примерно через час пути. Небольшая роща на довольно крутом склоне. Игорь, конечно, не поручился бы, что у него получилось сыграть красиво. Но уж как смог. Правда, бока себе и впрямь отшиб. Да и головой приложился, не без того.

Все остальные тоже вроде сыграли на уровне. Во всяком случае, так показалось Игорю. А уж как Настя убивалась и костерила неосторожного Бородина. Еще и сцену закатила Вороту, мол, с тобой я только потому, что Игорек не повелся и не бросил Алину. И, насколько понял Бородин, тот воспринял это за чистую монету. Вот уж кому не надо было играть.

Игорь едва удержался от смеха. Пришлось полностью отрешиться, расслабиться и вообще не вслушиваться в то, что там говорят. Иначе не удержится, выдаст себя.

А страсти кипели нешуточные. Пусть и недолго. Минут через десять пришли к выводу, что Шамана не вернуть, а задание выполнять нужно. Нет другого выхода, и все тут. Но истеричку Настю от командования оттеснили и взвалили руководство на Волка. Сама виновата, нечего было переигрывать. Хм. А может, потому и переиграла.

«Тело» спрятали в расщелине между двумя валунами, прикрыв ветвями и с надеждой на то, что зверье не дотянется. Копать могилу попросту некогда. Позаботятся на обратном пути. Как и заберут оставшееся имущество, не потянуть им лишний вес.

После ухода группы Игорь пролежал в своем «склепе» минут пять. Затем поднялся и начал спешно сооружать чучело. Достал из рюкзака второй комплект горки, набил его ветками и палой листвой. Пришлось постараться, но худо-бедно управился.

С учетом того, что «тело» замаскировали ветвями, тут главное, чтобы проглядывали контуры. А дальше уже не важно. Игорь на это надеялся. В одном он был согласен с начальником управления службы безопасности. Везение в жизни человека, связавшего свою судьбу с постоянным риском, как и профессионализм, занимает далеко не последнее место.

Себе выбрал точку метрах в десяти от валунов, вниз по склону. Достаточно неудобная и невыгодная позиция, чтобы о ней подумали в последнюю очередь. Когда собираешься напасть на превосходящие силы, будешь рад любому мало-мальскому преимуществу.

Н-да. Сколько раз говорил самому себе, что засада — это не его, что снайпер из него никакой, потому как сидеть без движения ему просто претит. Но всякий раз с завидным упорством наступает на одни и те же грабли. Правда, и выбора-то у него нет. Ну кого он мог сюда поставить? Только себя любимого.

Кукловоды появились через час. Игорь и предполагал, что они будут двигаться с таким отрывом. Горы. Клиентов слишком далеко не отпустишь, иначе потеряешь пеленг.

Мысленно погладил себя по голове. Все же он везучий. Неизвестных оказалось только трое. Хм. «Только»! Но с другой-то стороны, могло быть и четверо, а то и больше. Хотя-а… сомнительно это. Ну не взвод же их тут в самом-то деле. И обретаются они, скорее всего, на одном из многочисленных хуторов. Потому как если хочешь что-то хорошо спрятать, то прячь на виду. Слишком большой хутор привлечет излишнее внимание, ну и без охраны жилище не оставишь. Так что четверо — это максимум для мобильной группы.

Этих же, на его счастье, было трое. Пулеметчик с РПК под патрон семь шестьдесят два. Снайпер с СВД. Ну и автоматчик. Хм. А этот вооружен «Валом». Разгрузки с рассованными магазинами, гранатами и коротковолновыми радиостанциями, поверх курток без подстежки и теплых воротников. Игорь даже гарнитуру видит. За плечами рейдовые рюкзаки. Броников и касок нет. На головах банданы. Лица в краске. Да оно и неудивительно. Отправляясь в горы, учитываешь каждый лишний грамм.

Двигаются грамотно, разобрав сектора и не особо сбиваясь в кучу. Остановились, с чем-то там сверяясь и осматриваясь. Наконец снайпер уверенно ткнул пальцем в валуны метрах в пятнадцати от них. Автоматчик согласно кивнул и двинулся осматривать «тело».

Игорь прикинул свои варианты. До бойцов, занявших позиции за стволами деревьев, метров двадцать пять. Расстояние плевое. К тому же контролируют они разные сектора. Пулеметчик смотрит в сторону Игоря. Снайпер — в противоположную. И это хорошо. Потому что в первую очередь в любом случае нужно валить именно пулеметчика. Не то зажмет и добьет. Тут особо укрыться негде. Деревца все больше чахлые, растут редко.

Автоматчик уже практически приблизился к валунам. Заглянул. Рассмотрел контуры «тела». Ну же! А вот хрен тебе на всю морду. Не стал он лезть и тормошить «упокоенного». Лежит — вот пускай себе и лежит. Сделал подтверждающий знак, мол, порядок, и начал подниматься к своим. Везучий? Кто везучий-то?

Все. Тянуть больше никак нельзя. Пулеметчик уже давно в прицеле. Хлоп! Из-за поваленного дерева выглядывала только голова. Но на такой дистанции вполне приемлемая цель. Голова дернулась и тут же ткнулась в ствол дерева.

— Засада!

Автоматчик сразу же понял, что ситуация резко изменилась, и, повалившись на опавшую листву, ушел правым перекатом. При этом успев сыпануть короткой очередью в направлении Игоря. Вот молодец. И хлопок он расслышал. И место, где засел стрелок, грамотно определил: пули сбили пару веток и сыпанули трухой коры над головой Бородина. Правда, автоматчику помогло это мало. А еще мешал большой рейдовый рюкзак. Нельзя расслабляться в рейде. И в потенциально опасное место соваться с тяжкой ношей тоже не рекомендуется.

Даже не думая отвлекаться или суетиться, Шаман передернул затвор. Одновременно перевел «Винторез» на автоматчика. Хлоп!

— Гха-а-ы-ы!!!

Пуля попала куда-то в область паха, а потому боль мужчина испытывал просто адскую. Оглашая окрестности диким воем, он сначала выгнулся дугой. Потом сжался в рогалик, мелко суча ногами и подвывая на одной протяжной ноте.

Но Игорь только отметил для себя, что попал. И попал качественно. Ни на что другое попросту не осталось времени. Потому что на пару с его едва различимым выстрелом раздался другой, хлесткий, как удар плети. И что-то ожгло правое плечо.

Быстрый перекат в сторону. Еще выстрел. Пуля вздыбила фонтанчик там, где он был мгновение назад. Еще два оборота. Выстрел! Пуля ударила в паре-тройке сантиметров от его тела, не больше. Руки под себя и рывком, как лягушка, он прыгнул за невысокий валун. Выстрел! И тут же щелчок пули, ударившей в камень.

Будь в руках последнего противника что-то более оборотистое и менее смертоносное, Игорю не поздоровилось бы. СВД не больно-то годится для скоротечной схватки накоротке. И именно это подарило Шаману надежду на благоприятный исход. Н-да. Вот только и того, что надежду. Он сейчас зажат за незначительным укрытием, лишенный возможности хоть на секунду высунуть свой нос.

Ну и как быть? Из винтовки его не достать. Но ведь это и необязательно. Ситуацию контролирует снайпер. Возьмет и забросит сюда гранату. Вниз по склону? Да никаких проблем. Деревья растут редко, подлеска практически нет. Бросай не хочу. А вот Игорь достать свою гранату не может. Ему вообще лишний раз лучше не шевелиться.

А еще снайпер, не лишенный маневра, может сместиться и вооружиться пулеметом. И тогда Игорю гарантированный и бесповоротный абзац. Потому что ему не дадут высунуться: слегка обойдут и подстрелят какую-нибудь появившуюся часть тела. Когда же он начнет корчиться и высунется чуть больше, добьют окончательно. Перспектива, мать!!!

Взгляд лихорадочно ощупал доступный сектор обзора. Снайпера в нем, разумеется, нет. Зато вон тайник с укрытым «телом». Неудавшаяся ловушка. Хм. И, похоже, его единственный козырь.

Все это пронеслось в голове в одну секунду. Бывает такое. Когда вроде бы и не успел ни о чем подумать, осознать, проговорить и представить. Вроде бы полный сумбур и ничего больше, но тебе все ясно и понятно.

Секунда. А в следующую он уже тянет на себя затвор. Третья — и в кольцевом прицеле оказывается банка ручной гранаты. Ему видна только верхняя треть. Но на расстоянии меньше десятка метров этого более чем достаточно.

Хлоп! И вместе с этим грохот взрыва, который в роще на склоне горного ущелья звучит особенно громко и гулко.

Игорь вытолкнул себя вверх и вперед, взяв самый низкий в своей жизни старт. Секунда. У него есть секунда, не больше. Именно столько снайпер будет пребывать в растерянности от взрыва.

Одновременно рука выхватывает из поясной кобуры «Грозу» и направляет в противника. Два выстрела звучат синхронно. Шаман стреляет, уже уходя в перекат. Винтовочная пуля свистит где-то совсем рядом. Встал на колено. Выстрел. Куда попала пуля, непонятно.

Рывок вправо к дереву, и разом два выстрела из-под левого локтя. Хоть куда, лишь бы в сторону врага. Глупо укрываться от винтовочной пули за стволом диаметром сантиметров пятнадцать? Но ты поди резво забеги на склон под прицельным огнем противника, до которого меньше двух десятков метров. А так…

Схватившись за ствол левой рукой, он неожиданно изменил направление движения. Закрутился вокруг дерева и буквально бросил себя навстречу кукловоду. Очередной винтовочный выстрел, вновь свист пули, выпущенной с упреждением и снова не нашедшей своей цели.

Уже с первым шагом Шаман вскинул «Грозу» и сделал четвертый выстрел. Но на этот раз прицельно. Потом еще. Бросил тело влево, все время удерживая противника на линии огня. Еще двойка. Вверх и вправо. Еще двойка. Снайпер присел, практически укрывшись за деревом. Ему можно. Пистолетная пуля безнадежно завязнет в стволе.

Валуны! Он сделал это. Дым от взрыва гранаты еще не рассеялся, а Игорь уже был за куда более внушительным прикрытием. И до противника от силы десяток метров. Теперь можно и повоевать. Только не затягивать. Время! Время! Рука уже тянет из разгрузки вторую гранату.

Хлопок! Увесистый, глухой металлический стук. И под ноги скатилась тушка гранаты. Мысленно отметил для себя, что это РГД-5, и тут же пнул сапогом яйцеобразный корпус. Плевать куда. Лишь бы подальше от себя любимого. Мгновенно сел, сложившись рогаликом и прикрыв голову руками.

Грохнуло! Сыпануло по камням осколками, каменной крошкой и мусором. Вроде бы не задело. Но с этим он будет разбираться потом. Сейчас же тело действует на одних рефлексах, подгоняемое возбуждением и… Да чего уж там. Страхом, йолки!

Рванул чеку и выбросил вверх и в сторону противника гранату. Хлопок! Палец отжал кнопку выброса магазина. Тот с легким щелчком и шелестом покинул рукоять пистолета. Взрыв! Рука уже дослала в шахту полный магазин. Снять затвор с задержки. Все это уложилось в пару секунд. А затем Шаман выметнулся из своего укрытия, стреляя в облако пыли и дыма.

Взгляд выхватил какой-то контур. Похоже, рука, согнутая в локте. Два выстрела, мысленно ведя отсчет израсходованных патронов. Есть! Рука дернулась. Появилась часть торса. Еще выстрел! Еще! Кукловода закрутило, появился левый бок и спина. Два выстрела уже в упор. Все.

Нет, не все. Приблизился вплотную. Выстрел в голову. Сместился влево. Пулеметчик готов. Тут контроль не нужен. Тяжелая и мягкая свинцовая револьверная пуля, выпущенная из «Винтореза» с такой дистанции, снесла полчерепа.

Хм. А ничего так бойцы упакованы. По высшему разряду. Комки земные, цифра. Причем качественная. На ногах берцы из кордуры. Игорь свои, кстати, предпочитает беречь. Бог весть отчего, но вот не обувает лишний раз. И в этот рейд отправился в сапогах.

Ага. А вот и тактические очки. Такие же, что и им подбросили. То есть один в один. Микрокамеры с солнечными панелями тоже присутствуют. Получается, что и они участвуют в этом, мать его, шоу. Но как бы на добровольных началах. Как вариант — их могли похитить, разве что предложили работу. Хм. Вообще-то наем куда реальней.

Спустился к автоматчику. Пока еще жив. Тихо и заунывно подвывает. Вот только не жилец. Пытать? Да его сейчас и без того корячит так, что никакой экспресс-допрос не сравнится. Оно, конечно, все относительно. Но ведь может попросту сердце не выдержать.

Не особо церемонясь, под беспрерывные стенания извлек из разгрузки гранаты, выдернул из ножен на груди нож. Ну и лишил пистолета, ясное дело. Хм. СПС, больше известный в народе как «Гюрза». Калибр девять миллиметров, прицельная дальность до ста метров, двухрядный магазин на восемнадцать патронов. Песня, а не пистолет. Если только есть патроны. У раненого в подсумках еще два запасных магазина. Впрочем, сейчас как-то недосуг.

— Мммуйи-и-и…

Единственное, чем мог ответить раненый на столь бесцеремонное обращение, — это стенания. А, нет. Что-то там лепечет.

— Помоги…

— Бесполезно, — качнул головой Игорь. — Ты не жилец, парень.

Все же странно наблюдать, как у твоих ног корчится и молит о помощи тот, кто еще минуту назад был крепким и полным сил мужчиной. Как, впрочем, видеть и двух других, твоими стараниями уже превратившихся в трупы.

— Д-добей, — вновь выдал сквозь зубы раненый.

— Не вопрос. Ты мне говоришь, где ваша база и сколько там человек, я выпускаю тебе мозги. Я не настаиваю. Можешь молчать. Я просто тут рядышком посижу и подожду.

— Ур-род… — процедил кукловод, роняя тягучую слюну с посиневших губ.

— Согласен. Некрасиво. Но ты сам посуди, за кого тебе мучения принимать? Вы же наемники?

— Да…

— Во-от. Значит, суть не в боевых товарищах, а в деньгах.

— Пустошь в восьми километрах к югу от Предгорной. Восточная окраина. Десять человек. Добей… — выдавил из себя пленник.

Может, и соврал. Кто же его знает. Но… А что с ним делать? Допрашивать дальше? Он сейчас на пределе, и корежит его так, что не приведи господь. Игорь на его месте, пожалуй, тоже не стал бы запираться. Но, не получив обещанную пулю, наврал бы с три короба. Чтобы неповадно было нарушать обещания.

Патрон, конечно, дорогой. Но зато пуля от «Грозы» по меньшей мере не разносит голову, как переспелый арбуз. Опять же, им тут такие трофеи обломились, что вспоминать о стоимости боеприпаса просто неприлично.

Зря он подумал об убытках. Потому что взгляд тут же скользнул в сторону расщелины между валунами. Граната громыхнула в непосредственной близости от практически новенькой горки. Да, пошив местный. Но зато и ткань более прочная, и краска стойкая, и изготовлена индивидуально по его меркам. К тому же, случись надобность, теперь и переодеться будет не во что.

Ну что тут скажешь, где-то теряешь, где-то находишь. Такова жизнь — круговорот вещей в природе. Посмотрел на тела убитых кукловодов, все еще пребывавших при своем имуществе. Хм. Поправочка. Имущество это теперь является трофеями команды Игоря. Удачно он поохотился.

— Ничего и никого не трогаем, — это первое, что услышали члены команды, вернувшись к месту боя.

К слову сказать, не через час, как было условлено. Игорь прождал ровно тридцать две минуты. Нарушили приказ и отдалялись меньше часа? Эдак они его и подставить могли.

— Почему так быстро прибыли? — вперив в Волкова строгий взгляд, поинтересовался Игорь.

— Бежали, — опускаясь на пятую точку, проинформировал тот.

Ага. Ну да. Об этом Бородин как-то не подумал. А между тем облик прибывших достаточно красноречив. Ладно. С этим как-нибудь потом.

— Шаман, тебя и на час оставить нельзя. Ты чего тут наворотил? В штабе писари похоронки устанут строчить, — нервно хохотнул Ворот.

— Значит, так. Трупы не трогаем. Вообще. Только охраняем, чтобы никто другой не добрался, — пропустив шутку мимо ушей, продолжил Игорь. — Котов рассказывал, что они несколько раз пытались завладеть электроникой этих умников и каждый раз получали дырку от бублика.

— В смысле? — не понял Ворот.

— В смысле груду железа без капли жизни. Поэтому он рекомендовал, если вдруг такое случится и нам доведется прибрать к рукам этих архаровцев, то до появления спецов конторы лучше бы ничего не трогать.

— То есть ты подтянешь контору?

— Единственный человек, которому я там более или менее верю, это Ерохин. Да и тот под вопросом. Под жирным таким.

— И что, мы теперь будем охранять эти трупы до морковкина заговенья? — недоуменно посмотрел Штык.

— По меньшей мере до вечера, — уточнил Игорь. — Вы забываете, что с некоторых пор у нас появился свой специалист.

— Это Сашка, что ли? — теперь уже от ухмылки не удержалась Настя.

— Ничего смешного. Да. По сути, пацан еще. Но всем этим компьютерным железом плотно занимается с четырнадцати лет. Любой из нас с ним и рядом не стоял, — возразил Бородин.

— Ты хотел сказать, не сидел, — вновь не удержалась от язвинки девушка.

— Сейчас я выдвигаюсь в Рудный, — отмахнувшись от нее, сообщил Игорь. — Тут всего-то километров восемь. Добегу быстро. Там поймаю какую-нибудь попутку до Невьянска.

— Лихо у тебя как-то, Шаман, — не выдержав, хохотнул Волк. — Туда, сюда, бегом, скачками. Сейчас уже час дня. Минимум пара часов до Рудного. Там, если повезет и подвернется транспорт, еще час до Невьянска. Час обратно. Два сюда. Хотя с Саней, может, и больше. Хорошо если в шесть часов уложишься. Темнеет в половине шестого. В горах, наверное, быстрее. Гиблое дело. А у нас сроки поджимают. Да и контора один черт узнает о твоих телодвижениях.

— А я согласна с Волком, — поддержала парня Настя. — Ерунда может получиться. Мне вот не нравится то, что мы идем по карте, выданной нам конторой, и на звериной тропе вдруг находим пакет с подарочками.

— Контору тоже могут слушать, — предположил Ворот, присаживаясь рядом с Настей.

Похоже, успели помириться. Вот и ладушки. А то Попова так натурально все обыграла, что только держись. Ну какому мужику понравится, что баба его выбрала на безрыбье? И то только потому, что не может дотянуться до другого.

— Сам-то в это веришь? — Девушка иронично взглянула на своего дружка.

— Если и они с этими заодно, тогда совсем кисло, — скривился Штык.

— Кисло. Но у нас тут вообще жизнь пошла интересная. А потому чем дерьмовей, тем занимательней, — жизнерадостно выдала Настя. — Насколько я понимаю, самый главный фактор для нас сейчас — это время. Контора дала нам всего четыре дня. И половина одного из них уже прошла. Этих, — она кивнула в сторону трупов, — ожидают примерно к тому же сроку. Вывод? Нужно шевелить булками. А что касается всей этой электроники, то ничего с ней не станется, если не включать.

— Хм. Согласен. Тогда так. Снимаем с них весь хабар. Возвращаемся на тропу и устраиваем тайник. Забираем только короткую связь, как раз работать парами. Ну и Волк набивает трофейными патронами свои магазины. Их тратишь в первую очередь, чтобы случайно не засветить перед конторой. Ну и, как говорит Настя, шевелим булками. Нам еще много где поспеть нужно.

Трофеи впечатляли. РПК, «Вал», СВД, и к каждому стволу по девять магазинов. Три пистолета «Гюрза» с глушителями, обнаружившимися в разгрузках. По одному магазину были снаряжены дозвуковыми патронами. Гранаты, в общей сложности пять РГД-5 и шесть «эфок». Наверняка найдутся боеприпасы и в рюкзаках. Просто ворошить их сейчас как-то недосуг.

У снайпера помимо снаряжения и вооружения обнаружилась мобильная радиостанция. Точно такая же, какую Игорь видел у Бурого, когда они вывозили егерей к хутору Николаевскому. При виде этого аппарата у Бородина мелькнуло сомнение по поводу того, что группа кукловодов осталась без связи. Ведь как ни крути, а до Невьянска тогда было порядка семидесяти километров. Впрочем, припомнив высоту радиоантенны над зданием управления службы безопасности и равнинный рельеф предгорий, он сразу же успокоился.

Обувь и камуфляж стоили чуть ли не на вес серебра. Даже если застирать и подштопать. Но на них никто не позарился. Ни малейшего намека на подобное поползновение. Правда, и хоронить убитых никто не собирался. Раздели донага и оставили лежать. Всю одежду увязали в узлы, набили камнями и забросили в омут. Как раз нашелся таковой, за одной из скал. Такой водоворот, что из него вряд ли вынесет эти тюки. Да и камней не пожалели. Просто на всякий случай.

Нет, Игорь вовсе не пытался запутать кукловодов. Пусть они и не имели связи, а как следствие не могли знать о судьбе группы, но кто повинен в ее гибели, сомнений у них не будет. Однако тут могут бродить те же егеря. А это контора и ненужная суета в поисках тех, кто расправился с кукловодами и прикарманил все их снаряжение и вооружение.

А вот коротковолновые радиостанции тут же разошлись по рукам. Одну Игорь оставил себе. Вторую вручил Волкову, выступавшему в паре с Воротом. Третью — Насте, работавшей со Штыком. Конечно, не сравнить с наличием связи у всей группы, но на порядок лучше, чем было раньше.

Обнаружился и компьютер. Армейский ноутбук. Он был в отдельном кармане рюкзака автоматчика. Так чтобы всегда можно было извлечь для использования. Но доставать его не стали. Только убедились, что это искомый девайс, и тут же закрыли клапан на липучку. До поры. Бог весть, что там получится у Сани, но точно куда лучше, чем у них.

Назад возвращались под тяжестью поклажи и трофеев. Досталось всем. Ну да, как говорится, своя ноша не тянет. В несколько приемов переправились через бурную речку, не забыв смотать веревку. Незачем ее тут оставлять. Потом поднатужились, поднимаясь по склону до тропы.

Ну и дальше по ней, до первого лесочка, где и устроили схрон Али-Бабы. А что, очень даже сокровища, по местным меркам. Ни у кого, кроме службы безопасности, ничего подобного не было. В армии есть радиопередатчики кустарной сборки из частей аппаратуры кукловодов. Вот и все.

У них же в руках оказались настоящие носимые коротковолновые радиостанции, обеспечивающие связь километров на семь. На равнинной местности, само собой. Хотя, признаться, Игорь радовался бы и таким образцам, которые позволяли бы поддерживать устойчивую связь даже в радиусе пятисот метров. Только бы ими были снабжены все члены группы. Все-таки им предстояло разобраться с втрое превосходящими силами, да еще и находящимися в укрепленном месте.

Игорь все же не удержался и, помимо радиостанций, прихватил «Вал». Бесшумное оружие само по себе ценно. А уж способное вести автоматический огонь так и подавно. Тем более в условиях явного численного перевеса противника.

У автоматчика нашелся цифровой прибор ночного видения. Таким можно пользоваться и днем, и ночью на расстоянии до трехсот метров. Конечно, при наличии соответствующего инфракрасного фонаря. И таковой имелся.

Опробовав оружие, Игорь убедился в том, что оно пристреляно. В характеристиках заявлена прицельная дальность на четыреста метров. Но Игорь все же поостерегся бы стрелять на такую дистанцию при условии, что нужна непременно точная стрельба. А вот на три сотни кучность вполне приемлема. Во всяком случае, поражение грудной мишени он мог гарантировать стопроцентно.

Ну а после дела автомат вполне можно будет разобрать и уложить в рюкзак. Потому как получается очень даже компактно. Незачем светить его перед пленниками. Весу это добавит килограмм на пять. А о роли перегруза в рейдах и в горах в частности уже говорилось. Но зато преимущества таковы, что можно и потерпеть.

Подумал было вооружить своим «Винторезом» Штыка, но по здравом размышлении все же отказался. Так уж вышло, что его берданка, по сути, — единственное оружие, способное вести огонь на большие расстояния. Оставаться же только с оружием на ближние и средние дистанции крайне не хотелось.

Оставлять «Винторез» тоже не вариант, он может пригодиться при отходе. Светить перед посторонними «Вал» — сразу же подставиться перед конторой, доверия к которой у него теперь нет. Разве что распределить часть своей ноши между членами команды.

Волку и Насте, помимо всего прочего, вручил по «Гюрзе» с глушителями и дозвуковыми патронами. В их деле чем позже поднимется шум, тем лучше. А потому высокая плотность бесшумного оружия исключительно на пользу. Опять же, пистолеты спрятать от любопытных взглядов куда проще.

Согласно первоначальному плану они должны были прибыть к фактории Танто уже к вечеру этого дня. Расстояние и маршрут вполне этому способствовали. Но, как говорится, гладко было на бумаге. План не учитывал кукловодов, вдруг вознамерившихся снять красивую динамичную сцену. И уж тем более то, что группа вдруг решит на них поохотиться, причем столь рискованным образом.

Шли, пока имелась такая возможность. Но в итоге были вынуждены встать на ночлег. Оно, конечно, рановато. С учетом длинной ночи отдых выйдет достаточно долгим. Но альтернативой могли стать травмы. Вот уж точно чего и даром не надо.

В путь выдвинулись с припозднившимся рассветом. А часам к одиннадцати уже вышли к цели своего путешествия. Хотя это вовсе не подразумевало начало отдыха. Слишком мало времени, чтобы осмотреться и подготовиться к проведению операции. А ведь они пока еще даже не определились, как будут действовать.

Само собой, предпочтительно тишком вывести всех пленников и скрыться. Но и вариант полного разгрома гарнизона исключать также нельзя. А в том, что им это по зубам, Бородин не сомневался. Единственное — слишком высоки шансы понести потери. Чего откровенно хотелось избежать.

— Ну, что скажешь, Волк? — обратился Шаман к Антону.

Настю Игорь считал своим первым замом в плане общего руководства группой ввиду знания ею местных реалий. Но во всем, что касалось боевых действий, Волков оставался его неизменной правой рукой. И, чего греха таить, по боевой подготовке очень скоро должен встать вровень. Хотя в плане теоретических знаний и практических стандартных наработок из арсенала диверсионно-разведывательных групп Бородин все еще заметно впереди.

— Если верить схеме капитана, периметр в ловушках и только два прохода. Первый — это подъездной путь к причалу. Второй — кромка берега шириной метра два. На ночь подходы к воротам перегораживаются тремя рядами рогаток. В надвратной башне ютится «гатлинг» и постоянный пост. Из караулки есть возможность подняться непосредственно в башню. На стенах еще два поста, и часовые регулярно обходят периметр с восточной и западной стороны, деля на двоих северную. Но, судя по пометке того, кто составлял схему, преодолеть ловушки лучше не пытаться. Плюс к этому постоянный внешний пост на утесе. Трое караульных с «гатлингом». Кстати, из них вижу только одного, — вглядываясь в окуляры бинокля, заметил Антон.

— За изучение матчасти пятерка. Что предлагаешь? — стараясь лишний раз не двигаться, спросил Игорь.

По возможности он всегда сначала интересовался мнением Волкова. Это заставляло парня шевелить мозгами, ну и вроде как подразумевало сдачу зачета. Кроме того, позволяло Игорю самому глянуть на тот или иной вопрос глазами напарника. А там, возможно, уловить в его словах рациональное зерно и не ударить в грязь лицом. Мало того, еще и эдак многозначительно покачать головой, заявив, мол, вот оно как, молодец, соображаешь.

Волков вновь приник к биноклю, осматривая окрестности. Очень уж хотелось показать, что и он не пальцем деланный. Для того, кто уже поднабрался опыта и стоит несколько выше остальных товарищей, вполне нормальная реакция.

Фактория располагалась на берегу уютной бухты, обеспечивающей надежную и безопасную стоянку для небольших судов. У деревянного причала сейчас как раз находилась паровая шхуна с суетящимися на палубе матросами. Какие именно повреждения получило суденышко, непонятно. Но сомнительно, чтобы ремонт уже был завершен, коль скоро шхуна все еще здесь.

Метрах в пятидесяти к северу от берега стоит непосредственно фактория. Квадрат со стороной метров двадцать и единственными воротами, выходящими на юг. Над ними башенка, или скорее все же вышка, с «гатлингом» и часовым, осматривающим окрестности. Других постов не видно.

Стены периметра одновременно являются и наружными стенами зданий фактории, а их крыши — площадками для стрелков. О внутреннем устройстве Волк и Шаман могли судить только по имеющейся у них схеме, потому как находились к востоку от укрепления, за небольшой горной речкой и, соответственно, на низком ее берегу. Противоположный склон, который бы открывал обзор на внутренний двор, слишком далеко, чтобы им можно было воспользоваться.

— Я думаю, нужно дождаться темноты и действовать, благо луна только нарождается, и толку от нее никакого. Взобраться на во-он то дерево на склоне. Это позволит подняться над позицией на утесе и с расстояния метров полтораста без шума разобраться с караулом. Потом перебраться в это гнездо и снять часовых на стенах. Одновременно сработать и того, что в вышке. Максимальная дистанция не превысит двухсот пятидесяти метров. Вполне рабочее расстояние. А там к воротам и на стены.

— Вы остаетесь без поддержки бесшумного автоматического оружия, — высказал свое замечание Игорь.

— Ничего. На этот случай у нас две «Гюрзы» и шустрая, как понос, Настя. Ее только запусти в караулку, так она там всех постреляет к нехорошей маме.

— Хм. В общем и целом нормально. Но внесем в твой план небольшую поправку. «Валом» вооружаем Штыка. Он у нас лучший стрелок, время освоиться с автоматом у него еще есть. Ему в напарники Дока. На них гнездо, куда они потом перебираются и работают по часовым на стенах. Случись шум, Штык сможет контролировать все стены и минимум треть двора. Жаль, не со стороны казармы, офицерской и сержантской квартир. Но зато караулку и выход на вышку — однозначно. Плюс шхуна в зоне его досягаемости.

— Не многовато на него одного? — усомнился Волков.

— Это на всякий пожарный. А вообще суденышком займется Док с «гатлингом». Там под полноразмерный винтовочный патрон расстояние получается порядка трехсот метров. Нормально. Я становлюсь в пару с Настей и работаю с ней в два ствола, — скосив взгляд на Волка, продолжил Игорь.

На такую перестановку в парах и пертурбацию вооружения парень отреагировал ровно. Как бы ему ни хотелось, но понимает, что после Насти Игорь лучше всех управляется с короткостволом.

— Дальше. По сигналу Дока поднимаемся на стену и входим в караулку. Потом отрабатываем офицерскую и сержантскую квартиры, затем казарму. Повезет — на шхуне даже не чухнутся. Нет — значит, будет шумно и больно.

— Не хотелось бы, — вздохнул Волк.

— Согласен. Лишнее. Но, с другой стороны, даже при худшем раскладе противник лишается сразу шестерых бойцов. А мы занимаем выгодную позицию. Если бы берданки могли простреливать потолки, еще туда-сюда. Но при намечающейся ситуации таболатцы попросту обречены.

— Ну что, работаем?

— Работаем, Волк. Куда же мы денемся.

Никакого взрыва бурной деятельности после этого не последовало. А совсем даже наоборот. Они медленно-медленно начали отползать за кусты, изображая из себя лохматые кочки. Чтобы, не дай бог, не привлечь к себе внимание. Затем скатились в промоину и, резво перебирая локтями, поползли до зарослей кустарника. Каких-то минут двадцать, и напарники наконец оказались вне зоны видимости таболатских часовых.

Но это вовсе не значило, что они предались праздности в ожидании ночи. Пока еще светло, необходимо было разведать подходы к утесу и примеченному дереву. Да и Штыка с Доком выставить заблаговременно. А значит, и обучение снайпера не следовало откладывать в долгий ящик.

Впрочем, все же пришлось обождать, потому как война войной, а обед по расписанию. Правда, на этот раз обошлись холодными мясо-растительными консервами невьянского производства. Конечно, если разогреть, то получится куда вкуснее. Но не стоит злоупотреблять везением там, где можно просто поостеречься.

Запахи еды и дыма распространяются довольно далеко. И не имеет никакого значения, что гарнизон фактории фактически носа не высовывает за стены. Тут, между прочим, края горцев. А эти ребята страсть как не любят… Н-да. Ну, в общем, всех подряд не любят. Вот кто попался на глаза, тех и не любят.

Штык ухватил суть с ходу. И с автоматом разобрался на раз, и с ночником никаких трудностей. Ну а какие там трудности-то? Включить сам ночник, затем инфракрасный фонарь. Его сейчас, конечно, не проверить. Но суть понятна. И то, что он готов к работе, тоже видно.

Пробная стрельба лишний раз подтвердила, что Калачев — лучший стрелок команды. Признаться, самолюбие Игоря даже слегка кольнуло. Теплилась надежда, что Штык все же окажется не так хорош. Но… Плотная группа попаданий на сотню метров ясно показала, что Игорь все-таки далеко не снайпер. Разумеется, для дела оно и к лучшему. Но вот извечный дух соперничества, присущий мужчинам, так и грыз изнутри.

С местом и подходами определились на удивление быстро. На это понадобился всего-то час. Хотелось думать, что к ночи ветерок, тянущий с моря, все же успокоится и не будет раскачивать высокую сосну, с которой предстояло вести огонь. Напоследок проверили радиосвязь, забрали у Дока и Штыка гранаты, которые в идеале им не понадобятся, и распрощались. Все. Теперь уже увидятся только по завершении операции.

Ночь и без того не обещала быть светлой ввиду нарождающегося месяца, а тут еще и небо затянуло тучами. Если Штыку это без разницы, то об остальных так не скажешь. Поэтому последним штрихом перед выходом была подготовка ручных фонарей. Все проверили заправку своих карбидок, Игорь подзарядил динамо-фонарь, чтобы энергии хватило на все время штурма. Вот не стали потрошить поклажу кукловодов, от греха подальше, а напрасно. Может, что полезное отыскали бы. К примеру, подствольные фонари.

К причалу вышли без проблем. Их не обнаружили ни часовые на стенах фактории, ни вахтенный на борту шхуны. Сомнительно, чтобы они там все спали без задних ног. Просто ночка выдалась очень темной. Единственное неудобство в том, что уровень воды в речке оказался чуть выше голенищ, и ноги они все же подмочили.

— Шаман, Док, — вдруг послышалось на общем канале.

— Здесь Шаман, — тут же скорее выдохнул, чем произнес, Игорь.

До шхуны метров тридцать. До ворот — порядка полусотни. Как и предполагалось, ветер успокоился, и если видимость никакая, то звуки разносятся довольно далеко.

— Штык, минус три, — не стал причислять себе заслуги напарника Овчинин. — Выдвигаемся к лестнице.

— Принял. Мы на исходной. Ждем отмашки.

— Понял тебя. Постараемся не затягивать.

В томительном ожидании прошло минут двадцать. И наконец в гарнитуре вновь раздался голос Дока:

— Штык, минус один.

И тут же со стен донесся душераздирающий крик человека, которому прилетела весьма болезненная плюха. Все. О скрытности можно позабыть. Остается действовать. Причем настолько быстро, насколько это вообще возможно.

— Волк, Ворот, прикрывайте с воды. Настя, за мной. Док, снимите часового на вышке.

Последнее Игорь выкрикивал уже на бегу, не особо скрываясь. Лишнее. Ситуация сразу и бесповоротно пошла вразнос. Теперь все решает не скрытность, а скорость. Ну и слаженность действий, разумеется. Радует то, что сумели разобраться с огневой точкой на утесе. Большое дело. Жаль только, не основное.

Когда добежали до первой рогатки, сзади ударила длинная очередь из автомата. Бог весть, что сумел рассмотреть Волк, потому как видны были только обводы суденышка. Но энергичная стрельба говорила о том, что он все же что-то там наблюдает.

В это же время с вышки послышался сдавленный вскрик раненого часового. Штык дотянулся и до него. Непонятно лишь, насколько качественно он его приложил. Ч-черт! Ч-черт! Ч-черт! Вот что такое не везет и как с ним бороться!

Вторая рогатка буквально отлетела в сторону. Вместе с этим на вершине утеса заплясал огонек, а мгновением позже донесся дробный рокот «гатлинга». Вторя ему, из-за спины послышался тупой перестук по дереву тяжелых свинцовых пуль. Одна из шальных вестниц смерти ударила в рынду, выбив чистый и высокий мелодичный звон, огласивший бухту и отразившийся от скал эхом.

Когда разбирались с третьей рогаткой, их нагнали Волк и Ворот. Док поливал шхуну, не экономя боеприпасы. Благо аборигены переняли у землян идею с лентой, пришедшей на смену их коробчатым магазинам с небольшой емкостью.

Стена. «Кошка», щедро обмотанная кроличьей шкуркой, улетела на четырехметровую высоту и без труда зацепилась за парапет. Игорь ухватился за веревку и приготовился к подъему.

— Док, доклад, — потребовал он в гарнитуру.

— Палубу шхуны держим. Из караулки рвутся наверх и во двор. Пока держим. Казарму никак не контролируем.

Угу. Пока вроде все не так страшно. Но если полезут из казармы, то могут нарисоваться проблемы. И чтобы этого не случилось, нужно пошевеливаться.

— Волк, гранату на стену. Ворот, во двор.

— Есть, — парни ответили чуть ли не разом.

Потом практически синхронно рванули из подсумков РГ, дернули кольца и забросили вверх. Игорь начал двигаться одновременно с командой, а потому ничего этого уже не видел. Скорее ощущал и понимал, что происходит.

Грохнуло, когда он был уже практически у цели. Ударная волна с дымом и пылью прошла над головой, свиста осколков даже не расслышал. Да и плевать! Последний рывок, и он на крыше. В руке тут же оказалась «Гюрза» с глушителем, ствол которой уставился в темный провал откинутой крышки люка.

Заглядывать не стал. Ну его к ляду. Еще прилетит что. Рука быстро нащупала трофейную «эфку», РГ дают слишком много дыма, что в помещениях критично. Ухватил зубами кольцо, благо усики разогнул заблаговременно. Выдернул чеку и забросил гостинец вовнутрь.

Грохнуло. Из люка вытолкнуло упругую волну горячего воздуха, смешанного с пылью. И тут же донеслись крики и стенания, слившиеся с теми, что уже издавали раненые часовые на вышке и где-то справа.

— Настя, на вышку, контроль, — направляясь к черному квадрату люка, приказал он поднявшейся девушке.

Нога встала на первую ступень, освещенную уже включенным фонариком. Кто-то возится на полу прямо под ним. Хлоп! Есть. Разом вытянулся и затих. Спуск крутой, словно корабельный трап. Но ступеньки достаточно широкие, поэтому можно идти, не придерживаясь. Хлоп! Еще один…

Семеро. И никто не сумел оказать хотя бы мало-мальское сопротивление. Кто-то маялся от контузии, кто-то — от полученных ран, а двоим было уже все равно. Кстати, один из них получил пулю не от Игоря. Работа Штыка, когда загонял противника обратно в караулку.

— Шаман, чисто, — сообщил он в гарнитуру.

Потом подобрал доску и набросил ее на дверные скобы. Ее края как раз уперлись в коробку, блокируя проход намертво. Все. Теперь в караулку снаружи не попасть. Работать понизу слишком рискованно. Лучше уж поверху. Хотя-а…

Выглянул в окошко, больше походящее на бойницу. Темно, но на зданиях горит пара-тройка фонарей, а потому худо-бедно, но двор просматривается.

Слева дверь в помещение, где содержатся пленники. На фоне светлых досок заметно темное пятно большого навесного замка. Отдельного охранника нет. Впрочем, им оттуда никак не выйти, если только через дверь.

Дальше идет крытая поленница, за ней квартира коменданта. Опять разрыв, и так же с поленницей. Далее обиталище сержанта и капралов. Напротив всю северную стену занимает солдатская казарма.

Караулка, где сейчас находится Игорь, слева от ворот. Справа кузня и дальше, вдоль восточной стены, конюшня с распахнутой створкой ворот. За ней склады. Это если верить схеме, врученной капитаном Котовым. Судя по замку на воротах, это помещение чистить не надо. Заканчивают картину три коновязи. Одна, самая большая, напротив конюшни и две поменьше — у казармы и квартир. Лошадей, кстати, не видно. Значит, все поместились в конюшню.

Так. Если вычистить офицерскую и сержантскую квартиры, то разобраться с казармой — никаких сложностей. Остается понять, как именно чистить помещения, если учесть, что там тоже нет нормальных окон, а только бойницы. Даже у коменданта. Как видно, сделали выводы из прошлых, неудачных опытов.

Эх, сюда бы сейчас «Вал» с ночником. Тогда бы никакие бойницы им не помогли. Дистанция боя такая, что до противника камнем добросить можно. Что уж говорить о том, чтобы попасть в бойницу шириной сантиметров пятнадцать.

Вот только нельзя Штыка снимать с позиции. Он там, где нужен. Ох Бородин и идио-от! Ведь у кукловодов в рюкзаках наверняка должны были быть ночники. Но их поклажу не проверяли. Вот как было, так все и попрятали в тайник.

Со двора донеслось несколько выстрелов. В ответ несколько раз хлопнул бесшумный карабин. Треснул одиночный выстрел из автомата, поддержанный винчестером. Похоже, бьют по вспышкам. Но вообще парни начинают втягиваться в перестрелку. А вот это уже лишнее. Время работает против них. В итоге могут появиться горцы, и ничем хорошим это не закончится. Ладно. Взял в руки карты — играй.

— Волк, давайте все вниз, — приняв решение, приказал в гарнитуру Игорь. — Док, держите крышу, чтобы ни одна падла не вылезла.

— Принял тебя, Шаман. Но Штык говорит, что если в казарме есть такой же люк, как в караулке, то его прикрывает парапет.

— Понял тебя.

Товарищи довольно бодро прогромыхали по ступеням. Время. Главное сейчас — время. Они, конечно, уже потеряли темп, дали возможность противнику начать соображать. Но то не беда. Есть еще вариант ускориться. Есть.

— Значит, так. Настя, винчестер за спину. Готовься действовать «Гюрзой» и фонариком…

На постановку задачи и подготовку ушло едва ли полминуты. Некогда рассусоливать. Поэтому готовились сразу, по ходу, слушая короткие, рубленые фразы командира.

Наконец доска слетела со скоб, освобождая дверь. Настя толкнула дверь наружу. Шаман, Ворот и Волк разом бросили по гранате. Но если первые двое — дымовые, то последний — РГ. Ну и сразу же ушли за стену, чтобы лишний раз не отсвечивать. Правильное решение. Едва распахнулась дверь, как раздалось несколько выстрелов и послышался дробный грохот «гатлинга».

Только вот голосок у него какой-то странный. Несерьезный. Скорее всего, тот самый легкий образец под револьверный патрон. Правда, от этого не менее смертоносный, и уж тем более накоротке. В караулку тут же влетел целый рой пуль, с тупым стуком уходя в дерево и со звонкими щелчками ударяя в камень. Не меньше половины пуль обрушилось на стены снаружи, выбивая облачка пыли и куски глиняной штукатурки.

Грохот взрыва внес в ряды обороняющихся некую сумятицу, и обстрел прекратился. Дым быстро заволок практически весь двор. У этих кустарных гранат на основе целлулоида есть неоспоримый недостаток. Это кратковременность работы и легкий дым, который так и стремится ввысь. Из достоинств — интенсивность и плотность задымления.

Они выбежали из караулки, едва прозвучал взрыв. Как и было условлено, Шаман, Настя и Ворот — влево, Волк — вправо. Подбежав к офицерской квартире, Игорь тут же забросил в бойницу трофейную РГД-5. Точно так же поступил и Ворот с сержантской квартирой.

Грохнуло, уже привычно выметнув из бойниц тугую волну воздуха и пыли. Дальше наблюдать за товарищами уже некогда. Игорь подхватил Настю и с легкостью взгромоздил ее себе на плечо. Девушка тут же приникла к бойнице, подсвечивая фонариком и держа наготове пистолет.

— Вправо. К другой бойнице, — выкрикнула девушка под глухие разрывы гранат в казарме.

Там рвались уже кустарные РГ. Потому как тут дым точно не будет лишним. Мало того, вслед за ними Волк и Ворот начали забрасывать вовнутрь все дымовые шашки, какие только у них нашлись. Никто и не думал ломиться в двери. Они наверняка заблокированы. Причем настолько серьезно, что солдат изнутри остается лишь выкуривать.

Сделав три шага вправо, Игорь замер у соседней бойницы. Настя вновь заглянула вовнутрь, подсветила. Хлоп!

— Готов, — доложила она.

Еще несколько шагов вправо… Шаман быстро сдернул с плеча свою напарницу. Выхватил из разгрузки «Гюрзу», фонарик у девушки и указал ей на приоткрытую дверь сержантской квартиры. Та поняла правильно и, рванув ее на себя, ушла в сторону.

Игорь ввалился вовнутрь, быстро начав шарить вокруг лучом фонаря. Довольно просторное помещение. Слева от входа печь, как видно, она отапливает сразу две квартиры. Посредине стол и несколько поваленных стульев. Вдоль стен — четыре кровати. Все. Людей нет. Спрятаться им тут негде.

Похоже, как только началось, капралы — а сержант во взводе мог быть всего один, — рванули в казарму. Хм. А ведь, пожалуй, все же капрал. Один должен был убыть вместе со своим десятком. С ним же ушел и сержант. Игорь припомнил истерзанное осколками тело с капральскими нашивками в караулке. Остается последний, которого тут нет.

Когда он вновь выбежал во двор, из всех бойниц казармы валил густой молочный дым. И еще дважды глухо грохнуло. Ага. А еще изнутри доносится надсадный кашель нескольких человек.

Есть! Кто-то не выдержал и, распахнув дверь, выбежал на улицу. Хлоп! Это Ворот. Волк только наблюдает, держа оружие на изготовку. Это оговаривалось. Не надо почем зря пугать народ. Сразу за первым появился второй. Хлоп! Это уже Настя.

Еще два хлопка, и все. Солдаты как-то сразу закончились. Но это, по сути, уже и не важно. Дождаться, пока выветрится дым, а там и зачистить можно. Благо трофейные гранаты еще имеются. Впрочем, лишнее это. Ведь у каждого из них есть еще и по одной светошумовой. Лучше уж пользовать их. Тем более что контроль все одно нужен.

Зачистка казармы заняла не больше минуты. Сначала забросили несколько шумовых гранат в бойницы, потом парами двинулись вправо и влево от дверей. Волк и Ворот подсвечивали себе карбидками. Н-да. Никакого сравнения с удобством динамо-фонаря Шамана. И будет очень обидно, если таковые все же найдутся в рюкзаках кукловодов. Ну да чего теперь-то, всяк крепок задним умом.

Уже на пути к выходу луч фонаря выхватил тело крепкого мужчины с капральскими нашивками. Значит, не ошибся Игорь. При первых же признаках нападения тот бросился к личному составу. Молодец мужик, что тут еще скажешь. Иное дело, что это ни к чему не привело. Но тем не менее достойно уважения.

— Док, у нас чисто. Что там у морячков? — запросил Игорь по рации.

— Сидят на кораблике и не высовываются. Предположительно минус один, — послышался в гарнитуре голос Овчинина.

— Принял. Продолжайте держать. Идем к пленникам.

Дверь тюрьмы, как и все остальные, оказалась довольно основательной. А потому нечего было и мечтать справиться с нею с ходу. Будь Игорь профессиональным слесарем, возможно, и смог бы управиться с замком, но он таковым не являлся. Замок же выглядел более чем внушительно.

Хотя продержался он не дольше пяти минут. Этого времени оказалось вполне достаточно, чтобы обнаружить ключи в караулке. Ну а где они еще должны были храниться, как не там? Висели себе мирно, на большом кольце с другими ключами.

— Так, дорогие товарищи, мы сейчас откроем дверь и освободим вас. Убедительная просьба — без глупостей. Очень не хотелось бы причинять вам вред, когда все уже почти кончилось, — отпирая замок, громко произнес Игорь.

Вообще-то все только начинается. Но пленникам об этом знать совсем не обязательно. Всему свое время.

— Русские?!

— Земляне?! — послышалась из-за двери разноголосица.

Признаться, Игорь даже скривился от столь риторических вопросов, да еще и в многократном исполнении. Он, разумеется, понимал, что творится на душе у людей, проведших в плену не один день. Но все это радостное возбуждение, которое ощущалось даже сквозь толстые плахи двери, отчего-то его раздражало.

— Спокойно, — едва открыв дверь и предупреждая шквал вопросов, тут же потребовал Игорь.

Все верно. Девять. Трое мужчин от двадцати пяти до сорока. И шесть женщин и девушек от двадцати до все тех же сорока. Изможденными не выглядят. Хотя состояние одежды аховое. Двое мужчин и три женщины вообще одеты в местное.

Тюрьма? Признаться, то, что предстало перед его взором, меньше всего походило на тюрьму. Казарма — да. Но не узилище бесправных невольников. С другой стороны, если судить по радостным лицам землян, все одно сладко им тут не было. Вдобавок ко всему они здесь оказались стараниями горцев. Эти же ребятки особо не церемонятся со своей добычей, придерживаясь простого правила: главное, чтобы живые и не увечные.

Островитяне же постарались создать максимально возможный в данных условиях комфорт. Пусть и под замком. Железные солдатские койки. Помещение поделено на три части легкими дощатыми перегородками. Даже двери наличествуют. Две комнаты для мужчин и женщин и одна общая, где стоял большой стол с шахматами и игральными картами. В углу бак с питьевой водой. Печь, в настоящий момент затопленная и с чайником на плите.

Несколько горящих свечей в подсвечниках. Так себе освещение. Но, признаться, по сегодняшним реалиям вполне нормально. К тому же стеклянные плафоны слегка увеличивают яркость.

— Итак, земляки и землячки. Вы сейчас чинно рассаживаетесь за своим столом и не мешаетесь у нас под ногами. Анастасия Андреевна, — кивок в сторону девушки, — кратенько введет вас в курс дела. От себя пока замечу, что ваши злоключения пока еще не закончились. Вот отмашем по горам и долам двадцать пять верст, тогда и будет порядок. Не переживайте вы так. Мы своих не бросаем, — бодро подмигнув, заверил Игорь.

— А если кто не захочет? — подал голос парень из пленников.

— В армии служил?

— Ну.

— Поговорку слышал: «Не можешь — научим, не хочешь — заставим»?

— И?

— Так вот, тут тебя никто заставлять не будет. И морду бить не станем. Просто застрелим и пойдем дальше. А вы как думали? — обведя взглядом всех пленников, с нажимом произнес Бородин. — Все земляне — потенциальные носители информации, которая может навредить нашему княжеству. На кону тысячи жизней. Так что валандаться или сомневаться никто не станет.

Вообще-то Игорь лукавил. Ну не был он готов стрелять земляков только из опасения, как бы чего не вышло. Вот если бы знал, что возможность причинения ими вреда реальна, то другое дело. А так, на всякий случай… Нет. К подобному он не готов. К тому же в последнее время контора не вызывала у него доверия. Но и оставить землян здесь он также не мог.

Так что и свяжет, и будет пихать, и крепким пинком приложится, и в рожу кулаком сунет, а вот насчет убить, пожалуй, перебор. Но ведь им-то об этом знать совсем не обязательно. Главное, морду кирпичом и самому верить каждому своему слову.

— Настя.

— Поняла. Ну что, господа сидельцы, чаем-то освободителей попотчуете? — переступая порог, задорно спросила девушка.

— Да-да, конечно, — тут же нашлась одна из женщин.

— Не журись. Он только с виду такой грозный. На самом деле просто душка. Если и прибьет, то сделает чисто, без мучений… — Это Игорь слышал уже краем уха, так как его ожидали другие заботы.

— Шаман, в конюшне чисто, — доложил подошедший Волков.

— Хорошо. Давайте с Воротом как-нибудь вскройте квартирку коменданта. А то не хватало еще, чтобы он оказался недобитым. Ну и казна там должна быть. Расплачивались же они как-то с горцами. Не все товаром.

— Понял.

— Сделаем, — чуть ли не хором ответили парни.

Ну а пока суд да дело, Игорь подбросил на руке связку ключей и направился к складам. Надо же глянуть, что тут у них и как. В его распоряжении целых девять потенциальных носильщиков. Особо не нагрузишь, но хоть что-то вынести вполне возможно.

Взгляд непроизвольно скользнул в сторону конюшни. Жаль, но это мимо кассы. Их маршрут не предусматривал лошадей. В некоторых местах они попросту не пройдут. И первое из них было буквально в паре километров. Рисковать в поисках обходных путей, имея на руках такую обузу, как гражданские, нет никакого желания. Есть более простые способы отыскать на свою задницу неприятности.

К тому моменту когда ключ провернулся в скважине амбарного замка, от квартиры коменданта послышался первый удар топора. Волк и Ворот приступили к взлому офицерского жилища. А вот ему ничего ломать не надо. Снял замок с петли — и порядок. Можно заходить.

Ох, йо-о! Пещера Али-Бабы. И чего тут только нет. Едва открыл створку, как в нос тут же ударил смешанный запах… Да всего подряд, от металла и ружейного масла до квашеной капусты и солонины. Что вполне объяснимо. В одном просторном помещении было свалено все подряд.

Но первое, что бросилось в глаза, — это пирамида с выстроившимися в ряд новенькими винчестерами. Не трофейные, а чисто с иголочки, тускло поблескивают воронением и лаком на прикладе и цевье. С десяток, не меньше. Рядом десятка два берданок. Причем все в кавалерийском исполнении. Ну оно и понятно. Горцам пехотная оглобля как-то без надобности.

Револьверы в основе своей представлены капсюльными образцами. Но есть и кольты, и «смит-вессоны». Конечно, тут это все называется по-другому, но неохота ломать язык. Тем более что сходство практически один в один.

Так. А это что? Слева на прилавке в рядок выставлены лампы типа «летучая мышь». Это что же получается, у островитян имеется нефть? Хм. А вообще странно. Не может быть такого, чтобы керосин был закупорен наглухо. К тому же одна из ламп явно пользованная. Характерного же запаха не слышно.

Скользнувший по полкам луч фонаря выхватил жестяную банку с этикеткой «Ламповое масло». Поднял «мышь» и потянул воздух носом. Пахнуло горелым и еще чем-то, напоминающим растительное масло. Но точно не нефтепродуктами.

Подобные лампы Игорь наблюдал впервые. Землянам их не продавали, потому что ацетилен дает в разы больше света, невьянцы производят целую линейку карбидок. Даже в карманном исполнении. Так что эти масляные агрегаты попросту не пользовались бы спросом. В городах аборигенов наблюдал все больше свечи и газовое освещение. Вот и удивился поначалу.

Начав обследовать склад слева от входа, Игорь обогнул его по периметру. Не сказать, что изучил от и до. Так, прошелся по верхам, чтобы иметь представление, что именно из самого ценного может себе позволить унести с собой. Нечего и мечтать вытащить все это богатство, которое должно потянуть не на одну тысячу рублей.

Вообще, добычи на фактории должно остаться просто море. От осознания этого его жаба взбунтовалась не на шутку. С трудом удавалось ее урезонивать. Как в той старинной поговорке: глаз видит, да зуб неймет.

— Есть казна. Только тощая какая-то, рублей на пятьсот, не больше, — доложил вернувшийся Волков.

Оно бы с радиостанциями куда удобнее и проще. Но их уже прибрали подальше и предпочитали не вспоминать. Светить земными девайсами перед посторонними в планы Бородина не входило.

— Ничего удивительного. Ты только осмотрись на складе. Тут столько всего интересного, аж сердце замирает.

— Натурой расплачивались?

— Именно. У коменданта надыбал? — ткнул Игорь в футляр офицерского двенадцатикратного бинокля, болтавшегося на груди Волкова.

— У него. И вот еще. — Антон полуобернулся, выставляя левый бок, где на ремне висел тубус. — Подзорная труба. Наверняка куда мощнее бинокля.

— Удачно. Нечего сказать. Кстати, тут на складе дюжина полевых четырехкратников.

Угу. Оптика в этом мире стоит баснословных денег. Земных образцов сюда попадает катастрофически мало. А потому в цене даже старинные, которые время от времени добывают сталкеры и мародеры. Островитяне тоже производят бинокли и трубы, но качество оставляет желать лучшего. Правда, попадаются порой образцы, вполне сопоставимые со среднестатистическими земными. Но и цена у них безмерно высока.

— Вот что, парни, дуйте в казарму. Нужны девять солдатских ранцев, — распорядился Бородин.

— Пустых? — уточнил Волков.

— Нет, йолки, с портянками.

— Понял. Глупость сморозил.

Найти искомое нетрудно, они там на виду. У солдата во все времена имущества не так чтобы и много. И зачастую оно умещается в вещмешок. Ну или вот в ранец, каковые сейчас в ходу в армиях островитян. Кстати, весьма удобно, и по вместимости даже превзойдет привычный армейский сидор. Хотя с рейдовым рюкзаком не сравнится. Впрочем, тот скорее к спецэкипировке относится, а ранец у любого солдата имеется.

Вскоре груженые Волк и Ворот вернулись на склад. При этом вид у них был откровенно разочарованным. Как оказалось, их надежды на трофейное солдатское серебро не оправдались. Да оно и понятно. Ну без надобности солдатам в таком дальнем гарнизоне деньги. Вот вернутся на большую землю и там уже получат все скопом. Здесь же на полном котловом и вещевом довольствии.

— Значит, так, парни. В каждый ранец по три сотни револьверных патронов. По столько же капсюлей к револьверам, по одной пулелейке и одному биноклю. Оставшуюся оптику распределите между нашими. Оставлять ее здесь глупо. Вон там, в бочке, солонина. По одному куску, они там, считай, калиброванные, по паре кило. В эти бумажные пакеты — по четыре сухаря. Вон фляги. Воду сами наберут. Ну и пожалуй что хватит. Дальше по одному винчестеру. Надо будет краткий ликбез провести. Ну и еще по одному оружейному поясу. Патронташи набейте револьверными патронами. А вот револьверы вложите капсюльные.

— Не улавливаю, нам их еще и зарядить? — удивился Волков.

— Не надо. Заряженный огнестрел в неподготовленных руках — все равно что гремучая змея. Проследите, чтобы карабины были незаряженными. Случится надобность, зарядят, ничего страшного. А на пожарный случай есть мы. Зато хоть какая-то уверенность, что в задницу не прилетит кусок свинца.

— Все, я запутался, — поддержал друга Ворот. — На фига им капсюльные, если набираем патроны, а порох и пули не берем?

— А кто сказал, что это им? — вздернул бровь Игорь. — Это нам. И винчестеры, и все остальное, вплоть до оловянных фляг. А капсюльные револьверы в большем ходу, чем «вессоны». Но ведь нужно же все это богатство отсюда как-то вынесли. У нас пупок развяжется. Из них носильщики тоже не ахти. А так вместе с ранцами, оружием и остальным на круг получается килограмм по двенадцать. Вполне терпимо.

— Выходит, обманем, — хмыкнул Волк.

— Во-первых, мы не благотворительная организация. Во-вторых, никакого обмана. Просто не станем говорить, что все это они выносят для нас.

— Так, может, ну его, это продовольствие и воду? Еще сотни полторы патронов получится, — предложил Ворот.

— Ага. А в случае непредвиденной задержки кормить их будем сиськой. Глупости не городи. За дело.

— Есть.

— Принял.

— Вот и ладушки. А я пока пойду с капитаном пообщаюсь.

— Может, прикрыть?

— Штык с Доком прикроют. Морячки их теперь крепко уважают. Занимайтесь, — отмахнулся Игорь и направился воротам.

Отбросил брус, запирающий калитку. Незачем распахивать ворота. И так нормально. А вот появляться во всей красе не спешил. Мало ли какие там нервные ребята.

— Капитан! Я хочу говорить с капитаном! — напрягая голос, выкрикнул Игорь.

Ночь. Расстояние порядка восьмидесяти метров, да еще и берег бухты со спокойной водой. Звуки разносятся далеко, и различить слова не составляет труда.

— Чего тебе? — послышался в ответ какой-то неправильный голос.

Ага. Вот оно в чем дело. Капитан, если это он, напрягать голосовые связки не собирается. К чему, если имеется рупор. Простейший медный конус, а сколько удобств. Такое оценишь, только когда накричишься вволю.

— Меня хорошо слышно?

— Нормально. Говори, чего надо.

— Гарнизон фактории героически погиб. Мы скоро будем уходить. Если сделаете по нам хотя бы один выстрел, всех перебьем и лоханку вашу сожжем. И мне будет плевать, даже если какой-то недоумок пальнет в воздух. Учтите это.

Вот и все. Говорить с ними больше не о чем. Времени мало, а дел по самую маковку. Отсюда нужно уходить еще затемно. Не то уже с утра могут нарисоваться горцы. Они ведь торгуют с островитянами. Впрочем, до утра успеют. Сейчас только одиннадцать. Вот так вот оно и бывает долгими осенними ночами, да еще и при отсутствии телевидения и других развлечений.

— Ну как тут у тебя? — заглядывая в тюремное помещение, обратился Игорь к Насте.

— Порядок. С ними куда проще. Считай, уже в курсе, что это другой мир. Только вопросов о Невьянске, похоже, еще до луны, — слегка разведя ладони, которыми обнимала кружку с горячим чаем, пояснила девушка.

Они тут сейчас все поголовно чаи гоняют. Не то что некоторые, у кого штаны преют понятно от чего.

— Ясно. Тогда мужчин я забираю. Товарищи, надо малость поработать, — картинно произнес Игорь, делая соответствующий жест в сторону выхода.

— А с чего вы взяли, что можете нам отдавать приказы? — возмутился молодой.

— Слушай…

— Виталий Александрович, — вздернув подбородок, выдал паренек.

— Ага. Так, значит. Ладно. Так вот, Виталий Александрович, как я уже говорил, у тебя и остальных есть выбор. Либо вы выполняете все мои распоряжения, не доставляя проблем. Либо создаете трудности, но очень недолго, потому как с дыркой в башке особо не повозмущаешься. И мне казалось, мы этот вопрос уже закрыли, — вперив в него равнодушно-ироничный взгляд, словно глядел на пустое место, напомнил Игорь.

Проняло. А может, все дело в том, что Виталия не поддержали другие мужчины. О женщинах и говорить нечего: они дружно жались к Насте, готовые выполнять все, что им скажут. Н-да. Похоже, этот умник и есть тот самый ценный кадр, за которым они сюда и забрались. Как видно, островитяне расписали ему радужные перспективы, вот и не хочется идти к землянам.

На складе каждый вооружился парой десятилитровых жестянок с ламповым маслом, и они дружно двинулись выполнять распоряжение Игоря: обливать горючей жидкостью все, до чего могли дотянуться. Под конец, когда вынесли снаряженные комплекты для пленников, облили и склад. Игорь вовсе не собирался оставлять все это богатство бесхозным. Поэтому решил перевести его в хлам.

— Эт-то еще что? Своевольничаем, Виталий Александрович? — нахмурился Игорь.

Парень на этот раз задирать подбородок не стал. Но ответил, пожав плечами, с видом человека, не сомневающегося в собственной правоте:

— Какой смысл брать с собой капсюльное старье, если можно вооружиться более современными «вессонами»? К тому же унификация боеприпасов с карабином.

Мужчины встретили слова молодого человека одобрительным бурчанием. Что ни в коей мере не входило в планы Игоря.

— Объясняю, умник. Один патрон стоит пять копеек при средней заработной плате пятьдесят рублей. Один заряд к капсюльному револьверу обходится в две копейки. И именно поэтому они куда предпочтительнее для простого обывателя, каковыми все вы будете. Я не стал нагружать вас парой револьверов, потому что нам предстоит отмахать по горам двадцать пять километров, и каждый лишний килограмм имеет значение. Ты же нацепил на себя именно два.

— Ничего. Своя ноша не тянет.

— Ладно. Хозяин — барин. Тебе тащить. Надеюсь, в ранце ты ничего не трогал.

— Пока нет, — заверил парень.

— Не пока, дружище. Не пока. Уж поверь, мы лучше знаем местную специфику, и там нет ничего лишнего. Просто закинул за спину и пошел. Вопросы?

— Нет вопросов, — решил все же не перегибать Виталий.

— Вот и ладушки. Волк, Настя, проведите ликбез по обращению с оружием. Помогите им подогнать под себя ранцы. И ради бога, проверьте, чтобы никто не смел заряжать оружие.

— Это еще почему…

— Потому, Виталик, — оборвал Бородин вечно недовольного. — Я не собираюсь выковыривать из своей задницы пулю под твое виновато сопливое шмыганье и заверение, что ты не специально. Попробуешь без приказа зарядить оружие, пристрелю как собаку. Ворот, пойдем на конюшню. У меня тут идея появилась.

Как уже говорилось, лошади в их ситуации были бесполезны. Но Игорь не горел желанием губить их в огне полыхающей фактории. Пускай уж лучше достанутся горцам, чем так-то. Ну а пока послужат живым щитом от команды шхуны. Мало ли, вдруг кто решит погеройствовать. А так и Игорю спокойней, и морячкам соблазнов поменьше.

— Волк, — когда они уже переправились через речку и достаточно отдалились от фактории, позвал Игорь.

— Да.

— Приглядывай за этим молодым придурком. Не то один идиот может всех подставить. Чуть что, сразу в дыню. Внушения оставь на потом.

— Сделаю.

— Вот и ладушки.

В этот момент за спиной глухо ухнуло, а затем за склоном вдруг разгорелось целое зарево. Порядок. Закладка в складе сработала, и рванул бочонок с порохом. В смысле первый бочонок. А там и остальное подтянется. Масла они не пожалели.

Ну что ж, как говорится, осталось начать и закончить. Очень хотелось бы добраться до Невьянска без приключений. Тут всего-то надо тишком, бочком и никого не задевая.

Лагерем встали, отойдя километров на пять от сожженной фактории. Продолжать двигаться было попросту опасно. Да еще и с людьми, далекими не просто от туристических походов, но и вообще от гор. Впереди предстоял дневной переход до Рудного, а потому силы еще понадобятся.

— Сдается, мы погорячились, устроив привал в горах в эту пору, — произнесла подошедшая к Игорю Настя.

При этом она не сводила взгляда с востока. На протяженном и высоком склоне частой гребенкой торчали деревья, сквозь которые уже просвечивал багрянец рассвета.

— С чего бы это? — удивился Игорь.

Сейчас они не в простом рейде, а фактически на боевом выходе, да еще и на вражеской территории. Поэтому Настя изменила своей привычке использовать предрассветный час для приготовления завтрака. Не до комфорта и горячей пищи, чего уж там. У них даже теплых спальных мешков нет. Во время сна жмутся друг к дружке, невзирая на половую принадлежность.

— Ну так и поспать толком не поспали, и намерзлись, того и гляди кто заболеет.

— Ничего. Отогреются. Денек обещает быть теплым, — кивая в сторону поднимающегося солнца, возразил Бородин. — Как только начнут шевелить булками, так еще и жарко будет. Ты сумела выяснить, кто из них так важен?

Бородин не больно-то опасался, что кто-то сможет расслышать их разговор. Сидели они в стороне, говорили вполголоса, а тут еще и журчание веселого ручья. Так что бесполезно, даже если вслушиваются самым тщательным образом.

— Судя по всему, Даша. Ну, во-он та, молоденькая, что жмется к Штыку, — кивая в сторону спящих, ответила Настя.

Молодая, лет двадцати трех, не больше. Среднего росточка, стройная, с ярко выраженной талией и крутыми бедрами, но при этом более чем скромной грудью. Как в том анекдоте — прыщики выдавливать надо. Курносая, круглолицая, с копной темных волос, забранных в толстую косу. Красавица, что тут еще скажешь.

Интересно, Штык специально подгадал или просто совпало? Скорее все же второе. Поди разбери, что там и как, да еще в безлунную ночь. Да и рассматривать особо было некогда. Тут бы не оступиться ненароком.

— Уверена? — усомнился Игорь.

Вот как-то не ассоциировалась эта красавица с источником стратегически важных знаний, ради которых стоит отправить на тот свет целую прорву народа.

— Похоже на то.

— И кто она по специальности?

— Работала бухгалтером в кафе у своего отца. Ну чего ты так на меня смотришь? Папаша у нее пусть и не миллионер, в валютном понимании, ясное дело, но вполне обеспеченный, и дети у него не бедствуют. Так вот, она лет с двенадцати стала увлекаться авиамоделированием.

— Че-эм?

— Глухой?

— Нет. Но авиамоделирование и…

— Большие радиоуправляемые модели самолетов, Игорек. И за одиннадцать лет она собрала десяток различных летающих монстров с размахом крыльев до двух метров. Сама. Своими руками. Как считаешь, она сможет построить нечто несложное вроде того же По-2?

— Ну, построить, допустим, сумеет. Но ведь это не аппарат, который легче воздуха. Ему нужен надежный двигатель, — с сомнением покачал головой Игорь.

В свое время он был удивлен тем обстоятельством, что в княжестве нет воздухоплавательных аппаратов. И это при том, что аборигены пользовали как воздушные шары, так и дирижабли мягкой конструкции. Эдакие колбаски, оплетенные сетью, с подвешенной гондолой. Паровой двигатель и винт обеспечивали движение. Аппарат довольно неповоротлив и сильно подвержен влиянию ветров. Поэтому особого распространения пока не получил.

Невьянцы могли создать нечто куда более продвинутое. Но вместо этого и не пытались покорить небо. Хотя уж кто-кто, а земляне не могли не осознавать несомненных преимуществ военно-воздушных сил. Даже если это неповоротливые дирижабли.

Но все оказалось до банального просто. И выгода несомненна, и преимущество неоспоримое. Вот только среди попаданцев не находилось желающих воспарить в небеса на подобном аппарате. Гелий в местных условиях был чем-то недостижимым и фантастическим. Светильный газ или водород куда проще. Гораздо проще. Однако и полыхнуть может от малейшей неосторожной искры.

— Насколько мне известно, идея уже давно витает в воздухе. Ну, хотя бы дирижабль.

— Если найдутся добровольцы, — хмыкнул Игорь.

— Найдутся, куда они денутся.

— Ну хорошо, допустим. А как быть с тем, что паровая машина и котел, даже водотрубный, — достаточно увесистая штука?

— Ты будешь сильно удивлен, но в Невьянске уже полгода как наладили производство алюминия. В небольших объемах. А потому весь он расценивается как стратегический ресурс и не поступает ни на гражданский рынок, ни на продажу. Так что за легкими сплавами дело не станет. Как, впрочем, и за нужными машинами.

— Если все это так, то, похоже, и впрямь все дело в этой самой Даше. Х-хе!

— Ты чего? — непонимающе вздернула брови Настя.

— А ведь я думал, что носителем важных знаний окажется Виталик. Уж больно кочевряжился. Такое впечатление, что таболатцы пообещали ему золотые горы.

— Понятно, — ухмыльнулась Попова. — Виталик, видать, по жизни такой. Как я поняла из разговоров, этот индивид начитался фантастики и считает, что разбирается во всем лучше всех. В реале же ничего собой не представляет. Профессиональный геймер. Раскачивает персонажей в играх, а потом продает на аукционах. Этим и живет.

— Я думал, геймеры от постоянного сидения толстые и неуклюжие.

— Необязательно. Есть такие, что клюют как птички и толстеют как на дрожжах. Другие едят как не в себя и ходят глиста глистой. Вот и этот из таких. Нет, я тебе точно говорю, наш основной объект — Даша.

— Даша — авиамоделист. Причем делает модели, максимально приближенные к реальным машинам. Ну или хотя бы на таком уровне, при воссоздании которого можно получить вполне неплохую этажерку.

— Выходит, что так.

— Помнится, когда я только попал сюда, у одного из моих крестных была армейская алюминиевая фляжка, которой он невероятно гордился. Редкость несусветная.

— Это ты про Витька из бригады Семена?

— Про него.

— И к чему ты это вспомнил?

— А вот погляди, что получается, — поудобнее устраиваясь, задумчиво начал Игорь. — Болотин встречается с бандитами, и его случайно обнаруживает охотник. Он отправляется на пограничную заставу и сообщает об этом начальнику. На вызов выдвигается группа егерей, но бандитов не обнаруживают. Потом Котов меня предостерегает, мол, посматривай и оглядывайся, по всему выходит, Болотин вас заказал.

— Ну, нормально, — пожала плечами Настя. — Агентство Алины выгодно княжеству, и если оно вдруг прикроется, то…

— Болотина крышуют на весьма высоком уровне. Хотя у него в борделе процветает принуждение к сексу и откровенное насилие. Он сам говорил, что главное — не переступать за некую грань. Власть князя в Невьянске практически абсолютная. А значит, и контора что-то да весит. И при этом, вместо того чтобы на него цыкнуть, начальник службы безопасности лично координирует действия группы егерей. Причем никто и никогда специально за бандитами не гонялся, пока они не трогали граждан. Все случаи уничтожения банд — это либо стечение обстоятельств, либо частная инициатива командиров групп и патрулей.

— Хочешь сказать, он тебя раззадоривал? — склонив голову набок, предположила девушка.

— И очень похоже на то, что наша расправа над бандой для него была откровенной неожиданностью. Неприятной неожиданностью. Понимаешь?

— То есть сцепиться вы должны были, но при этом схватка не должна была привести к окончательному разгрому любой из сторон.

— Уверен, что если бы мы не поторопились спалить там все к нехорошей маме, то нашли бы на их базе разветвленную сеть аппаратуры слежения. Эта банда была одной из составных и грязных частей шоу. Там ведь творился форменный беспредел. Женщин всячески насиловали и издевались над ними. А еще эта банда регулярно совершала набеги на вольные хутора.

— Боевка и извращения, — сделала свой вывод Настя.

— Именно. Но идем дальше. Судя по всему, рейтинги моей группы растут, и мы выбиваемся в какую-то отдельную сюжетную линию. После уничтожения беспредельщиков мне намекнули, чтобы больше особо не лютовал. Мол, они сволочи, но княжество извлекает пользу и из них. А затем вновь обострение. На этот раз через мутную бригаду Руслана. Но мы находимся в таких рамках, что о полной зачистке не может быть и речи. Как, впрочем, не дают разойтись и разобиженному Руслану. И теперь вот это задание в сопровождении группы кукловодов и с подарочком на тропе.

— Ну, это может быть и совпадение. А что до политики княжества… Да, она какая-то ублюдочная. Но и в логике не откажешь. Поддерживая банды, подталкивать аборигенов к более тесному сотрудничеству и договоренностям. Взять сомалийских пиратов. Все говорит о том, что их курирует дядя Сэм. Ведь ни одного пиратского нападения на судно со звездно-полосатым флагом зафиксировано не было.

— Хорошо. Допустим, это просто ублюдочная политика, — кивнув, признал Игорь. — Полгода назад алюминий был несусветной редкостью, и тут налаживается его производство. Вовсю разрабатывается авиационный двигатель, и я не удивлюсь, если процесс на финальной стадии. И тут же сюда попадает неприметная девчушка Даша, которая, несмотря на возраст, является авиамоделистом с неплохим стажем. Тебе не кажется, что совпадений просто до хренища?

— Думаешь?..

— Я думаю, — оборвал ее Игорь, — что капитан Котов и князь Истомин определенно относятся к тем, кто не захочет вернуться на Землю. Как уверен и в том, что их вполне устраивает занимаемое ими здесь положение. Кто они там? А кем станут, если в этот проект вмешается правительство?

— А ты считаешь, оно не в курсе?

— Да уверен. Потому что государство начало бы процесс колонизации, а не устраивало бы дебильное шоу. Да еще и с риском утечки информации к тем же американцам. Целый мир, куда можно свалить, хлопнув напоследок дверью. Это не хрен собачий.

— Ну что ж, возможно, ты и прав, — вновь переводя взгляд на восточный склон, гребень которого уже полыхал багряным заревом, произнесла она. — Пора будить народ. Хотя, по-моему, они больше изображают из себя спящих.

— Ага. И при этом искренне пытаются уснуть, — поддержал ее Игорь, поежившись от холода.

Подъем и завтрак прошли без огонька. Смурные лица, подавленное настроение, скрюченные и трясущиеся от холода тела. А тут еще и отсутствие горячей пищи. Поди поешь после такой ночевки солонину с сухарями, запивая этот немудреный завтрак водой. Удовольствие ниже среднего.

Полчаса, и Игорь погнал народ дальше. Вернее, он предоставил это сомнительное удовольствие товарищам, а сам с Волком отправился передовым дозором.

Разве что напоследок успел выхватить краем глаза, как Штык помогает Даше закреплять на себе ранец. Хм. Видать, он все же не ошибся и Сергею хватило скудного ночного света, чтобы рассмотреть красотку. Удачи.

Шли довольно бодро. По прикидкам Бородина, на полуденный привал с обедом они остановились, пройдя больше половины пути. С учетом того, что у них и без того был неслабый ночной задел, не столь уж выдающееся достижение. Но позади остался самый сложный участок с перевалом. Дальше, конечно, тоже будут встречаться подъемы, но куда реже и не такие протяженные. В основном теперь тропа вела вниз.

А вот и опушка очередной зеленки. Точнее, просто лесного массива. Потому как зеленью тут и не пахнет. Середина ноября. Деревья сверкают на солнышке голенькими ветвями.

Вскинул к глазам бинокль, осматривая ребро хребта, по которому они спускались. Вроде чисто. Правда, видимость так себе. Впереди седловина метров на сто, дальше, примерно на полтораста, — мертвая зона и снова выныривает гребень ребра. Чуть впереди, метрах в четырехстах, два здоровенных валуна размером с дачный домик. Ну и в паре километров набитая тропа ныряет в следующий лесной массив.

Тропа, кстати, идет прямо по гребню, а иначе никак. Правый склон настолько крутой, что подняться по нему без железных шипов нечего и мечтать. О спуске лучше и не заикаться. То еще веселье. Оно, конечно, можно, но ну его к нехорошей маме. Малейшее неверное движение — и голова, ноги, хвост… Шею свернешь однозначно.

Левый ничуть не лучше. Скалистый, поросший редкими деревьями. Настоящая задачка для начинающего альпиниста. Ну или разминка для мастера. А, вот еще. Реальный развод «на слабо» для безбашенной детворы. Были среди воспитанников Игоря такие. Ох и натерпелся же он с ними. Лучше не вспоминать.

— Шаман, — вдруг послышался встревоженный голос Волка.

— Вижу. Но вариантов нет. Только вперед, — с кислой миной произнес Игорь.

Было отчего расстраиваться. Из леса ниже по тропе вдруг появились четверо конных горцев. Никем иным всадники быть не могли по определению. И за какой такой надобностью они тут появились? Ясно одно: выпускать никого нельзя. Здесь у них своих нет, и мирно разойтись удастся только в одном случае — если их не заметят.

Всадники держатся спокойно, лошадей не понукают. Да оно и понятно. Чего издеваться над животиной? Горы суеты не любят. Здесь ты должен уметь правильно распределять как свои силы, так и силы своего скакуна, чтобы в самый ответственный момент не оказаться в нехорошей ситуации.

— Значит, так, Волк. Ноги в руки и дуй обратно. Останавливай народ. Хватай Дока со Штыком и сюда. Вопросы?

— Нет вопросов.

Снайпер и пара дополнительных стволов совсем не помешают. Все же великое дело связь. Даже в усеченном виде она значительно облегчает жизнь. И особо остро начинаешь ощущать это вот в подобной ситуации. Не опасайся они засветиться перед новичками, и все было бы куда проще и быстрей. Но использовать рации нельзя. Остается только старый добрый посыльный.

Отправив Волка, Шаман скользнул ползком вперед и, уйдя в слепую зону, пригибаясь, побежал к противоположной стороне седловины. Медленно поднялся над урезом и вновь посмотрел на ничего не подозревающих противников. Пока еще достаточно далеко и движутся в гору. Вот и ладушки. Парни трижды успеют вернуться.

Так и вышло. Горцы не успели преодолеть и половину пути, как вся троица была уже на месте. Без лишних разговоров заняли позиции. Причем действовали весьма грамотно, чем Игорь остался доволен. Не зря отдано тренировкам столько времени и сил.

Простой, как мычание, план Шамана не давал горцам ни малейшего шанса. Подпустить их на дистанцию сотни метров и расстрелять. Укрыться им тут негде. Даже пожухлая трава уже полегла. Всадники будут как на ладони. Остается только выждать. Вот они миновали валуны и медленно, но верно продолжают приближаться к засаде. Проще пареной репы. Как на стрельбище.

Выстрел из винчестера раздался совершенно неожиданно, когда горцы были на расстоянии двухсот метров от засады. Один из всадников переломился в поясе и навалился на холку лошади. Остальные тут же бросились врассыпную, насколько это было возможно на узком гребне. Развернули лошадей и поскакали прочь.

Игорь успел послать две пули, когда наконец смирился с тщетностью своих попыток. «Винторез» попросту не годится для стрельбы на дистанцию свыше полутора сотен метров. На двести — еще есть вариант поразить человека. Дальше — только от лукавого.

Антон начал отстукивать одиночными выстрелами из автомата, как метроном. И добился-таки попадания. Один из беглецов схватился за плечо, но, приникнув к холке коня, продолжал удаляться. Пока наконец лошадь под ним не споткнулась и не полетела через голову.

Резко и хлестко ударила берданка. Третий горец, нелепо взмахнув руками, откинулся на круп лошади, сполз вбок и покатился кубарем по траве. Еще немного, и он сорвался со скалы. Проломился сквозь лишенные листвы ветви дерева и застрял между скалой и стволом.

Несколько раз бахнул винчестер Дока. Но безрезультатно. У него с прицельной дальностью тоже так себе. Да и стрелок из него посредственный.

Четвертый горец выпрыгнул из седла сам. Подхватил раненого товарища и волоком затащил за валун. А уже через несколько секунд там появился дымок, а вместе с выстрелом долетела и пуля, выбившая фонтанчик из земли перед Штыком. Никаких сомнений, горец не видит стрелка, лохматка не позволит его рассмотреть. А значит, бьет по ранее примеченному дымку от выстрела.

Штык, не делая резких движений, медленно подался назад. Сместился в сторону и вновь выполз на позицию, приникнув к диоптрическому прицелу.

— Бесполезно, Шаман. Я его не вижу. Слишком далеко, — доложил снайпер.

— Вы видели, а?! Как я его! — подбежал радостно возбужденный Виталик.

Вот только разделять с ним его радость никто не собирался. Вместо этого Игорь перекатился к умнику и без лишних разговоров повалил на землю, подбив ногу. Басовитое вжиканье свинцовой пули и звук выстрела берданки послышались практически одновременно. Ловок горец, нечего сказать!

— Идиот! — в сердцах констатировал Бородин. — Какого хрена ты тут делаешь?

— Больно, — потирая ушибленную ногу, поморщился парень.

— Мало тебе, — отстучав два патрона по позиции горца, произнес Антон.

Практически синхронно бахнула берданка Штыка, после чего он поспешил податься назад. Нужно было менять позицию. Снайпер с демаскирующим его дымом — та еще мишень. Даже против местных это обстоятельство лишает его большинства преимуществ, ограничивая возможности чуть ли не до единственного точного выстрела.

— Бесполезно, — досадливо сплюнул Штык, переползая к новой позиции.

— Чего вы? Я же попал, — продолжал гнуть свое геймер, потирая зашибленную ногу.

— И что с того, что попал? — вопросом на вопрос ответил Игорь. — С расстояния три сотни метров из винчестера с револьверным патроном в ростовую мишень — это выстрел если не на миллион, то на тысячу точно. Повезло тебе, придурок, вот и весь сказ. Зато теперь у нас нарисовалась настоящая проблема.

— Это верно, — согласился Штык. — Стреляет этот гад на загляденье. Ведет себя грамотно. Место открытое, узкое. Сможет держать нас без проблем.

Они устроились в седловине с куда большим комфортом, чем их противник, но теперь отсюда ни назад, ни вперед. Конечно, можно рвануть в решительную атаку, прикрывая друг друга огнем на подавление. Вот только слишком велик риск понести при этом потери. Чего Игорю откровенно хотелось избежать.

— Вот что, Виталий Александрович, разряди-ка ты винчестер и револьверы.

— Но…

— Помнишь, что я тебе обещал, если ты зарядишь оружие без приказа? Ну и? Мне исполнить свое обещание и пристрелить тебя?

— Но ведь…

— Слушай, придурок, тут тебе не компьютерная игрушка. Нельзя сохраниться, нельзя улететь на респ и возродиться с некоторыми потерями в статах. Здесь не учебный центр и двойки не ставят. Хорошо как прилетит вот сюда, — Игорь с самым равнодушным видом ткнул геймера в лоб, — тогда ты ничего не почувствуешь. И нам хлопот меньше. Но ведь тебя, идиота, могут еще и ранить. А тогда нам мучиться и носить тебя на себе. А оно нам и на хрен не надо. Так что просто разряди оружие и сиди тут молча. Понял?

— П-понял, — растерянно ответил парень, как видно впечатлившийся словами Игоря, произнесенными не столько угрожающим, сколько пренебрежительным тоном.

— Ладно, парни, прохлаждаться нам тут некогда, — обратился Игорь уже ко всем, снимая с себя лохматку.

— Что ты задумал, Шаман? — спросил Док.

— Попробую его обойти.

— Как? Справа голый и крутой склон, на котором просто удержаться — уже проблема. Слева скалы, — усомнился Волк.

— Вот как раз слева и есть вариант, — уже извлекая из рюкзака веревку с «кошкой», обмотанной в кроличьи шкурки, ответил Игорь. — Все. Сидите как мышки. Я постараюсь скоренько. Док, давай со мной, прикроешь, если что. Волк, присматривай за этим, — кивок в сторону новичка.

— Принял.

Используя мертвую зону, Шаман с Доком перебежали влево. Потом, прикрываясь кустарником, все еще сохранившим покрасневшую листву, подобрались к краю скалы.

— Все, Док. Отсюда и будешь следить. Рацию-то прихватил?

— Да.

— Тогда заряжайся. Только смотри, чтобы тебя этот придурок не спалил, — снимая оружейный пояс и пристраивая его через плечо, приказал Игорь.

Лазанье по горам с кобурой револьвера на животе здравой мыслью не назовешь. Тот попросту будет мешать. А вот так, когда «вессон» оказался на спине, а «Гроза» под левой подмышкой, уже вполне приемлемо.

— Не спалит, — заверил Док.

— Все. Я пошел.

Игорь перекинул веревку через ствол небольшого деревца и, укрываясь за уступом, спустился вниз. Метров семь, поэтому веревки, сложенной вдвое, хватило с запасом.

Дальше начался крутой склон, поросший деревьями и кустарником. В маскировке необходимости никакой, поскольку от горца Игоря прекрасно скрывала нависающая скала. Но зато растительность очень удобна в плане передвижения. Вот когда пожалел, что проявил излишнюю бережливость, оставив свои берцы в Невьянске. Здесь и сейчас ребристая подошва очень даже пригодилась бы. Ну да чего теперь-то.

Пока двигался вдоль скалы, не просто измучился, но еще и потерялся в пространстве. Так-то вроде намечал себе ориентир — тело убитого горца. Кстати, снял с него оружейный пояс с выкованным из отличной стали ножом и новеньким капсюльным револьвером. Однако успел вымотаться настолько, что уже ни в чем не был уверен. Н-да. Это называется скоренько. Йолки.

— Док, здесь Шаман.

— Слушаю тебя, Шаман.

— Сориентируй меня по месту.

— Еще метров сто — и выйдешь как раз ему за спину.

— Уверен? — усомнился Игорь.

При этом глянул на место своего спуска, тело горца и постарался воссоздать картину. Он, конечно, потерялся в пространстве и времени, но не настолько же, чтобы так-то промахнуться при наличии вполне себе нормального ориентира.

— Это с запасом. Если он тебя засечет, то мы не сможем тебя прикрыть.

— Принял.

А что тут скажешь, вполне резонно. Хотя даже сотня метров в подобных условиях — то еще удовольствие. Если бы не деревья, благодаря которым он передвигался от ствола к стволу, то пришлось бы цепляться «кошкой» и ножом.

Пройдя намеченное расстояние, начал искать хоть какое-то подобие ровной площадки, чтобы встать более или менее устойчиво. А ведь при этом еще нужно и отделиться от стены. Вот только ничего подходящего не обнаружилось. Пришлось пройти еще метров тридцать. Там как раз имелся выступ скалы, а значит, нет необходимости отодвигаться от каменной стены, достаточно просто чуть не дойти до уступа.

Высота метров десять. Но забросить «кошку» вышло только с третьей попытки. А прочно зацепиться — только с пятой. Закрепил на конце веревки трофейный пояс. Потом достанет. Тащить его с собой на это восхождение — идея не из лучших.

Н-да. Вот в такие моменты Игорь обычно и вспоминал о том, что он верующий. Истово перекрестился, чувствуя, как по спине пробежал будоражащий холодок. Сорвись «кошка», и ему уже будет не до бренности этого мира.

Пока поднимался наверх, успел взмокнуть настолько, что хоть одежду выжимай. Ну и перенервничать. Пару раз ему казалось, что «кошка» оживала и он вот-вот сорвется. Но бог миловал. Обошлось.

Едва добравшись до верха, тут же поспешил вооружиться ножом и вогнал его в каменистую землю в качестве дополнительной страховки. Ну как вогнал. Блестящее лезвие с глухим металлическим стуком вошло в грунт хорошо как сантиметров на пять. А скорее даже меньше. Но уверенности это все же добавило. Как и придало дополнительную опору.

Подтянул тело наверх. Отпустив левой рукой веревку, ухватился за стальную «кошку». Вогнал нож чуть выше. Подтянулся, выдернул двойной крюк из земли и вогнал чуть повыше. При этом не забыв вновь поблагодарить Господа. Перед его взором были две короткие и четкие борозды от острой стали. То есть не показалось. Как минимум однажды «кошка» все же оживала. Едва представив себе последствия, покрылся холодной испариной и даже замер на несколько секунд, наслаждаясь чувством миновавшей опасности и своим устойчивым положением.

— Шаман, здесь Док, — послышался в гарнитуре обеспокоенный голос Овчинина.

— Здесь Шаман, — выдохнул Игорь.

— С тобой все в порядке?

— Теперь да. Просто я тут чуть ни сверзился.

— Ясно. Противника наблюдаешь?

— Нет. Укрыт складкой.

— Тебе до тропы метров тридцать.

— Понял.

Ну а что тут поделаешь. Ничего еще не закончилось. Все только начинается. Помогая себе, а вернее, опираясь на нож и «кошку» с волочащейся за ней веревкой, пополз вверх. Но уже метров через десять склон стал настолько пологим, что необходимость в подручных средствах отпала.

Спрятал клинок в ножны и извлек «смит-вессон». Прикрепил к рукояти стальную проволоку, гнутую в форме приклада, и пополз дальше. Уже метров через пятнадцать поднялся на вершину складки, скрывавшей их с противником друг от друга. Метров сто двадцать. Многовато. Да что там, откровенно много. Даже на сотню метров «вессон» годился только для ростовой мишени. Тут же не наберется даже грудной.

— Док, здесь Шаман.

— Здесь Док.

— Давай к нашим. Скажи Штыку, что относительно вас горец лежит за правым валуном у левого основания. Отвлеките.

— Принял.

Вскоре послышался выстрел берданки и звонкий щелчок пули по камню. Игорь рассмотрел легкое облачко пыли. Горец ожидаемо ответил выстрелом и тут же перекатился, укрываясь за валуном. Очень хотелось верить, что он промахнулся. Уж больно меткий, сволочь, даже несмотря на то, что стреляет с открытого прицела.

Противник перезарядился, сместился вбок и занял новую позицию, контролируя пространство вверх по тропе. Вот и ладушки. После выстрела у тебя слух чуток притупился. А значит, можно работать.

Игорь поднялся на ноги, одновременно взводя курок и впечатывая проволоку приклада в плечо. Затем стелющимся шагом направился к горцу, в готовности открыть по нему огонь. Тот лежит, но находится чуть выше по склону. Темный длиннополый кафтан, отлично выделяющийся на фоне сухой, редкой и полегшей травы.

И все же он что-то такое почувствовал или услышал, когда Игорь был от него уже метрах в семидесяти. Резко обернулся, наводя свою винтовку. Однако Шаман был к этому готов. Едва только тот начал двигаться, как Игорь замер на месте, выцеливая врага, и нажал на спуск. Сразу же пригнулся, без опасения опуская на каменистый грунт свое колено, прикрытое защитой из толстой кожи.

Горец все же выстрелил. Но пуля прожужжала довольно далеко в стороне. Игорь же сразу поднялся на ноги, успев при этом взвести курок. Вновь противник в прицеле. Его сейчас корежит от боли в левом плече, слышится брань. Наконец рука скользнула к револьверу в поясной кобуре. Выстрел! Бородатый мужчина как-то сразу откинулся на спину и, выронив капсюльный кольт, затих.

Выстрел! Пуля с мерзким вжиканьем пронеслась совсем близко от Бородина. Повел стволом вправо, одновременно отводя назад спицу курка и ставя его на боевой взвод. Выстрел! И тут же уход в перекат через правое плечо. Ответная пуля пролетает рядом, но все же мимо. Встал на колено, оружие уже наведено на противника. Готов!

Игорь контролировал второго горца, которого вытащил из-под огня то ли товарищ, то ли родственник. Тот все время сидел, привалившись к камню и не поднимая головы. По всему видать, прилетело ему знатно, и он пребывал без сознания до поры до времени. А потом все же сподобился пару раз пальнуть. И вот теперь опять сидит, уронив голову на грудь.

Игорь приблизился вплотную и провел контроль. Так оно всяко надежнее. Затем двинулся в сторону воина, сваленного новичком, хлопнул и ему в голову контрольным. После поднял руку и помахал товарищам, давая понять, что путь свободен. Ну все. Вроде бы управились. И времени потратили не особо много.

Хотя-а… У них его сейчас вообще нет. Нужно торопиться. А потому Игорь предпочел взобраться в седло и отправился ловить разбежавшихся лошадей. Благо они отбежали недалеко. Всего-то с полкилометра вниз по склону.

К тому моменту, когда он отловил лошадей, все его спутники уже собрались в ложбинке. И Игорь поспешил избавить их от всей поклажи. В том числе и от оружия. Мотивировал это бестолковостью некоего много о себе думающего индивида. Которому тут же, на глазах у всех, качественно и вдумчиво набил морду лица. Правда, обошелся без членовредительства. Убивать или таскать его на своих руках желания не было никакого.

Благодаря появившемуся у них транспорту, отсутствию поклажи у новичков и отсутствию к ним жалости у старожилов удалось значительно ускориться. Вымотались, не без того. Но к закату без приключений все же достигли заставы у Рудного. Начальник поспешил отстучать телеграмму в управление службы безопасности и получил ответ, что транспорт за прибывшими выслан. Правда, для этого Игорю пришлось напустить туману о чрезвычайной срочности и важности. Ну да цель оправдывает средства. Вот некогда ему прохлаждаться в Рудном, и все тут.

— Так, Волк, Ворот, у нас есть около часа. Может, чуть больше, — выходя на крыльцо канцелярии заставы, обратился Игорь к парням. — Забирайте лошадей, определите их в поселке у кого-нибудь на постой и бегом обратно. И этого буратину с собой прихватите, чтобы хозяин дома точно знал, какую именно лошадку и кому нужно будет отдать. Я ему сопли подтирать не нанимался. Дальше сам будет разбираться.

— Сделаем, — заверил Волк и на пару с товарищем отправился выполнять распоряжение…

В Невьянск, как и предполагал Игорь, они добрались через два с небольшим часа. Сказать, что Шаман и его люди валились с ног, это не сказать ничего. А потому без труда удалось избежать обязаловки в виде написания отчета о проделанной работе. Правда…

— Я не понял, Бородин, это что было? Вы тут шлете телеграмму о сведениях чрезвычайной важности. Я на ночь глядя высылаю к вам машину. А на выходе…

— Ну, знаете ли! — возмутился Игорь. — Возможность постройки самолетов и как следствие создания военно-воздушных сил никак не назовешь мелочью. Да мне в пупок не уперлось таскать на своих плечах подобную ответственность. Вот передал вам с рук на руки, теперь пускай у вас штаны преют.

— Н-да. А ничего, что начальник заставы является офицером службы безопасности и вы могли передать всех пленников ему?

— Мог, — согласился Игорь. — Но вам как-то надежней.

— Ладно. Что-то еще?

— Валентин Николаевич, сообщите, пожалуйста, прямо сейчас на городские заставы, что нас теперь можно выпускать.

— Вы куда-то собрались? — искренне удивился Котов.

— Может, да, может, нет, но тот факт, что кто-то ограничивает мою свободу передвижения, откровенно раздражает.

— Это не ответ.

— Скажем так, у меня есть кое-какие дела личного характера. Насколько мне известно, Невьянск не на военном положении, а мы не совершили ничего…

— Все. Стоп. Я вас понял. Только это так быстро не делается, — доставая из ящика стола какой-то бланк и заполняя пропечатанные графы, пояснил безопасник. — Держите, это пропуск на сутки, начиная с этого часа. Завтра к обеду все ограничения уже будут сняты.

— Спасибо.

— Спасибо не хрустит.

— В смысле?

— До завтрашнего вечера отчет должен быть у меня на столе.

— Ага. Будет, — с самым искренним видом пообещал Игорь, точно зная, что он это проигнорирует.

Простившись с капитаном, поспешил на выход. Уж очень многое нужно успеть, а времени откровенно мало. Да что там, он сейчас находится в самом настоящем цейтноте. Одну проблему с себя сбросил. Теперь остается другая. Кукловоды. Нужно с ними что-то решать. И времени все меньше и меньше. Каждая минута на счету.

— Товарищ лейтенант, что тут вообще творится! Разберитесь, пожалуйста! — послышался возмущенный голос одного из спасенных мужчин.

— Это наши трофеи! — тут же поддержал его Виталик, ощупывая знатно распухший глаз.

Игорь остановился на крыльце и тяжело вздохнул. Вот нет у него желания разбираться со всем этим дерьмом. Еще по пути в управу прибывшие остановились перед домом Алины и побросали во дворе все ранцы и винчестеры. Бородин наказал Хане, невесте Волкова, чтобы прибрала. Подвал дома Алины уже давно стал арсеналом их команды.

Исключение составили вещи этого самого Кошкина Виталия Александровича. Берданка, капсюльный кольт и весьма приличный нож были трофеями вечно недовольного заядлого геймера. Можно было бы и это прибрать за его дурость и подставу, но Бородин не стал мелочиться. Что с бою взято, то свято.

При разгрузке народ малость побурчал, но особо не возмущался. Как видно, предположили, что незачем тащиться со всем барахлом в управление службы безопасности. А тут до них, похоже, дошла вся несуразность ситуации ввиду наличия оружия у Кошкина.

— Тихо, товарищи. Успокойтесь, — подняв руки в умиротворительном жесте, произнес Ерохин. — Игорь, чего они галдят? — приметив Бородина, спросил он.

— Когда уходили с фактории, прихватили кое-что по малости, ну и вынесли на них. А они решили, что это их трофеи, — отмахнулся Шаман, не желая тратить драгоценное время на ерунду, предоставляя Ерохину удовольствие лично пообщаться с освобожденными.

После конторы, не заходя домой, вместе со Штыком сразу же направились к Соболеву. Некогда. Нужно раскочегаривать «Ниву» и выдвигаться. Ворота отправил в общежитие собирать в путь-дорожку Саню. Настя и Док должны были пополнить продовольственные запасы. Волка домой, собирать имущество группы. Так, к примеру, все спальные мешки хранились в арсенале. Людям не помешает хотя бы одна ночевка в относительном комфорте. Не железные…

Хм. Оказывается, Котов вовсе не собирался пускать дела на самотек. Буквально в день отбытия группы семейство Соболевых навестила бригада «скорой помощи» и препроводила раненого Руля в госпиталь. Но, как утверждала Милита, жена Артема, с ним все в порядке. Просто под присмотром врачей ему будет лучше.

И к чему Котову проявлять такую заботу? Нет, ясное дело, что госпиталь куда надежней лечения на дому. Мало ли какие могут возникнуть осложнения. Но вот странно это, и все тут. Впрочем, сейчас не до разгадывания ребусов.

Пока генератор вырабатывал газ, установили «гатлинг», который жил у Руля, чтобы каждый раз не нырять в арсенал. Пристроили прицеп. Ну и под возмущенным взглядом Милиты забрали одежду, снаряжение и оружие Артема. В конце концов, он не под арестом и выписаться из госпиталя вполне может сам. Тем более что Док не видел в ране ничего страшного.

— Ну ты как, Руль? — встретил Игорь парня на выходе из госпиталя.

— Нормально, — прихрамывая и опираясь на палку, ответил Артем. — Правда, не уверен, что готов управлять авто.

— Извини, дружище. Так уж легла карта. И времени у нас в обрез, и людей не хватает.

— Да уж понял, — устраиваясь на переднем сиденье рядом с Шаманом, ответил Руль.

Едва с удобством пристроил раненую ногу, как Бородин вдавил акселератор. «Нива» плавно тронулась с места, увлекая за собой и прицеп. Пора прокатиться по городу и собрать весь народ.

— Руль, ты чего это глаза трешь? — удивился Игорь, наблюдая за тем, как тот утирается платком.

Раньше как-то не замечал, чтобы у того слезились глаза. Разве что при очень сильном ветре. Но это у всех так. Сейчас же тихо, и едут они не так быстро, чтобы высекало слезу.

— Аллергия на какую-то хрень. В глаза словно песка сыпанули. Сегодня уже полегче. А как говорит врач, завтра уже и вовсе будет порядок. Да там, считай, у всех одно и то же. Доктора только пожимают плечами, никак не получается выяснить, что это. Одна радость — явление временное. Наверное, глаза адаптируются. Ну и капли помогают.

— И что, поголовно у всех?

— Нет. На соседней койке лежал мужик с аппендиксом, так с него как с гуся вода.

— Н-да. Знакомый симптомчик.

— Ты это о чем?

— Знать бы еще о чем, Артем, так мне и вовсе цены не было бы.

— Ладно. А куда мы?

— По кукловодам появились кое-какие подвижки.

— И?

— На тебе транспорт. Остальные, даже новичок Саня, идут со мной в горы. Извини, знаю, что до выздоровления тебе еще далеко. Но отогнать машину в Рудный и дождаться там нашего возвращения ты сможешь.

— Добро, — легко согласился Руль, как видно совсем закисший на больничной койке.

Сначала подобрали Настю с Доком. Был в городе магазинчик, где можно отовариться в любое время суток. Потом навестили дом Алины, где приняли на борт Волка с барахлом.

Не обошлось и без беседы с недовольной девушкой. Да оно и понятно. Уж сколько времени Бородин мотается как заведенный, дома ему не сидится. То одно, то другое, то третье. Но, несмотря на недовольство, Алина все же отнеслась к этому с пониманием. Игорь подозревал, что эта легкость, скорее всего, вызвана близостью Насти с Воротом. Что бы там ни было, все на пользу.

Последними загрузили в прицеп Ворота и Саню. Ворот порывался занять место у турели, ну и рядом с Настей. Но Док, Волк и Штык дружными пинками погнали его в прицеп. Им на машине в Дикие земли не выезжать, а на заднем сиденье и так тесно. Так что перетопчется.

Парень попытался было увлечь с собой подругу. Но та со смехом отвергла предложение. Мол, с милым рай и в шалаше, это бесспорно, а вот насчет прицепа народная молва ничегошеньки не говорит. Вороту осталось только горестно вздохнуть и устроиться с молодым.

Н-да. Маловата кольчужка. Но и «Антилопу» не оседлаешь. То, что несколько дней стоит сухая погода, ни о чем не говорит. Дождь может зарядить в любой момент, а тогда уж грузовичок превратится в обузу. Может, понадобится прокатиться по предгорьям или даже сунуться в горы. И тут уж без вездехода никак. А вообще, средства у группы должны появиться изрядные. Надо бы озаботиться КАЗом. Грузовой внедорожник для них не будет лишним в любом случае. И даже наоборот, он и «Нива» очень дополнят друг друга.

Когда добрались до границы княжества, на часах было уже одиннадцать ночи. Не сказать, что так уж поздно. Но не по местным реалиям. Здесь принято рано ложиться спать. Телевидения нет, читать же книги во тьме, даже при наличии ацетиленового освещения, не больно-то охота.

На ночевку встали в небольшом, поросшем кустарником овраге к востоку от Рудного. Авантюра чистой воды. С местностью практически не знакомы и ориентируются исключительно по карте. Но они сейчас могут рассчитывать только на скорость и внезапность.

— Шаман, а тебе не кажется, что отправлять Руля в Рудный неразумно? — по обыкновению поднявшись вместе с Игорем в собачью вахту и готовя завтрак, заговорила Настя.

Все как всегда. Ворот хотел помочь подруге, но Игорь отмахнулся от подобного предложения. Боец должен использовать малейшую возможность для отдыха. Он даже не стал ставить их в одну смену на дежурство. Мало ли чем будут заняты их мысли на посту.

— Еще как кажется. В идеале я не хочу давать Котову ни малейшей ниточки к происходящему. И тем более если наши выводы верны и он реально является агентом кукловодов. Но, боюсь, иного выхода у нас попросту нет. Любой другой вариант оставляет нас без транспорта.

— А ты уверен, что он нам понадобится?

— Я не уверен, что он нам не понадобится, — делая ударение на «не», ответил Игорь. — А так шансы на то, что контора начнет отслеживать нас, все же не так велики. Ну мало ли по какой надобности мы можем убыть из города. Практика показывает, что для нас это вполне обычное явление.

— Но если Котов все же связан с кукловодами, то может заподозрить неладное, коль скоро мы ошиваемся у Рудного.

— Во-первых, отсюда до базы кукловодов слишком далеко. Удаление в пятнадцать километров сложно назвать окрестностями базы. Станица Предгорная куда поближе. Во-вторых, я не уверен, что он знает, где именно находится эта база. На месте кукловодов я бы не стал его посвящать. Просто из предосторожности. Ну и в-третьих, они пока еще не знают о погибшей группе. По идее, следуя за нами, они должны были встать на ночевку в горах.

— А не лучше ли было сразу отправиться к базе?

— Нет. Сейчас главное — доставшаяся нам электроника. Посуди сама. У тебя вагон и маленькая тележка различной следящей аппаратуры. Неужели ты не выделишь часть ее на охрану периметра? Рабочий ноутбук подарит нам шанс компенсировать хотя бы часть их преимущества.

— Пожалуй, твоя правда. Завтрак готов. Пора будить народ.

Люди поднимались с явной неохотой и сожалением. Что и говорить, сон в спальном мешке — это не совсем одно и то же, что без него. Но все же комфорт относительный. И уж тем более при минусовой температуре, с инеем на траве и ветвях.

Однако запах горячей каши вселял оптимизм. Причем это были не консервы, а нормальная каша со свежим мясом. Да еще и горячий, крепкий кофе. Ох, не все способны по достоинству оценить такие маленькие радости жизни.

После завтрака Руль выгнал из оврага «Ниву» и взял курс на Рудный. Впрочем, не в сам поселок. Как минимум до обеда ему предстояло простоять на дороге в предместьях. И только после полудня въехать в Рудный и устроиться в гостинице.

Территория княжества считалась вполне безопасной, и уж тем более его дороги. Так что опасность минимальна. Группа же получала изрядную фору по времени. От места стоянки до тайника как минимум два часа ходу. Некий задел им никак не помешает…

Двигались споро. Кроме оружия, боеприпасов, пары банок консервов, сухарей и фляги с водой, их ничто не отягощало. В сравнении с прошлым их выходом небо и земля. Так что у тайника они были даже раньше намеченного срока. А вот на месте их ожидало разочарование.

— Без шансов, — вздохнув, помотал головой Сашка.

— А теперь толком скажи, что не так? Ты ведь даже не открыл его, — скрежетнув зубами, сказал Игорь.

— Пока лучше и не пытаться, — ответил парень, нянча и оглаживая у себя на коленях десятикилограммовый ноутбук в алюминиевом корпусе. — Это военный образец, — пояснил он. — Можно бросать, ронять, трясти, топить. Начинка, скорее всего, так себе, ничего особенного. Средненький такой ноут. Но физическая защита на высоте. Работа в автономном режиме четыре часа. Множество портов для различной навески. Подзарядка осуществляется вот этими складными солнечными панелями.

— И в чем проблема? Боишься, что мы начнем дубасить по нему прикладами? — сыронизировал Игорь.

— Вот. — Парень указал на стеклянное окошечко, очень похожее на веб-камеру.

Такие есть на всех ноутбуках. Вот только там они находятся изнутри, над экраном. И размерами вроде как поскромнее.

— Ну камера. И что с того? — вздернул бровь Игорь.

— Судя по твоим рассказам о том, что в службу безопасности попадали выжженные потроха, это первая ступень защиты. Камера сканирует либо отпечаток пальца, либо сетчатки глаза, а может, и то и другое. Возможно, при этом учитывается и температура объекта сканирования. Кроме того вот — видишь рядом с камерой дырочку?

— Ну, — заметив небольшое отверстие диаметром не больше миллиметра, подтвердил Игорь.

— Предполагаю, что это микрофон. А тогда тут еще и голос нужен. Как и условная фраза. Если его просто открыть, сработает защита. В зависимости от того, на что она рассчитана. Лично я бы кроме выжигания информации еще и полкило взрывчатки внутри упрятал. Для его веса это некритично. Правда, из прошлого опыта следует, что взрывчатки тут все же нет.

— То есть ты бессилен?

— Если бы речь шла о банальном взломе компа, то я еще мог бы попытаться. Даже при отсутствии специальных программ. Но вот такую простую, как молоток, защиту не обойти.

— Вообще без вариантов?

— Варианты есть. Но чтобы сломать ему мозги в подобной ситуации, нужен другой ноут. А его у меня нет.

— Значит, глухо, как в танке, и бесполезно.

— Не совсем, — по привычке извлекая очки и протирая их салфеткой, уточнил парень.

— Излагай.

— Если удастся захватить хотя бы одного пленного, то я готов утверждать с вероятностью до девяноста процентов, что мы получим доступ к ноуту. Суди сам, кукловоды постоянно рискуют и могут погибнуть. С гибелью имеющего допуск вся имеющаяся информация оказывается под угрозой уничтожения. Извлечь ее оттуда и спасти электронику будет возможно, но не без определенных трудностей. А к чему все усложнять, если можно предоставить доступ всем членам группы. Сколько их всего получается, тринадцать? Вот их параметры и загнать в систему распознавания.

— Хм. Значит, говоришь, нужен язык.

— Именно.

— А можешь что-нибудь предложить, чтобы обойти электронных сторожей периметра базы?

— Исходя из уровня обнаруженной нами электроники, могу предположить, какая именно будет использована система сигнализации и наблюдения. Соответственно, и как ее обойти. Вот только способов обнаружения, кроме визуального… — Парень отрицательно покачал головой.

— Хорошо. А что с радиостанцией? — указывая на носимую радиостанцию, которую они даже не включали, спросил Игорь.

— На вид ничего особенного. Но лучше бы все же уточнить. Просто если она синхронизирована с ноутом на передачу данных, то возможны разные нехорошие варианты. Я бы не спешил ею пользоваться.

— Ладно. Будем решать проблемы по мере их поступления. Грузимся трофеями и двигаем к нашему оврагу. Волк, со мной в передовом дозоре. Пошевеливаемся, парни. Может, даже еще успеем прихватить Руля на дороге. Чтобы он нас подбросил поближе к месту.

Все опять упирается в базу кукловодов. У отряда по-прежнему множество вопросов и ни одного козыря. Разве что внезапность и неведение противника относительно судьбы товарищей. Остается лишь с максимальной выгодой разыграть эту карту.

Ну что тут скажешь, устроились с удобством. А главное, сколько трудов в это вложено, просто мрак. Но ничего, управились. Пусть и не все здание отремонтировали, тем не менее получилось достаточно добротно. Только вот интересно, они сами все это мастерили или все же рабочих привлекали?

Под базу кукловоды выбрали бывшую дворянскую усадьбу. Некогда представительное одноэтажное здание было построено на славу из качественных материалов. И содержалось до всеобщего Армагеддона исправно. Ничем иным объяснить то обстоятельство, что кровля устояла на всем большом здании, просто нельзя.

Вот высокие арочные окна не выдержали атаки времени. Дожди, снега и солнце сделали свое дело, подточив дерево. Та же картина с дверями. Ну и дальше наверняка влага забралась в помещения, уничтожив все, что подвержено гниению.

Здание усадьбы представляет собой букву «П» со сторонами примерно двадцать метров. Наружные окна замурованы, судя по всему, все тем же вездесущим саманом. В верхней части, в арках, имеются отверстия бойниц. Игорь рассмотрел их без особого труда благодаря пятидесятикратному биноклю. Нашелся таковой у кукловодов. Отличная вещь.

Постройка старинная, да еще и на мощном фундаменте. Наверняка внизу по обыкновению подвал с каменными сводами. Стены высокие. От земли метров пять, никак не меньше, и сами окна метра по три. Да толщина стен такая, что и крупнокалиберный пулемет не возьмет. Ну чисто крепость. Штурмовать без артиллерии нечего и думать. Причем речь вовсе не о пушчонке, что уютно пристроилась на газоне перед домом Алины.

Над поперечной палкой «П» возвышается башенка. Вот там точно все должно было сгнить. Но, очевидно, восстановили, коль скоро ее окна тоже замурованы и имеют бойницы. К гадалке не ходить, там пулеметная точка. Ну и наблюдательный пост.

Внутри между крыльями здания получился довольно просторный двор. Он перекрыт глухим забором. Камень или плетень, обмазанный глиной, не разобрать. Но выглядит внушительно. Железные ворота с калиткой в одной из створок. Игорь занял позицию как раз напротив них.

Обзор так себе. Удается рассмотреть хорошо как треть двора. Даже бинокль на колокольне старинной церкви на холме не больно-то помогает. Вот если бы чуть поближе, а не с расстояния в полтора километра… Тогда совсем другое дело. Но ближе подходить крайне нежелательно. Там вполне может быть понатыкана аппаратура слежения.

Во дворе видна парочка невьянских автомобилей, «Нива» и грузовой КАЗ. Богато живут. И получается, время от времени катаются в Невьянск, чтобы развеяться. Хм. Вообще-то легализация им необходима. Нужно же как-то вербовать агентов из числа местных. Так что однозначно катаются. И в службе безопасности о них знают.

Подозрений в отношении конторы у Игоря с товарищами все больше и больше. Но вот с фактами пока так себе. Понятно, что никто не собирается обращаться в суд. Но ведь даже для собственной уверенности сведений слишком мало. Да, многое сходится на Котове. С другой стороны, это может происходить и по причине вмешательства кукловодов. Так что предположения — да. А вот для окончательного вывода сведений все еще недостаточно.

Итак. Несмотря на наличие деревьев, подходы к усадьбе просматриваются хорошо. А все потому, что на расстоянии порядка полутораста-двухсот метров обитатели базы повывели весь кустарник. Проредили деревья, а на оставшихся срубили низкие ветви. Получилось вроде как и не пустое пространство, и в то же время особо укрыться негде.

Трава и бурьян высокие. Вот только нужно быть идиотом, чтобы пытаться подкрасться через эти заросли. Наверняка там мин понатыкано, как у дурака махорки. Во-первых, здесь это повсеместная практика в той или иной вариации. А иначе этот подарок для лазутчиков уже выкосили бы. Но ты поди наведи порядок, если там сплошные смертоносные сюрпризы. Во-вторых, несомненно, присутствуют как датчики движения, так и камеры. Мало ли какой уникум может попасться, так что перестраховаться совсем не помешает.

Кстати, Игорь с товарищами убили целый час, пока обследовали этот холм и развалины церкви на всевозможные закладки. Все же самое удобное место для наблюдения за этой своеобразной крепостцой с более или менее безопасного расстояния. Но обошлось. Похоже, удаление в полтора километра сыграло свою роль.

— Шаман, смена, — послышался снизу голос Волка, висящего на веревке.

Игорь согласно кивнул. Подвесил бинокль на старый, изрядно проржавленный крюк, за какой-то надобностью вбитый в каменную кладку. После чего скользнул вниз по другой веревке. Площадка здесь была совсем маленькой. А по сути, всего лишь карниз, на котором мог поместиться только один человек. Наблюдатели менялись каждый час, чтобы и отдохнуть можно было, и взгляд не замыливался.

Подошвы мягко ударили по каменному полу второго яруса, являвшегося сводчатым потолком первого. Едва почувствовал под ногами твердь, как тут же присел и переглянулся с Григорием, устроившимся тут в боевом охранении. С колокольни ведется наблюдение только за усадьбой. А вот их лагерь охраняет уже отдельный человек.

Прошел к дыре в полу, где обнаружилась винтовая каменная лестница. Она прекрасно сохранилась, несмотря на полтора века забвения. Спустился на первый этаж, заросший бурьяном, который они уже успели изрядно повытоптать.

— Ну и что там? — встретила его Настя.

— Без изменений, — ответил Игорь.

При этом взгляд скользнул в сторону пустой глазницы в виде высокой и узкой арки. Если судить по современным храмам, там в свое время был витраж. Сегодня же ничего. Только миновавшее полуденный зенит солнце.

Как и предполагали, Руля они застали еще на дороге. Погрузились в авто и направились к участку границы княжества, максимально приближенному к нужной им пустоши. Там с Соболевым пришлось расстаться.

Из-за раны он не мог участвовать в деле. Надобность в автомобиле как бы отпадала, как и в здоровенном «гатлинге». Если что, у них есть РПК. А вот Рулю следовало вернуться в Невьянск и ждать новостей. Конечно, станица Предгорная будет поближе, но Игорь не хотел обозначать район местоположения группы. Мало ли как оно все обернется. А так, чем меньше знает контора, тем спокойней.

От границы пошли, нагрузившись, подобно мулам. Тут и рюкзаки, набитые под завязку, и все трофеи, взятые с кукловодов. Даже спальники прихватили, потому как понятия не имели, сколько продлятся их мытарства. Идти предстояло не особо далеко. Всего-то около семи километров. Но намучились изрядно.

Пустошь оказалась внушительных размеров. По площади вполне сопоставима с Невьянском. Раньше тут был город Долотама. Причем не такой уж и маленький в понимании талосцев прежних времен. Хорошо хоть не пришлось мучиться с поисками базы.

Игорь просто повел группу к поросшему деревьями холму, над которым возвышалась колокольня старинной церкви. Ну должно же обитаемое человеческое жилье хоть как-то обозначить себя в этом мертвом месте. Хотя-а… Насчет мертвого — это все же ерунда. Необитаемом — да. А насчет остального… Им повстречалась семья оленей, бросившаяся в бега при виде людей, пара белок, хватало птиц. Ну и собачий помет попался на глаза. Причем не сказать, что такой уж застарелый.

Заразу подцепить члены отряда не боялись. Пустоши близ границ княжества считались безопасными, так как были уже давно и основательно обследованы. Шансы нарваться на неприятности с этой стороны сведены к самому минимуму. К тому же лазить по подвалам они не собирались.

Едва взобравшись на колокольню, Игорь практически сразу обнаружил искомое. Правда, пришлось срочно менять позицию, перемещаясь по карнизу и надеясь на то, что наблюдатель все же не рассмотрел человеческую фигуру. Зато, укрывшись за простенком, удалось заполучить отличный наблюдательный пункт.

— Игорь Юрьевич… Кхм. Шаман, а может, все же включим радиостанцию и послушаем эфир? — предложил Саня.

Парню было как-то неловко обращаться к Бородину по позывному, и он все время скатывался к имени-отчеству. Ничего. Еще попривыкнет.

— Вирус, ты можешь поручиться, что радиостанция и ноут не синхронизированы? Что, включив хотя бы один элемент, мы не запустим процесс самоуничтожения всей системы?

— Просто я подумал, что мы ведь все одно собираемся штурмовать базу, а там наверняка найдется не один комп. Поэтому риск вполне оправдан. Перехватив в эфире хоть какие-то сигналы, мы получим мало-мальскую информацию, а не будем тыкаться, как слепые котята.

— Спасибо. Я оценил. Но мы все же воздержимся. Признаться, не представляю, как нам брать эту твердыню без артиллерии. Да и прямой штурм мы явно не потянем. Это не местные аборигены, для которых наши методы зачистки помещений — настоящее откровение. Кукловоды явно одной с нами крови. И коль скоро бродят по горам тройками, то чего-то да стоят в этой жизни.

— И что будем делать? — спросила Настя.

— Ждать. Сейчас они, скорее всего, пытаются связаться с группой по радио. А вот завтра наверняка соберутся на поиски.

— Искать иголку в стоге сена? — усомнилась девушка.

— Не такой уж большой стог получается, — покачал головой Игорь. — Маршрут им известен. И в сторону там особо не свернешь. Взять их без боя нереально. Поэтому следы столкновения останутся однозначно. Ничего невозможного в том, чтобы отыскать концы, лично я не вижу.

— Только в этом случае мы все делаем неправильно, — нахмурилась Настя. — Они будут выдвигаться на юго-запад. Наша же стоянка к северу.

— Верно. И поэтому нам нужно хорошенько подумать, как половчее их перехватить.

— Да ерунда все это, Шаман, — тряхнув головой, после недолгого раздумья возразил Сашка.

— В смысле?

— Ну зачем им посылать группу, если они могут запустить тот же беспилотник? Вот сколько он может висеть в воздухе без дозаправки? — глянул парень на Игоря.

— Часов пятнадцать, — задумчиво ответил тот. — Поднимается на высоту нескольких километров.

— Ну вот. И при таких затратах на это шоу не озаботиться армейским беспилотником? — не поверил Вирус.

— Погоди. Но тогда получается, он и связь может обеспечивать, — насторожилась Настя.

— Их радиостанция была выключена, — напомнил Бородин. — И потом, что тот беспилотник рассмотрит среди деревьев? Да ничего. Толку от него ноль, — словно успокаивая самого себя, заключил он.

— Это если кукловодам не вживляют какие-нибудь маяки с телеметрией, — вновь возразил Саня. — Но если это и не так, то при минимальной доводке наших трофейных радиостанций они будут как маяки, даже если их выключить.

Игорь переглянулся с Настей и на ее немой вопрос отрицательно покачал головой:

— Если бы они засекли гибель группы, то уже добрались бы до наших в Невьянске… Ох, йо-о!!! Волк, вниз!!! К бою!!!

Выкрикивая команды, сам Шаман подхватил «Вал» и бросился к южному входному проему. Настя отстала от него ненамного, кинувшись к северному. Штык и Док в недоумении переглянулись, потом глянули на Сашку и наконец сообразили, что им нужно занимать места согласно боевому расчету.

Док устремился к пролому в западной стене. Восточная была практически глухой. Если только не считать арочных окон на высоте примерно двух с половиной метров.

Впрочем, сложно как-то определять, где и какая стена. Это православные храмы строятся в форме креста. Здешние имеют форму круга и больше походят на башни вроде кремлевских. И так же перегораживаются алтарем, от которого за прошедшие полтора века не осталось и следа. За ним обычно располагалась винтовая каменная лестница, ведущая на второй ярус и далее на колокольню.

Именно к ней Штык и побежал. Сверху открывался куда лучший сектор для его СВД. Игорь не мудрствуя лукаво вручил ему винтовку, а сам вооружился «Валом», благо в рюкзаке убитого обнаружился солидный боекомплект.

Практически одновременно с прозвучавшей командой с севера гулко и весомо заговорил ПК. В ответ послышалась трескотня РПК Ворота, а пару секунд спустя — и автомата. Волк, не раздумывая ни мгновения, скользнул вниз по веревке. Что, собственно, и спасло ему жизнь. Ворот же сориентировался со свойственной ему быстротой и хладнокровием. Впрочем, Волк поспешил к нему присоединиться. Не подкачала и Настя, вплетая в начинающуюся какофонию боя голос своего винчестера.

Костяк группы составляли не новички этого мира. Застать их врасплох, конечно, возможно, не без того. Но вот чтобы заставить их растеряться, потребуется что-то более весомое, чем пулеметный обстрел.

Едва мелькнула эта мысль, как лесок примерно в сотне метров к северу от церкви буквально взорвался автоматными очередями, поддержанными ПК. По кирпичной стене ударили пули, высекая из нее красноватые фонтанчики кирпичной крошки и облачка пыли.

Часть пуль пролетела в дверной проем. Некоторые из них рикошетировали от стен. Саня, единственный необстрелянный член команды, в растерянности замерший на прежнем месте, вдруг переломился пополам и сунулся лицом в траву. Затем перевернулся на бок и медленно подтянул ноги, скрутившись в рогалик. Вирусу не повезло поймать в живот одну из пуль, ушедшую в рикошет и доставшую его в мертвой зоне.

Правда, Игорь ничего этого не видел. Он вел ответный огонь, огрызаясь хлопками коротких двоек. Весьма несолидно на фоне автоматной трескотни и грохота пулеметов. И не больно-то эффективно. Противник оказался достаточно подготовленным, а огонь на подавление — весьма плотным. Поэтому уже после трех двоек Игорь был вынужден укрыться за стеной.

С небольшим запозданием, но зато одна за другой рванули четыре гранаты. И как-то уж совсем громко и весомо для обычного ВОГа[4]. Причем настолько, что даже в ушах зазвенело. А ведь рвануло снаружи. Светошумовые? Вот уж с чем Игорь не стал бы заморачиваться, так это с попытками захватить его группу живьем. И уж тем более после того, как кукловоды воочию видели, на что они способны.

А вот эти три разрыва на втором ярусе звучат уже куда менее внушительно. ВОГи, без капли сомнения. Игорю неоднократно доводилось стрелять ими в армии. Решили подавить стрелков наверху? Правильно, по сути.

Мысли в голове неслись вскачь. Итак, что получается. Церквушка стояла на пятачке, поросшем травой и бурьяном. До ближайших деревьев не меньше сотни метров. Имеется два входа. Одна из групп, скорее всего, пара снайпер — пулеметчик, перекрывает пути отхода на север. Другая группа, штурмовая, подходит с севера. Но Игорь поднял тревогу раньше, и первые в попытке достать открытого Волка начали огонь раньше. Вторые чуть припоздали с выходом на линию атаки.

Но если он прав и вторая группа штурмовая, а именно на это указывает ее более многочисленный состав, то пулемет и гранатомет сейчас попросту прикрывают штурм. В подтверждение этого Бородин заметил, как пространство между церквушкой и зарослями затягивает белесая пелена дымовой завесы.

Твою же ж мать! Игорь перекатился на живот и одной непрерывной очередью высадил остаток магазина, посылая пули веером перед собой.

— Док, сюда! Гранаты к бою. Ворот, северная сторона!

Они изначально не собирались использовать радиостанции. Сейчас же, будучи уверенными в том, что эфир слушается, так и подавно не станут этого делать.

Быстрая смена магазина. И вновь он опорожнил его единым махом. Рванул из разгрузки гранату и, выдернув кольцо, забросил ее куда-то перед собой. Следом полетела граната Дока, и сразу два выстрела из винчестера. В белый свет как в копейку. Но хоть так. Не камикадзе же там, в самом-то деле. Пара винтовочных выстрелов сверху. Но куда именно бьет Штык, непонятно. Видимо, старается достать противника на севере.

Два гулких взрыва. Сверху донеслась длинная очередь из РПК Ворота. И вновь заговорил пулемет кукловодов, поддержанный автоматной трескотней. Игорь сменил магазин и, поставив переводчик на одиночный огонь, отстучал все двадцать патронов, пуская пули веером где-то на уровне груди. Пусть его выстрелы никто не услышит. Но свист пролетевшей рядом пули не может остаться незамеченным.

И тут он различил нарастающий рев и треск. Что-то до боли знакомое. Но вот что? Обстрел с юга как-то разом прекратился. И вдруг сквозь пелену дымовой завесы он приметил огненные всполохи. Есть шанс! Как видно, эти ребятки имели неплохой боевой опыт, но понятия не имели, как нужно вести себя в сухой степи. А там даже непотушенные окурки бросать нежелательно.

Вообще-то непонятно, как ВОГи подожгли траву. Впрочем, это вполне могли сделать и их гранаты РГ с начинкой из алюминиевых опилок. Как бы то ни было, это случилось. И набирающий силу огненный вал, поддержанный сильным северным ветром, устремился на юг, все время расширяя свой фронт. Оказаться на пути вот этого ревущего пламени мысль не из лучших. Да, трава. Да, она прогорает быстро. Но этого может оказаться более чем достаточно, чтобы отправиться прямиком на тот свет.

Кроме того, пламя двигалось и против ветра. Правда, с куда меньшей скоростью, но от этого не менее неумолимо. Игорь быстро выглянул в северную дверь, засек, откуда именно бил пулемет, и тут же поспешил укрыться обратно. Итак, эти в полной безопасности. Позицию себе облюбовали на более высоком противоположном берегу ручья, впадающего в речку, огибающую холм метрах в ста пятидесяти от церкви.

Ветер от них. А значит, ни одну искру к ним не перенесет. Дым, конечно, доставит некоторые неудобства. Но… Хм. Дым! При таком ветре их доморощенные дымовые гранаты попросту бесполезны. Нужно запалить минимум пару десятков, чтобы хоть как-то прикрыться. Да и то завеса получится только на расстояние броска. А вот горящий бурьян — это совсем другое дело. Разве что нужно торопиться.

В церквушке уже трудно дышать. Но все за то, что долго это не продлится. А потому лучше перетерпеть. Сразу же на ум пришли солдаты гарнизона фактории, не выдержавшие задымления и бросившиеся прямо под пули. Повторять чужие ошибки категорически не хотелось. Тем более когда вполне осознаешь, что это временно и нужно только перетерпеть.

— Волк, ко мне! — позвал Игорь, превозмогая кашель и сдергивая большой шейный платок.

— Гранатой посекло! — послышался ответ Григория.

При этих словах Игорь явственно увидел облегчение во взгляде девушки. Что ни говори, а она обладала цельной натурой и просто так сходиться с мужчиной не стала бы. Как тогда она сказала: «Лучше уж ни с кем, чем вместе с кем попало». Да, в этом была вся Настя.

— Док, давай наверх. Там и держитесь. Передай Вороту, что он за старшего.

— Но… — Овчинин скосил взгляд на Сашку.

Паренек все еще был жив и время от времени сучил ногами. Вот только некогда Игорю заниматься раненым. Поэтому он только отрицательно покачал головой и сделал выразительный жест, мол, сам давай. Док прекрасно его понял и, согласно кивнув, забросил винчестер за спину. Потом склонился над Сашкой и, подхватив его на руки, направился к лестнице.

Оно бы, конечно, на первом этаже куда надежнее. Стены здесь что у твоего дота. Но зато бойниц как таковых для ведения огня нет. Возможно, в старину высокие окна и предназначались для обороны, а по периметру шел балкон с балюстрадой. Ясное дело, деревянный, и напора времени он не выдержал. Так что единственное место, откуда можно обороняться, — это второй этаж. Ну и дышать должно быть полегче.

— Настя, за мной! — повязывая на лицо платок, обильно смоченный водой, приказал Игорь.

Объяснять, что именно он задумал, попросту некогда. Сейчас нужно действовать. Причем очень и очень быстро. Шаман подбежал к пролому на западе и разом перемахнул через него. Настя, не обладавшая его ростом, чуть замешкалась. Но вскоре приземлилась рядом, взбив облачко пепла. И вдохнув горячего, дымного воздуха сквозь смоченную бандану, повязанную на лицо.

Удовольствие ниже среднего, горло дерет настолько сильно, что так и подмывает закашляться. Казалось, мокрый платок, облепивший рот, не помогает справиться с этим, а совсем даже наоборот, препятствует прохождению воздуха. Обманчивое ощущение. Но от того не легче.

— Винчестер оставь. Держи. — Он протянул ей «Гюрзу» с навинченным глушителем и запасными магазинами.

Намереваясь атаковать кукловодов, Игорь вовсе не собирался стесняться в применении земного оружия. Еще чего не хватало. Нужно использовать любую возможность, позволяющую уравнять их шансы против серьезного противника.

Из трех трофейных пистолетов ввиду ограниченности боезапаса он решил использовать два. Но зато с достаточным боекомплектом. Один оставил себе, другой вручил Насте. Две «Грозы», его и Поповой, пошли Вороту и Волку. Остальные члены команды остались при своих револьверах.

И вот сейчас Игорь решил усилить свою напарницу вторым стволом. На Земле Настя занималась практической стрельбой и пистолетом владела мастерски. Причем имела навыки стрельбы по-македонски и «качания маятника». А насколько может быть опасен в ближнем бою тренированный боец, вооруженный пистолетом, Игорь уже неоднократно успел убедиться на собственном опыте.

Плюс прицельная дальность «Гюрзы» достигает ста метров. И пробивная способность выше всяческих похвал. А Игорь отчего-то не сомневался, что на этот раз кукловоды обрядятся в бронежилеты. Это же не дальний рейд, где учитывается буквально каждый грамм снаряжения. Словом, замена Волку более чем достойная. А может, и куда более предпочтительная. Потому как дает шанс разделаться с противником на юге, без лишнего шума.

Под прикрытием дыма пожарища Шаман и Настя перебежали до ручья и перебрались на другой берег, не тронутый пламенем. Чуть углубились в густой кустарник подлеска и двинулись к позиции кукловодов. Благо с самого начала были обряжены в лохматки, и это теперь работало на них. Как и частично сохранившаяся на кустах листва.

Хорошо, что они худо-бедно, но все же изучили окружающую местность. Поэтому представляли, куда именно следует двигаться. Причем двигаться быстро. Так как пулемет кукловодов продолжал долбить злыми очередями на десяток патронов. А вот со стороны обороняющихся интенсивность огня серьезно упала.

Замолчала было СВД, но потом вновь заговорила. А винчестера не слышно. Получается, прилетело либо Доку, либо Штыку. И то, как суетливо бьет винтовка, с большей долей вероятности намекало, что досталось именно их штатному снайперу.

Довольно рьяно огрызается РПК Ворота, и время от времени вплетает свой голос АН Волка. Шаман переглянулся с Настей и поднажал. Время. Его совсем не оставалось. Коль скоро эта парочка смогла достать одного из их товарищей, что будет, когда к ним присоединятся остальные?

В том, что кукловодов минимум двое, Игорь не сомневался. Глупо отправлять с подобной задачей одного только пулеметчика. Куда эффективней двойка пулеметчик — снайпер. Такая сладкая парочка способна доставить много неприятностей. А то, что Шаман не слышит снайпера, скорее всего, подразумевает, что тот вооружен «Валом». Дистанция боя изначально предполагалась небольшая, а потому особой надобности в СВД нет. А вот достаточно точное бесшумное оружие никогда не помешает.

Ориентируясь по звукам выстрелов, Шаман и Настя смогли выйти точно на позицию противника. Как и предполагал Игорь, пулеметчик и снайпер. Причем второй вооружен именно «Валом». Расположились на взгорке, с удалением друг от друга метров на пятнадцать. Некритично. С дистанции три десятка метров оба вполне различимы. Пусть и упакованы не в кустарную лохматку, а в настоящее изделие.

Указал Насте на пулеметчика. Сам взял в прицел снайпера. Два одиночных хлопка, прозвучавших практически слитно. Все. Ни вскрика, ни стона, ни каких-либо телодвижений. Просто уронили головы в траву и затихли. Для верности Игорь послал в них еще по одной пуле. Но, кроме взбитых лоскутов лохматки, никакого другого эффекта не последовало.

— Настя, подберешь «Вал»?

— Нет. Длинноствол не мое.

— Добро. Тогда я разживусь патронами. Пойдем.

Приблизились, продолжая удерживать тела на прицеле. Игорь перевернул труп, извлек из разгрузки магазины, распихал по пустым кармашкам своей. Глянул в сторону девушки. Она так же тормошит пулеметчика. Но ее интересует его «Гюрза». Вернее, запасные магазины. Бородин снял радиостанцию и сунул гарнитуру себе в ухо. Тут же послышался незнакомый и невозмутимый голос:

— Бивень, Талый, прикрывайте. Начали, парни.

И следом на втором ярусе церкви рвануло три ВОГа. Одна граната сработала у основания стены. И тут же пространство начало заволакивать белесой и непроницаемой дымной завесой. Не сказать, что дыма вокруг церкви сейчас было мало. То там, то тут почерневшая земля курилась, затрудняя дыхание и ограничивая видимость.

В следующую секунду показались устремившиеся в атаку бойцы. Несмотря на курящийся дым прокатившегося пожарища, люди в камуфляже на черном фоне угадываются совершенно отчетливо.

Вот один из них упал на колено, вскинул гранатомет. Хлопок. Граната едва рванула на втором ярусе, а следующая уже покинула ствол. Скорострельность помпового ружья!

На этот раз Игорь наблюдал происходящее со стороны, а потому рассмотрел и алую вспышку термобарического заряда, и клубы практически черного дыма. Сухостой вполне мог загореться и от этих зарядов. Несмотря на то что Бородину не доводилось пользоваться легким пехотным огнеметом, он опознал работу ЛПО-97 по виденным ранее роликам.

Оборотистое четырехзарядное помповое оружие весьма эффективно в ближнем бою и при зачистке помещений. Его гранаты гораздо мощнее подствольных ВОГов и куда более действенны. Разорвавшийся заряд гарантированно выводит из строя всех противников, оказавшихся в радиусе трех метров. Или в помещении объемом до пятидесяти кубических метров.

Но главное, это пластиковый корпус зарядов и как следствие отсутствие осколков. Это позволяет использовать их на расстоянии до пяти метров, при этом не причиняя никакого вреда самому стрелку, кроме громкого хлопка. Эффективность на высоте, что тут еще скажешь. Но именно поэтому гранатометчика нужно выводить из строя в первую очередь.

Хлоп! Есть. Нападающий дернулся, поймав пулю в бок. Но палец все же сумел нажать на спуск в третий раз. Заряд ударил в выжженную землю метрах в полутора от гранатометчика. Взрыв, и бедолагу безжизненной куклой отбросило назад.

И тут же загрохотал пулемет. О какая разносторонняя барышня Анастасия Андреевна. Девушка устроилась за ПК и выпустила длинную очередь на полтора десятка патронов. Вроде как и заявляла, что длинноствол — не ее конек, но тут и расстояние так себе, метров полтораста, и цели видны как на ладони. Ротный пулемет — весьма серьезный агрегат даже в руках бывшей домохозяйки.

Едва заработал ПК и вокруг кукловодов начали свистеть пули, как они поспешили залечь на выжженной черной земле. Вот только двое из них сделали это как-то совсем уж неловко. Эфир же сразу взорвался возмущением все того же неизвестного, что раздавал команды.

— Бивень, Талый, ответьте! — едва не прокричал он в гарнитуру.

— Не ори, — совершенно спокойно произнес Игорь. — Твои парни двухсотые. Вставайте с поднятыми руками, иначе и вас помножим на ноль.

— Кто это?

— Шаман. Лучше сдавайтесь.

Словно подтверждая его слова, Ворот решил достать залегших из РПК. Сообразил-таки, что сладкую парочку на юге уже прибрали к рукам. Да и дым начал рассеиваться. Кукловоды, прижатые пулеметным огнем и пока недосягаемые для Шамана и Насти, для Григория оказались великолепной мишенью.

— Не стреляйте! Мы сдаемся! — раздался в гарнитуре едва ли не истеричный крик одного из нападавших.

Правда, он оборвался на высокой ноте. К сожалению, Шаман не мог отдать приказ Вороту ввиду отсутствия связи. Он видел, как залегшие попытались оказать сопротивление, открыв огонь на подавление по церкви. И что у них из этого ничего не получилось.

А тут еще и Настя вновь застрочила из ПК. Достать она уже никого не могла. Кукловоды грамотно использовали небольшую складку местности. Но и высунуться никому не давала, заставляя противника нервничать. Ворот же стрелял прицельно.

— Настя, прекрати огонь!

Добившись выполнения команды, Игорь тут же засвистел во всю мощь, на какую только был способен. Никакого иного способа докричаться до Ворота попросту не было. Взглянул в прицел. Ага. Смотрит в его сторону. Бородин поднялся на колени и замахал руками, после чего вновь упал в траву и снова глянул в прицел. Порядок. Григорий контролирует обстановку, но не стреляет.

— Эй. Отзовись! — позвал Шаман в гарнитуру.

Но в ответ только молчание. Вот еще не хватало. Они что, упокоили их всех? Впрочем, положа руку на сердце, Игорь этому ничуть не удивился бы. Очень уж выгодная позиция у Григория. Расстояние меньше сотни метров. Мишени на черном фоне видны отчетливо. Стрелок он хороший.

— Твою дивизию!

Игорь подскочил и побежал в направлении расстрелянной штурмовой группы. Ручей перемахнул, не замочив ног. По земле же бежал так, что за ним поднимался черный шлейф невесомого пепла. На преодоление разделяющего их расстояния потребовалось не больше полутора десятков секунд. Чтобы осознать произошедшее, хватило всего лишь одного взгляда.

— Что, никого? — спросила тяжело дышащая Настя.

Девушка, в отличие от Игоря, и не думала расслабляться. Пулемет-то она оставила на позиции. Оно и понятно, учитывая тяжесть этой бандуры. А вот оба пистолета крепко сжимает в руках. Причем пребывает в полной готовности открыть огонь.

— А ты не видишь? — скрежетнул зубами Игорь.

Конечно, грешно жаловаться. На секундочку, они только что разминулись с костлявой. Командиру лучше бы озаботиться личным составом. Вот только… Опасность в этот раз миновала. И коль скоро задача-минимум выполнена, то отчего бы не подумать о задаче-максимум. А именно — о получении доступа к трофейной электронике.

— Что там? — послышался вопрос Ворота.

— Отличная стрельба, Ворот! И в кого ты только такой меткий! — подпустив иронии, прокричал Игорь.

Ответа не последовало. Было видно, что парень нарочито внимательно стал рассматривать свой пулемет. Отстегнул банку и присоединил бакелитовый магазин на сорок мест. Ну чисто нашкодивший кот.

— Ворот, доклад по людям, — не спеша со сбором трофеев и направляясь к церкви, выкрикнул Игорь.

— Волка посекло осколками. Неприятно, но не смертельно. Саню в живот. Док пока только повязку наложил. Нужно разбираться. Самого Дока тоже сыпануло осколками по ноге. Штык в голову, наповал.

Ясно. Погуляли, йолки. Конечно, их тут едва не положили к нехорошей маме, так что могло быть и хуже. Но вот Штыка жалко. В свете всей этой возни с кукловодами сам не знаешь, в какой момент нарвешься на их агента. Поэтому проверенные люди дорогого стоят. И вообще, терять своих всегда неприятно.

Да и с остальными все не так чтобы и радужно. Ранение в живот по определению не может быть легким. Осколки ВОГа мелкие, и получить от них серьезное увечье практически нереально. Если это не прямое попадание, само собой. Но, как слышал Игорь, раны эти никогда не были простыми, заживали долго и зачастую с нарывами.

Едва взобравшись наверх, тут же обнаружил Дока, колдующего над Антоном. При виде Бородина Волков виновато улыбнулся, мол, подставился. И тут же скривился от боли, так как Овчинин с помощью пинцета вырвал из ранки очередной осколок. В ответ Игорь только ободряюще улыбнулся. Держись, дескать.

У самого Дока правая штанина располосована, а нога в бинтах. Похоже, пока суд да дело, он решил почистить раны Антона от осколков. Ну что ж, чем раньше, тем лучше. Опять же, время сейчас позволяет. Но…

— Сашкой не лучше заняться? — все же уточнил Игорь.

Кстати, паренек его удивил. То лежал форменным трупом или близко к тому. А теперь хотя и кривится от боли, и поглаживает перевязанный живот, и лицо бледное как полотно, но тем не менее выглядит куда лучше, чем каких-то…

При этой мысли Игорь даже извлек луковицу карманных часов. Он не засекал время начала боя. Хм, а ведь прошло всего-то ничего. Минут десять. Вряд ли больше. Может, даже и меньше.

— Сашку в таких условиях лучше даже не трогать, — возразил Док. — Для него нужно хоть сколь-нибудь чистое помещение и освещение. Ранение в живот — не шутка.

— Леш, а я себя вроде уже и получше чувствую, — подал голос паренек, подтверждая предположения Игоря.

— Поговори у меня. При шоке еще и не такие раны не ощущаются. У тебя там не синяк, а дырка. И я это видел сам, — развеял надежды Док. Но тут же поспешил поддержать приунывшего парня: — Ну ты чего, Саня. Нормально все будет. Я это только к тому, чтобы ты вдруг не надумал плясать вприсядку.

— Ладно. Разбирайся тут, — решил не лезть в медицину Игорь.

А вот ему самому пора заняться делом. Итак, если тот раненый в горах не врал, то на базе сейчас должно оставаться двое. Теперь Игорь припомнил, что в ходе наблюдения вроде как видел, что мельтешили по двору именно двое, то по одному, то парой. То есть имитировали размеренную жизнь базы.

Ну что ж, похоже, несмотря на понесенные потери, теперь на стороне команды Шамана двукратное численное превосходство. И плевать, что эта парочка находится за крепкими стенами. Один черт они до них доберутся.

Бородин уже привычно ухватился за веревку и проворно вскарабкался на хорошо знакомый карниз. Занял относительно устойчивое положение и глянул на открывшийся вид невооруженным взглядом. Волк вовсе не в панике покидал наблюдательный пункт. Мощная трофейная оптика сиротливо висела на ржавом крюке. Вот и ладно, пригодится еще.

Картина, представшая взору, откровенно не радовала. Огненный вал под воздействием ветра продолжал свое победное наступление на юг. Слева его ограничивала полоска реки. Справа ручей и невысокая гряда, сложенная из сланца. Если на противоположный берег не перебросит достаточно серьезную искру, способную вызвать возгорание, то огонь так и останется на этом. Площадь все одно получится изрядная. Но, по сути, это будет локализованный участок.

Кстати, тела погибших были мокрыми. Не видя другого способа избегнуть пламени, кукловоды переправились на другой берег, пережидая, когда огненный вал прокатится дальше. Правильное решение. Иное дело, что им это все одно не помогло. Случайно начавшийся пожар превратил выигрышную для них ситуацию в проигрышную.

Игорь помнил трансляции по телевидению о крупных лесных пожарах. Но если судить по его личному опыту, вот такие возгорания травы редко когда перерастали в нечто фатальное. Во всяком случае, у них на Северном Кавказе он не единожды наблюдал картину наступления всепоглощающего пламени. Заканчивалось же это обычно выгоранием бурьяна и мелкого кустарника. Деревья гибли, но высыхали впоследствии, а не сгорали в процессе пожара.

Поэтому да, пламя жаркое, и человеку с животными лучше на его пути не становиться. Но особой беды от него Игорь все же не ожидал. Однако, похоже, его прошлый опыт сейчас был бесполезен. Перед ним не только горящий бурьян. Пламя уже перекинулось на деревья. И не меньше двух десятков сухих стволов превратились в пылающие факелы.

Стена огня прошла больше половины пути до базы кукловодов. Та едва угадывалась в разрывах клубов черного дыма, а чаще и вовсе полностью скрывалась за ним. Хм. Вообще-то имеет смысл воспользоваться дымзавесой, так сказать, естественного характера и подобраться к противнику на расстояние вытянутой руки. Если так, то нужно выдвигаться уже сейчас. Больно уж быстро распространяется пламя. Даже выйдя незамедлительно, они едва поспеют за стеной огня.

Стоп! Игорь даже усомнился, а не показалось ли ему это, и поспешил вооружиться биноклем. Пришлось немного обождать, пока очередной порыв ветра не отнесет клубы дыма. Так и есть!

Недаром говорят, что спешка нужна лишь при ловле блох. Ну и при бегстве из постели чужой жены. Вот они, голубчики. Не выдержали. Дали стрекача. С одной стороны — надвигающееся пламя. С другой — погибшие товарищи. Никаких сомнений в том, что они отслеживали эфир и в курсе случившегося. Пусть Игорь и не слышал в трофейной гарнитуре никого постороннего, это ни о чем не говорит.

Выход из этой ловушки под названием «база» один. Выбраться на автомобиле можно только через ворота. К чему им автомобиль, тоже гадать не приходится. Дети цивилизованного общества боятся пройти пешком и два шага. Другой вопрос, куда эти ребятки направились.

Ага, забирают в сторону гор. Не в Невьянск. Впрочем, в город им путь заказан. Мало ли. Вдруг Бородин решит их сдать. Тогда куда они направляются? Хм. А ведь наверняка на запасную базу. Сашку команда Шамана подобрала более чем в сотне километров отсюда. Вот сомнительно, чтобы его контролировали с этого объекта.

Если предположить, что Игорь прав, тогда, чтобы выйти в тот район, у кукловодов лишь один путь. Хм. Но от более подходящего маршрута их отсекает пожар. Поэтому волей-неволей приходится двигаться в объезд. А тут с обходными путями не все так просто.

Все же хорошо, что они в свое время покатались, минуя тракт. Потыкались туда-сюда и кое-что узнали о данной местности. Нет, если бы они двигались на своих двоих, то, чтобы нагнать кукловодов, пришлось бы изрядно выложиться. Но они на «Ниве». И это дает надежду на успех. Впрочем, побегать все одно придется.

Оно бы, конечно, пусть уходили бы. Но… Эта сладкая парочка или один из двоих — возможность для Бородина и товарищей узнать местоположение другой базы, куда так стремятся беглецы. Больше попросту некуда. А там, глядишь, и портал на Землю обнаружится. Что вообще было бы верхом удачи.

Да если даже просто получат доступ к трофейному ноутбуку… Это не портал, но уже немало. Ведь именно ради этого и затевалась авантюра с захватом усадьбы. И если у них получится, это будет серьезным шагом в решении вопроса доступа к порталу.

Рассчитывать на лучшее попросту не приходилось. Игорь убедился в этом, едва вернув окуляры на усадьбу, ворота которой остались открытыми нараспашку. Кукловоды вовсе не собирались полагаться на стихию. Огонь еще не добрался до базы, а над ней уже взвился жирный, бурый столб дыма, какой бывает только при возгорании зданий. Значит, перед отбытием беглецы устроили поджог.

Жаль. До зубовного скрежета жаль. Уж очень удобное место. Считай, готовая крепость, которую без артиллерии устанешь брать. Здесь можно было бы устроиться наособицу, не опасаясь конторы и совершенно не обращая внимания на аборигенов, которые не сунутся в пустошь. Он уж пожалел о сожженной усадьбе на островке. Но ничего не попишешь. Похоже, и эту они приговорили.

Бородин скользнул по веревке вниз. Причем сделал это настолько резво, что ладоням стало горячо, несмотря на кожаные перчатки с обрезанными пальцами. Местная выделка, с нашлепками из все той же кожи. Но весьма удобно. Как и наколенники с налокотниками, нашитые на камуфляж.

— Так. Находитесь здесь. Обихаживаете раненых, организуете стоянку по всем правилам. Собираете трофеи. Базе кукловодов кирдык. Огонь вот-вот подберется, да и внутри что-то запалили. Оставшиеся двое сбежали на «Ниве». Постараюсь их достать.

— Один?! — разом удивились Григорий и Настя.

— Был бы в порядке Волк, пошел бы с ним. А так один. Без обид, Ворот, но из тебя тот еще бегун. Настя, о тебе скромно умолчим, — проверяя наличие магазинов и гранат, произнес Игорь.

— Кроме оружия, больше ничего не возьмешь? — протягивая ему переданную ей ранее «Гюрзу», спросила она.

— Лишнее это. Они будут вынуждены сделать объезд и выйти к старому каменному мосту. Другой дороги на машине нет. По кругу получится все восемь километров. Да по бездорожью. Мне же напрямки от силы два. Словом, если не буду жевать сопли, успею.

Рассусоливать и впрямь не стал. Выдвинулся, едва собравшись. Правда, не очертя голову. Стянул с одного из трупов ботинки, которые вроде бы должны были подойти по размеру. На берегу разделся и, переобувшись, переправился через реку, погрузившись по грудь. Имущество же свое нес над головой, чтобы не вымокло.

Глупость и пустая трата времени? Как бы не так. Если бы бросился в воду в одежде, то вымок бы, а тогда уж и о погоне можно позабыть. С километр оно, может, и пробежался бы резвым темпом, а потом наступил бы абзац. Мокрые штаны стерли бы бедра в кровь. То же самое сотворили бы и сапоги с портянками. И тогда уж каждый шаг сопровождался бы минимум дискомфортом, максимум — жуткой болью от трения оголившегося мяса, как о наждак.

Ну и еще не нужно забывать, что сейчас середина ноября. Вода холодная, просто жуть. Так что после подобного купания обрядиться в сухое — милое дело. Не то заполучишь воспаление легких. Хм. А вот интересно, как у невьянцев с антибиотиками? Что-то он упустил из виду этот момент. Весьма важный, надо заметить.

Переодевшись, забросил берцы обратно на противоположный берег. Потом надо будет позаботиться, чтобы ни одной вещички не осталось. А то мало ли, где бродят егеря. Вот не нужно конторе знать о том, что тут было столкновение с кукловодами. Получится у него или нет, дело десятое. У них уже есть кое-что, представляющее бесспорную ценность. Оружие, пусть и с ограниченным боекомплектом, но в нужный момент оно вполне сможет сказать свое веское слово.

Признаться, бегать так быстро ему еще не приходилось. Игорь прекрасно отдавал себе отчет в том, что ему еще понадобятся силы для схватки. Но боялся упустить беглецов. Ему необходимо их перехватить во что бы то ни стало.

Бородин не сомневался, что в полыхающей усадьбе нет портала. Хотя бы потому, что для этого необходимо куда больше энергии, чем от портативных солнечных батарей или мобильного генератора. Но даже если и так, то этим двоим нет никакой необходимости сбегать. Достаточно установить таймер на взрывном устройстве и уйти порталом. Нужно быть глупцом, чтобы не предусмотреть подобного.

Значит, эти двое для них сейчас как путеводная нить либо к следующей базе, либо к порталу. Мысль об этом возвращалась снова и снова, каждый раз подстегивая и заставляя бежать, не сбавляя темпа. Нередко Игорю казалось, что он катастрофически опаздывает, и тогда внутри испуганной птицей начинала биться паника, и он вновь ускорялся, хотя, казалось бы, дальше некуда.

К мосту вышел раньше беглецов. Следов «Нивы» не видно. Поначалу даже усомнился в том, что правильно все просчитал. Вот так и сам не знает, то ли радоваться отсутствию свидетельства их пребывания, то ли огорчаться. С другой стороны, наличие застарелой, не больно-то наезженной колеи внушало оптимизм.

Переправился на противоположный берег и занял позицию метрах в пятидесяти прямо напротив моста. Кукловоды будут вынуждены двигаться по прямой, да еще и снизив скорость до минимума. Уж больно в плохом состоянии мостик. Да и узкий он, без ограждений. Того и гляди сверзишься.

Прождал безрезультатно два часа. Потом решил, что те могли попросту заплутать или поломаться, и выждал еще час. Бесполезно. Беглецы так и не появились. Можно, конечно, обождать еще. Но… Нет смысла. Если сломалась «Нива», то и кукловодам нет необходимости двигаться через мост.

Эту речку тяжко преодолевать на автомобиле, но в пешем порядке — никаких проблем. Здесь даже можно разуться, потому как вода прозрачная, и дно, покрытое покатыми булыжниками, прекрасно просматривается. Не то что поток, через который пришлось перебираться Игорю. Там без обувки можно исполосовать все ноги.

Назад возвращался уже в сумерках, подавленный и усталый. И больше всего раздражало то, что опять был вынужден торопиться. Бить ноги в кромешной тьме — удовольствие ниже среднего. Луна постепенно набирала силу. Но, во-первых, она поднималась довольно поздно, а во-вторых, до полнолуния еще далеко.

Хотелось поскорее добраться до лагеря и наконец отдохнуть после всех этих треволнений. Правда, полностью расслабиться все одно не получится. Дикие земли к этому не располагали по определению.

Поутру отправят посыльного за Рулем. Ну и, пока суд да дело, осмотрят базу, может, все же найдут что-то интересное. Это только кажется, что при пожаре выгорает все дотла. В действительности это далеко не так…

— Судя по тому, что ты один и с кислой миной на лице, с пленными опять вышла незадача, — с разочарованной ухмылкой встретила его Настя.

— Вообще-то могла бы и порадоваться тому, что я цел и невредим, — устало опускаясь на порог при входе в церковь, заметил Игорь.

— Я рада. Доволен? — окидывая взором окружающую их ночь, произнесла девушка.

— Что случилось, Настя? Вирус? — всполошился Игорь, все же вспомнив о том, что является отцом-командиром.

— С Саней все в порядке. И даже лучше, чем мы могли подумать. Очень уж Доку не понравилось его приподнятое настроение и вполне себе терпимое самочувствие. Снял повязку, полез в рану.

— И?

— Пуля в рикошете практически пробила мышцы живота, но все же в брюшную полость не проникла. Просто наш Вирус оказался слишком слабым на рану. А так, считай, отделался легким испугом.

— Слава богу, — облегченно выдохнул Игорь. — Так чего же ты тогда…

— А догадаться трудно? — резко оборвала его Настя. — У меня на Земле осталось трое детей. И участвую я с вами во всем этом не потому, что мне нужен хабар или растекающийся по жилам адреналин. Я хочу обнять своих деток. А тут… — Девушка безнадежно махнула рукой.

— Понимаю, — со вздохом произнес Игорь. — Прости меня, девочка. Но… — Он неопределенно пожал плечами.

— Что хоть случилось-то? — беря себя в руки, спросила она.

— Ни-че-го, — раздельно сказал он. — Вообще ничего. Как в том бородатом анекдоте — «а она не пришла».

— Но ведь другой дороги нет. Не может ее быть.

— Не факт. Хотя и сомнительно, потому как, судя по следам, они катались-таки через мостик. И не так чтобы давно. Но я просидел там три часа.

— И что думаешь делать теперь?

— Завтра мы с Воротом прогуляемся до усадьбы. Поглядим, что там да как. Глядишь, КАЗ не сильно пострадал, тогда будем на колесах. Надо наших отсюда вывозить. И вообще, пожар — это дело такое, не все погибает. Может, что полезное останется.

— Надо бы прокатиться по следу «Нивы». Вдруг они просто подальше от усадьбы отбежали, а дальше двинули пешим порядком.

— Сомнительно, чтобы мы их догнали, — не согласился Игорь.

— Ну, не догоним, так хотя бы машину к рукам приберем, — проявила рачительность девушка. — Ладно, пойдем, буду ужином тебя кормить. Набегался, наверное.

— Это точно. Быка съем, — под урчание живота подтвердил Шаман.

Ну, быка не быка, но две миски каши, сдобренной мясом, умял. Пока ужинал, выслушал доклад Ворота. Как и было условлено, всю одежду с трупов они сняли и утопили в реке. Нашли и те берцы, что использовал Игорь, также отправив их на дно. Тела без единой тряпки оставили лежать в поле. Ну и правильно сделали. Не то мало ли куда они доплывут. А так день-другой, и зверье растащит. Тем более что они наблюдали в округе собачьи следы.

— Что с трофеями? — не мог не задать животрепещущий вопрос Игорь.

— Качественно прибарахлились, — не без удовольствия похвастался Ворот. — Два ПК, шестьсот сорок два патрона. Три АКМС с подствольниками, пятьсот восемьдесят три патрона. Двадцать четыре ВОГа. Два «Вала», двести шестьдесят два патрона. Восемь пистолетов «Гюрза» с глушителями, по три полных магазина, по одному из них — с дозвуковыми патронами. Эх, наоборот бы им набивать, ну да имеем то, что имеем. Помповый гранатомет…

— Это огнемет, — поправил Игорь.

— Не суть, — кивнул Ворот. — Восемь гранат, как я понял, фугасных, и парочка дымарей. Так. По шестнадцать штук РГД-5 и Ф-1. Ну и на закуску восемь радиостанций и столько же броников. Мы теперь вооружены по самую маковку. Я аж сам нас зауважал, — хмыкнув, закончил Ворот.

— Зауважал бы еще больше, если бы они не заявились сюда налегке.

— Броники — это налегке? — удивился Григорий.

— Вспомни, сколько было боеприпасов на тех, что я положил в ущелье. И прикинь, что с этих мы должны были поиметь чуть не вдвое от полученного. Как настрой?

— Вот зря ты это сказал. Теперь жаба будет донимать всю ночь, — с кислой миной ответил Васютин.

— И заметь, в свете того, что сгорело в усадьбе, не тебя одного, — поддержал его Игорь.

Подошла Настя, без лишних разговоров забрала у него миску из-под котелка и отошла в сторону, чтобы помыть. Ворот проводил ее сочувственным взглядом и тихонько вздохнул.

— Ну она ладно, убивается из-за детей. Ты-то чего тут вздыхаешь? — тихо, так чтобы не расслышала девушка, спросил Бородин.

— Вот веришь, нет, Игорь Юрьевич, а мне поровну, что она вернется к своему мужу. Я готов костьми лечь, если это ее осчастливит. За куда меньшее башку подставляю. А так… Ей горько, и мне несладко, — как-то виновато улыбнулся, хотя с чего бы, и направился к Насте, чтобы хоть как-то поддержать любимую женщину.

В задумчивости Игорь скользнул взглядом по их весьма внушительным трофеям. Хм. И ноутбук оказался сваленным в эту кучу. Ну как кучу. Все разложено и рассортировано. Так что скорее все же присовокуплен к общему ряду в той части, где было сложено все радиооборудование.

Сам не зная отчего, подошел и взял ноутбук. Весьма увесистый девайс. Килограммов десять, никак не меньше. С ненавистью взглянул на алюминиевый корпус цвета хаки. И…

Игорь без малейшей опаски отщелкнул клавиши запоров и поднял экран. Наверное, им просто овладело желание все испортить до конца, чтобы уже не маяться сомнениями. И не водить хороводы вокруг близкого приза, который как локоток, что близок, но не укусишь.

Бросил взгляд на темный экран и нажал кнопку пуска. Послышались позабытые звуки запускающегося ноутбука. Щелкнуло, зажужжало, опять затрещало. Экран мигнул. И вдруг появилась заставка, на смену которой пришла другая, со столь близким сердцу земным пейзажем. Конечно, он никогда не был на том берегу лагуны с бунгало, но-о…

По всему выходит, что ноутбук не выключили, а отправили в спящий режим. Игорь уставился на клавишу «войти». Интересно, система затребует у него пароль? По идее, не должна. Но это если владелец не полный параноик. А эти…

К черту сомнения. Подвел стрелку на клавишу и нажал. Экран опять мигнул, и картинка сменилась. Теперь на Игоря смотрела девушка с годовалым ребенком на руках. Красивая. И ребенок просто лапочка. Но это не имеет значения. Куда важнее то, что справа и слева от молодой мамочки и ребенка расположились колонки с различными папками. Рабочий стол!

Волнуясь и едва владея пальцами, подвел стрелку на значок батарейки в нижнем правом углу. Двадцать пять процентов. Ч-черт. Помнится, его ноутбук после достижения двадцати двух процентов попросту вырубался. Какая-то там несуразица с индикатором зарядки или батареей.

Пока смотрел неверящим взглядом на экран, значение заряда аккумулятора сменилось на двадцать четыре. Чертыхнувшись, подскочил на ноги.

— Настя, где Вирус?

— Наверху, — обернувшись к нему, едва не сорвавшимся голосом ответила она.

Угу. Не увидеть в руках Игоря ноутбук со светящимся экраном — это нужно быть слепым. И невероятно тупым, чтобы не понять, что это значит. Девушка не относилась ни к одной из категорий.

Бородин буквально взлетел на второй ярус, подсвечивая себе экраном ноутбука. Вообще-то глупо так-то носиться. Конечно, армейская модификация способна выдержать много чего. Вот только сомнительно, что ноутбук не пострадает, упав на камни, будучи открытым и включенным.

— Вирус, подъем!

— А?! Что?! — спросонья всполошился успевший уснуть парень.

— Работай, — сунув ему в руки аппарат, приказал Игорь. — Ты чего вылупился, как баран на новые ворота? Действуй, пока кукловоды не сумели к нему подключиться.

— Ага. Давай. Сейчас я его… Мм!

— Тише ты, Аника-воин, — одернул его Док. — Шаман, он вообще-то ранен.

— Нормально все, — возбужденно возразил парень.

Возился он относительно недолго. Всего-то минут десять. Хм. Ну это смотря для кого. Если мерить понятиями системных администраторов, то да, разобрался с агрегатом весьма быстро. В понимании же напряженных, как струна, членов команды, обступивших его плотной стеной, — так чуть не целую вечность.

— Все, — заявил Вирус, как только, мигнув, экран погас окончательно. — Повезло. Оператор оказался невероятно ленив. Перемудрили они с защитой. Тут весь озвученный мной раньше комплект, вот этот умник и влез в настройки да вырубил всю защиту, даже простенький пароль ставить не стал.

— Отличная новость, — бодро произнес Игорь. — Кстати, к нему не смогут подключиться?

— Не. Я его наглухо вырубил. Без вариантов. Но теперь если его и включать, то в каком-нибудь глухом и глубоком подвале. От греха, так сказать.

— Какой пароль? — уточнил Игорь.

— Я не стал мудрить. И пока поставил обычный буквенный: «Лукьяненко».

— Почему «Лукьяненко»? — невольно удивился Игорь.

— Мне нравятся его книги, — пожав плечами, просто объяснил парень.

Впрочем, уже без разницы. Главное, что у них теперь есть ноутбук. Как-то несуразно получается. Одиннадцать человек погибли только ради того, чтобы бригада Шамана могла завладеть вот этим, по сути, не таким уж дорогим и продвинутым компьютером.

Но все в этом мире относительно. Вообще-то в обоих мирах, или сколько их там на самом деле. Здесь, сейчас и в существующих реалиях ноутбук был весьма ценным трофеем. Настолько ценным, что при удачном стечении обстоятельств мог стать важным звеном в разгадке тайны столь ненавистных им кукловодов. И что куда более важно, мог оказаться ключом от двери, ведущей домой.

— Здравствуйте, Александр Андреевич, — поздоровался вошедший в монтажную мужчина лет тридцати.

Среднего сложения. Одет в потасканный камуфляж, к тому же видно, что тот не из прачечной. В этой одежке еще недавно изрядно так побродили на вольном воздухе. Причем его владельцу довелось и попадать, и пройти немалое расстояние. Так что ткань успела набиться пылью, заметны грязные разводы. Под мышками и вовсе видны полоски солевых отложений. Ну и обветренное лицо с глазами, источающими вселенскую усталость.

Бубнов руководил группой контролеров, вписанной в одну из сюжетных линий. И надо сказать, линия весьма перспективная. Интрига закручивалась нешуточная, и главный персонаж, некто Шаман, вносил небывалое оживление. Рейтинги просмотров были очень высоки, ставки на тотализаторе росли день ото дня.

А уж что началось после гибели группы контроля и попадания в руки команды Шамана знатных трофеев, это вообще песня. Не сказать, что рейтинг этого попаданца, или все же засланца, обогнал все остальные. Но эта сюжетная линия уже выбилась в число лидеров, и все указывало на то, что вскоре он может вырваться вперед.

Тем более после того, как ему удалось разгромить базу контролеров. Признаться, все шло к тому, что его должны были прихлопнуть как блоху. Руководителям проекта, а особенно сценаристу и режиссеру, не хотелось списывать такую многообещающую команду. Но в этом шоу все по-взрослому. Наемники и не подумали бы играть в поддавки и идти на заклание, как бараны, ради каких-то там рейтингов. Они серьезно намеревались прихлопнуть тех, кто уже отправил на тот свет троих из них. Опять же, здесь все ориентировано на реализм. Никаких накруток ни в одну из сторон. Только одна сплошная жизнь.

Вообще-то чушь собачья. Ведь для чего-то же пишутся сценарии, и целостная картина укладывается в определенные рамки. Иное дело, что они достаточно широки, пластичны и вариативны. Правда, сами актеры ни о чем не догадываются и просто живут. Ну разве что время от времени их подталкивают к тому или иному решению. Но исподволь и ненавязчиво.

Вот так вышло и с его группой. Бубнов уже готовился к тому, чтобы закруглить сюжет с командой Шамана. И вдруг ситуация встала с ног на голову. Причем все происходило настолько стремительно, что ему пришлось прибегнуть к срочной эвакуации в сопровождении личного телохранителя. Единственное, что они успели, — это поджечь склад, расположенный в подвале, и обитаемую часть усадьбы. Запустить беспилотник и развести пары в автомобиле.

Кстати, весьма удачно, что он не стал сжигать эту птичку, а решил ее использовать. Хотя разведение паров благодаря ацетиленовому генератору заняло куда меньше времени, чем запуск беспилотника. Не будь у них этого небесного ока, и они имели все шансы попасть в засаду неуемного Шамана. А так удалось избежать встречи. Правда, пришлось бросить автомобиль и продолжить путь на своих двоих.

— Здравствуй, Гена. Ты как?

— Нормально. Бывало и хуже.

— Ну это вряд ли, — возразил режиссер проекта.

Находившиеся в небольшом помещении двое монтажеров быстро переглянулись и дружно направились на выход. А дабы придать своему поведению достойную причину, заблаговременно извлекли пачки с сигаретами. Так себе повод, учитывая, что сейчас работа в самом разгаре, а на пульте стоят сразу две пепельницы, наполненные окурками.

Впрочем, никто и не собирался делать им замечания по поводу злостного нарушения трудовой дисциплины. Наметившийся разговор не имел никакого отношения к монтажу уже отснятого материала. Работая же в проекте, техники успели уяснить одну простую и древнюю, как мир, истину: «Меньше знаешь, лучше спишь».

— Ну, рассказывай, Геннадий, как ты дошел до жизни такой? — вздохнув, с явным неудовольствием задал вопрос режиссер.

Весьма риторический вопрос, надо заметить. Если бы не серьезность, с которой он прозвучал. Геннадий достаточно давно работал со своим начальником, чтобы уловить его настроение.

— О чем вы, Александр Андреевич? — искренне недоумевая по поводу недовольства режиссера, спросил Бубнов. — Ведь все прошло по одному из сюжетных сценариев.

— Все, да не все. Шаман заполучил в свое распоряжение ноутбук.

— Ну и что? Подобная возможность также рассматривалась. Более того, едва узнав о засаде, я вышел с вами на связь и сообщил о ходе развития событий. Было получено ваше добро на невмешательство. Группа, пребывая в неведении, попала под раздачу. И насколько мне помнится, вы были довольны полученным материалом.

— Да. Я был доволен. Как и руководство проекта. Все едва не писали кипятком, после того как Шаман сумел вывернуться благодаря нелепой случайности с пожаром. Вдруг сыгравшая проигрышная ставка буквально взорвала тотализатор. Там, наверху, не успевают подсчитывать барыши. Но эйфория длилась недолго. До тех пор, пока Шаман не получил доступ к ноутбуку.

— Этого не может быть, — недоверчиво улыбаясь и тряся головой, возразил Бубнов. — Защита эффективна, как молоток. Она настроена на трех полевых контролеров, погибших в ущелье, и на меня. Все. Даже если бы случилось чудо и кто-то из группы выжил, Шаману это ничего не дало бы.

Вариант с пленением членов группы предусматривался. Каждому из контролеров и Бубнову в том числе под лопатку была вживлена капсула с сильнодействующим ядом. О чем их, ясное дело, не информировали. Об этом вообще знали лишь единицы. Согласно официальной версии в этих капсулах находились радиомаяки. Что соответствовало действительности.

Конечно, сам Бубнов в курсе. Для него это было лишним стимулом не попадаться в руки службы безопасности невьянцев или вот таких субъектов, проявляющих излишнее любопытство. Риск? Несомненно. Но Бубнов считал, что оно того стоит. Хотя на всякий случай держал в уме возможность извлечь капсулу из-под своей шкуры.

Вот только он понятия не имел об установленном у него ментальном блоке, способном превратить его в слюнявого идиота. Лишняя страховка. Руководство проекта не привыкло пускать что-либо на самотек. И уж точно не могло себе позволить ограничить охрану столь сведущего сотрудника персональным телохранителем. Пусть тот и был превосходным бойцом.

— Как бы это невероятно ни звучало, но чудеса порой случаются, — покачав головой, с самым серьезным видом возразил режиссер.

— Но как?..

— В данном конкретном случае никаких чудес. Пресловутый человеческий фактор. Ноутбук не выключили. Эти идиоты просто отправили его в спящий режим.

— Да хоть в десять спящих режимов, — тряхнул головой Бубнов. — Для запуска все одно нужно пройти всю процедуру разблокировки.

— Правильно. Если только не снести всю защиту к бениной маме, — поморщился режиссер.

— Толик, сволочь, чтоб тебе жариться на сковородке! — в сердцах ругнулся Бубнов. — Но Александр Андреевич, вы же должны знать, что я неоднократно инструктировал…

— Да, у нас есть записи твоих инструктажей, — оборвал его режиссер. — Гена, мне очень жаль, но все будет зависеть от того, какая именно информация содержится на жестком диске.

— Я так понимаю, запустить червя дистанционно не получилось?

— Никто не ожидал, что подобное вообще возможно. О случившемся стало известно только при утренней обработке пакета данных. К этому времени ноутбук был уже выключен и изолирован от удаленного доступа. Эта кошачья еда, именуемая сегодня Вирусом, оказалась на редкость способным программистом.

В этот момент кто-то связался с Александром Андреевичем, и он, подключив гарнитуру в своем ухе, стал вслушиваться в доклад. Потом удовлетворенно кивнул. Улыбнулся. И ободряюще хлопнул Геннадия по плечу.

— Хорошо, Кристина, я все понял. Спасибо.

— Кристина из отдела айти? — уточнил Бубнов, припомнив, что прежде чем явиться сюда, заглядывал к ней, чтобы сдать свой ноутбук.

— Да, она. Только что закончили потрошить твой ноут. Все говорит о том, что ты не нарушал регламент и в трофее Шамана содержится самый минимум информации. Навредить проекту с ее помощью у него не получится. Пусть он и полагает, что у него в руках козырь, это даже не шестерка, а лишь некое недоразумение. Конечно, он сумеет расширить свои возможности, но нам достаточно просто учитывать это, чтобы свести на нет все его плюсы. Ну, с возвращением, Гена!

— Спасибо, Александр Андреевич, — наконец с облегчением выдохнув, поблагодарил Бубнов.

— Кстати, из вас с Мамонтом плохие поджигатели.

— В смысле?

— Здание в общем и целом выстояло, хотя внутренние помещения выгорели. До кровли огонь так и не добрался. Горящий бурьян так и вовсе только слегка подкоптил стены. В подвале тоже все не слава богу. Огонь очень быстро выжег кислород, притока едва хватало на тление, которое в итоге все же задохнулось. Из-за этого закладка с гранатой так и не сработала. Шаман сумел ее обезвредить. Как результат его группе досталось несколько цинков с патронами, пара ящиков гранат. Какая-то незначительная часть из использовавшейся аппаратуры. Но это так. На фоне миновавших неприятностей сущая безделица. Да и с компом этим. Железо есть железо, он ведь может и заглючить, а переустановить программное обеспечение ему будет нечем.

— Я бы на это особо не надеялся. Военные, конечно, с неба звезд не хватают, но используемую ими технику отличает исключительная надежность.

— Ну и ладно. Говорю же. Достаточно просто учитывать это. Все, Гена, иди приводи себя в порядок и отдыхай. Ну и подумай, как насчет следующей командировки.

— Я подумаю.

— Ну думай, думай, — прощаясь, произнес режиссер.

Какое-то время Александр Андреевич смотрел на закрывшуюся дверь, прикидывая, сколько всего ему предстоит успеть за день. Хм. Да чего уж там. И ночь еще прихватит. Чертыхнулся и схватил коротковолновую радиостанцию:

— Сергей, Вадик. Ну где вы там? Живо в монтажную, работы непочатый край.

— Уже бежим, Александр Андреевич, — тут же послышалось в ответ.

БК — переделка невьянского оружейника на основе карабина Спенсера. Трубчатый магазин на десять револьверных патронов располагается в прикладе. Скоба изменена, не такая массивная, больше похожа на скобу Генри. Глушитель как на винторезе. Короткое цевье. — Здесь и далее примеч. авт.

Аборигенская верста равна 1100 метрам.

Имеется в виду подствольный гранатомет к автомату Калашникова, ГП-25. Его прицел был приспособлен как для настильной стрельбы, так и для навесной с закрытых позиций по угломеру.

ВОГ — граната подствольного гранатомета.